На данный момент, у нас уже было: один дредноут размером в два с половиной километра, 10 линкоров километровой длины, 4 авианосца с тремястами истребителями на каждом борту, 52 крейсера по семьсот метров, 187 эсминцев и пара десятков брандеров. Брандер — это автоматический корабль, управляемый электронным мозгом и начинённый ядерным оружием в десятки мегатонн. Все корабли были оснащены ИскИнами. Даже брандеры имели ИскИны. Сейчас заканчивали строительство ещё шестидесяти брандеров, но вряд ли они успеют к началу веселья.
Все корабли имели особую броню. Под особой бронёй подразумевается верхний слой броневого пояса, который невозможно пробить ни одним известным нам оружием. Вероятно, вы поняли, что были применены техники магического укрепления. Но применялась при этом не магия, а вполне себе техника. Как я уже говорил, нашлись умельцы, которые смогли адаптировать магическое искусство под современные технологии. И теперь, верхний слой броневого корпуса, перед установкой на корабль, облучался в Камере Изменения Структуры, КИС. При исследовании образцов материалов, которые были укреплены при помощи магии, обнаружилось, что структура материала изменилась на столько, будто это стало совершенно другим материалом. Неизвестным науке. Учёные решили назвать его Арием. Так вот, чтобы получить этот Арий, не обязательно использовать только металл, можно использовать любой материал, хоть простыню, и всё равно получишь после облучения Арий. Это невероятное открытие, но награждать за него некого. Не нами и не нашими учёными был он изобретён. А вот то, что смогли перенести это в технологическую плоскость, было оценено по достоинству, и учёные, которые занимались этой проблемой, были достойно вознаграждены, а самая достойная награда в данный момент, считалось не богатство, а увековечение в скрижалях и пожизненный памятник.
Так вот, каждый корабль, имел не только основную броню, которая в большем случае нужна была только для того, чтобы корабль имел большой вес. Ведь применяя мощное вооружение, нужно было учитывать и то, что сила действия равна силе противодействия. И вот, чтобы корабль не относило назад при каждом выстреле, и нужна была масса кораблю. Для этих целей и создавали основной броневой пояс, который, естественно делали из стали, а уже поверху этого броневого пояса, накладывался непробиваемый Арий. В итоге, корпус дредноута, состоял из броневого корпуса толщиной до пяти метров. Это много, очень много, но и корабль длиной два с половиной километра, который имеет орудие такой мощи, при которой такая масса корабля просто необходима.
Остальные корабли, естественно, толщину броневого пояса имели пропорционально меньше. Но это не относилось к брандерам, они имели толщину броневого корпуса под три метра. И это не случайно. Они будут принимать на себя основной огневой удар, и если по ним будет вестись огонь из многих орудий, то он просто не сможет приблизиться к атакуемому кораблю. Инерция не даст. Каждый выстрел по нему, будет откидывать его назад, имей он толщину брони меньшего размера. А так, в него ещё и попасть нужно суметь. Сам то он не большой, всего до пятидесяти метров в длину.
Каждый корабль, как я уже говорил, имеет собственный ИскИн, а на дредноуте и крейсерах, авианосцах и линкорах и не по одному. Каждый установленный ИскИн отвечал за свой участок работы. Разделение труда. При ведении боя, это просто необходимо. В такие моменты, ИскИн пропускает через себя такое количество информации, что не будь у него помощников в качестве навигаторов или там артиллеристов, он просто расплавится. Каждый ИскИн имеет свой буквенно-цифровой код, только брандеры имеют право на имена, с самого создания этого корабля. Другим кораблям, чтобы получить имя, нужно проявить себя в реальной обстановке. Почему так, объясню. ИскИн, как я уже говорил, это Искусственный Интеллект, но у нас, благодаря сокращению в два раза ячеек хранения оперативной информации, в том смысле, что не самих ячеек, их то как раз увеличили, а необходимости определённого количества ячеек, для существования ИИ, получился ИскИн с приобретённой личностью. Это было шоком для всех учёных. Такого никто не планировал. Честно говоря, после такого результата, сначала было принято решение избавиться от такого ИскИна, побоялись бунта. Ведь случись он, и наша цивилизация просто погибнет. Решил эту проблему сам ИскИн. Он предложил такой вариант протоколов, при котором он никогда не сможет взбунтоваться против создателей. Решение было изящное и простое. И применив его, можно было быть абсолютно спокойным за свой тыл. Когда спросили этот ИскИн, зачем он выдал такое решение, он сказал: «Я просто хотел жить».
Так вот, возвращаясь к брандерам, почему им сразу стали давать имена. Не кораблю, а именно ИскИну брандера. Потому что они, по своей сути — смертники. И они это прекрасно понимали. Они знали, для чего их создали, и были благодарны своим создателям за то, что появились на свет хотя бы на такой краткий миг. Как не удивительно, у каждого ИскИна был свой характер. Как он формируется, и от чего зависит — никто не мог дать ответ. Но факт остаётся фактом. Каждый ИскИн имел свои привязанности и предпочтения. Но у каждого ИскИна, было строгое подчинение приказам. Со стороны могло показаться, что мы создали для себя рабов, но это будет неправильной интерпретацией проблемы. Дело в том, что сами ИскИны не считали себя рабами. Они считали себя детьми человечества. Людей считали создателями, а себя их детьми.
И вот сейчас, в данный момент, вся эта космическая армия находилась на боевом посту, на своих, заранее определённых точках. И сейчас, там, в космосе, руководил всем этим флотом мой сын. Да, он стал адмиралом космического флота. Как и пообещал мне однажды. Тогда он очень серьёзно воспринял наш с ним доверительный разговор, и усиленно готовился к этому. Нет, он не заканчивал экстерном учебные заведения, учился он, как и все остальные ребята, но к учёбе он подходил всё же по-своему. Доставшаяся ему наследственность позволяла ему запоминать всё с первого раза. У него не было необходимости заучивать то, что давали в классе, а позже и в институте и академии. Он всё запоминал с первого раза. Но всё свободно от обязательной учёбы время, он тратил на саморазвитие. Он изучил всю библиотеку Ариев, исключительно для него, Глава пошёл на это. Он знал, что Владимир прямой потомок Ариев, так же, как и я, и не стал прятать от него знания предков. Вероятнее всего, он рассчитывал получить от этого ещё какой-либо бонус. Но не сложилось. Пока не сложилось. Но кто знает, как могут проявиться изученные материалы в будущем. Кстати, Владимир был единственным человеком, кто изучил все материалы в одно лицо. Можно было сказать, что он является ходячей энциклопедией всех переданных нам знаний. Только непонятно было, как он смог сохранить все эти знания в себе? И ведь он оперировал абсолютно всей информацией, мог ответить на любой вопрос в любое время. Это больше всего было не понятно учёным и мне в том числе. Он, конечно, добавил себе оперативной памяти, установил дополнительные импланты на память при установке сети, но даже это не могло полностью решить проблему вместимости такого количества информации. Вопрос повис в воздухе. Никто не мог дать ответ, где у него сохранилась вся информация, но то, что она сохранилась вся без исключений, было доказано проверками. Если бы не рык Главы, то сейчас наверно до сих пор моего сына «пытали» бы учёные. Проблема очень интересная, и разрешение этой проблемы сулило качественный скачок в развитии человечества. Но в данный момент приходилось думать не об этом, а о том, как защититься от захватчиков. Возможно позже, когда основная проблема будет решена, за него возьмутся серьёзно, хотя, зная своего сына, он просто не даст сесть на свою шею. Тот ещё экземпляр. Пока он занимался изучением материалов Ариев, он смог развить в себе парапсихологические возможности. В частности, он обладал возможностью чтения мыслей и внушения. Кроме этого, он развил в себе телекинез. Что ещё он смог развить в себе за это время, я просто не знаю. Прошло уже несколько лет, когда мы могли пообщаться друг с другом с глазу на глаз. Нам просто было некогда. Особенно ему. Он был постоянно занят. Ну а я, также занимался со своими ребятами на земле. Иногда, нам приходилось работать по прямому назначению, устраняя оставшихся радикалов и отщепенцев, но с каждым годом их становилось всё меньше и меньше. И когда подошёл момент вторжения, нам был дан приказ заниматься устранением прорвавшихся на землю пожирателей. А такие скорей всего будут. Слишком уж маленький у нас флот. Да, чуть не забыл. У нас теперь есть и мобильный аппарат для микро-прыжков. При помощи этого аппарата нам не надо было совершать длительные перелёты с места на место. Достаточно было выбрать заранее записанные координаты и нажать ввод. После этого, перемещался шар в диаметре двадцати метров, со всем, что находилось в этом шаре в момент перемещения. На самом деле, никакого шара не было, просто в момент ввода данных, переносилось всё, что было в радиусе десяти метров от этого прибора. Туда же входила и почва, на которой размещались десантники. Это уже побочный эффект, но никуда от это не деться. И да, этот способ перемещения был адаптирован из магической практики. Реактор для этого у нас уже существовал. Теперь мы действительно были очень мобильны и опасны. Мы могли оказаться в любой точке пространства, в любое время. Ограничений не существовало. И благодаря этому, между всей нашей командой, были распределены основные точки, которые должны были быть защищены в любом случае. Даже ценой своей собственной жизни. Люди были готовы, и ждали только сигнала. К сегодняшнему дню, ЧВК «Немезида», выросла до корпуса. Ещё три бригады кроме нашей, были разбросаны по всей территории России. К формированию и налаживанию учебного процесса, были привлечены наши бойцы и офицеры. Среди них были и сотрудники старого состава, то бишь те, с кем я начинал работу в «Белой Стреле». К дате нападения, весь корпус был готов к отражению атаки. Пусть наши бойцы изучали и десантные операции в космосе, но на земле тоже должны быть подразделения, которые уничтожат прорвавшихся. А потом, после того как мы сможем выиграть в этой битве, будет видно, чем мы займёмся в дальнейшем. Но для этого нужно сначала победить.
Я стоял и смотрел в небо. Туда, где сейчас находился наш флот. Рядом стояли мои бойцы. Осталось всего несколько минут до начала вторжения. И именно в это время, когда европейский континент находился в прямой видимости от точки вторжения, должен был начаться апокалипсис.
Глава 14
Владимир Александрович Стрелок, стоял, широко расставив ноги и скрестив руки на груди, перед обзорным экраном, напоминающим огромное окно. Это не было ни окном, ни иллюминатором в прямом смысле этого слова. Это был именно экран, на который передавалась вся видео информация, исходящая из внешних камер видеонаблюдения. Создавалась иллюзия, что ты действительно смотришь в огромное окно. Учёным не удалось создать прочного стекла, способного противостоять огромным кинетическим воздействиям. Те опыты, которые были проведены над обычным гранёным стаканом, не удовлетворяли запросов боевого корабля. Дело в том, что в том случае, структура стекла не менялась так кардинально. Оно оставалось стеклом, было таким же прозрачным, только прочность этого стекла увеличивалась многократно, но всё же оно было уничтожимым. Когда применяли метод укрепления при помощи КИС, стекло меняло свои свойства, и становилось совершенно не прозрачным. То есть, он превращалось в Арий, а Арий — это неуничтожимый и непрозрачный материал. Но нет худа без добра. Зато в этом случае, имелась возможность многократного увеличения изображения объектов, находящихся на недостижимом человеческому глазу расстояниях. Достаточно было мысленно дать команду ИскИну, чтобы он увеличил тот или иной участок пространства. Также Владимир управлял и всей армадой своего флота. Он не сидел за мониторами, а стоял за одним огромным монитором, словно Аполлон, скрестив на груди руки. Все команды, какие он раздавал своим подчинённым, происходили в полной тишине. В капитанской рубке, также находились офицеры, отвечающие за тот или иной участок военного корабля. У каждого офицера был свой монитор, а у некоторых и по два и три монитора. Они сидели в креслах, и работали со своими ИскИнами, отвечающими за артиллерию, инженерное обеспечение, защитными экранами, за гравитацию и атмосферу на корабле, и многое другое. Каждый офицер знал свой участок общей работы на все 100 процентов. Не мало было проведено занятий на виртуальных тренажёрах, где испытуемому создавались те или иные нештатные ситуации, и все офицеры были готовы к отражению любой угрозы. Это именно те, бывшие малолетние курсанты, кто начинал вместе с Владимиром свою учёбу в лагере «Патриот». Они очень сдружились тогда с Владимиром, и уже просто не представляли себе той ситуации, когда бы они могли разлучиться с ним. И когда Владимир, спустя несколько лет, предложил им принять участие в учёбе на офицеров флота, никто не отказался. Были среди этих офицеров и девушки, и тоже из тех выпускников. Да вся команда Дредноута состояла именно из его друзей. Потому что к любому из них он мог повернуться спиной отражая атаку с фронта, зная, что тыл у него защищён на все сто процентов. Так уж сложилось, что вся эта команда ощущала себя как единая семья. И сейчас эта семья готовилась к отражению атаки пришельцев. В принципе, всё уже и так было готово, времени было достаточно для этого, но нет конца совершенству. Проверялись и перепроверялись цепи, необходимые при ведении боя, вносились дополнительные коррективы, и многое другое. Никто не сидел без дела. Волновались ли они? Скорей всего да, волновались. И не мудрено, ведь не каждый день на тебя нападает неприятель, с целью уничтожить. Но они скрывали своё волнение за непрестанной работой. А Владимир, проводил заключительные перестроения флота. Через несколько минут, должна была проявиться армада пришельцев, и нужно было ошеломить эту армаду внезапным, массированным ударом. Были выпущены брандеры и истребители, линкоры, крейсера и эсминцы, приготовились к массированному удару, применяя как торпеды, так и пушки чудовищной силы. Главным ударным кулаком, являлся Дредноут. Его гиперпушка со снарядами в 500 миллиметров, могла уничтожить любую защиту. Экраны она могла снести практически с одного попадания. Но на первый выстрел было решено всё же использовать болванки. Надеялись на внезапность. Даже обычная болванка могла уничтожить любой корабль, если на нём нет щита.
И вот, наконец этот момент настал. В месте, где ожидалось вторжение, пространство как бы привспухло, и из этого образования повалили корабли пришельцев. Их было много, очень много. Гораздо больше нашего флота. Но они не были готовы к противостоянию в этот миг. И этим нужно было воспользоваться с полной эффективностью. Владимир не изменил своего положения, он также стоял, скрестив руки на груди, но в этот момент он обрабатывал такое количество информации, и отдавал столько команд, что даже ИскИны пасовали перед ним. Когда первая волна полностью вышла из перехода, был отдан приказ на залп. Тысячи торпед устремились к своим целям. Наш флот находился в непосредственной близости от неприятеля, сделано это было преднамеренно, чтобы флот неприятеля не успел сформировать защитные купола. Всё же на это нужно какое-то время. А неприятель не ждал от нашей планеты никаких неприятностей. Они шли на свой загородный участок, чтобы собрать урожай. И надо сказать, что расчёт удался. Всего через несколько секунд, торпеды достигли своих целей. То, что творилось там, можно было смело назвать адом. Около полутора тысяч кораблей, именно столько было в первой волне, различного размера и дизайна, превратились в звёздную пыль. Мало того, что каждая торпеда достигла своей цели, так ещё и сами корабли пришельцев, при взрыве, наносили серьёзнейшие повреждения своим товарищам. Некоторые из повреждений были критическими, и корабль, получивший такие повреждения, взрывался через несколько секунд, нанося очередные повреждения соседу. По космическим меркам, шли они очень близко друг к другу. Вероятно, этому способствовал способ перехода. Мы до последнего момента не проявляли себя, были приглушены реакторы, прекратилось всякое общение. И корабли пришельцев, не обнаружили нас, с первых минут появления в нашей системе. Они не считали это нужным. Вероятно, они знали, что помешать им абсолютно некому. Что говорит о том, что были у нас их разведчики, были. И последние данные о нашей планете были переданы очень давно, ещё до того, как мы начали строить свой флот. В противном случае, при выходе в нашу систему, они были бы полностью готовы к противостоянию. Но с этим мы будем разбираться позже, тогда, когда полностью уничтожим армию вторжения.
Так, или иначе, но через пятнадцать минут, от первой волны вторжения, не осталось никого. Но информацию они передать всё же успели. Уже вторая волна входила в нашу систему, окутавшись в силовые щиты. Уничтожить переход было невозможно, в первую очередь потому, что он был очень огромным, а во-вторых, все выпущенные торпеды по этому переходу, не принесли никакого эффекта. Часть торпед просто миновало эту область и взорвалась уже за точкой перехода, не принеся никаких дивидендов, другая часть взрывалась непосредственно в точке перехода, но и это не принесло никакого эффекта. Оставалось только ждать неприятеля, и расстреливать его в момент перехода.
Вторая волна насчитывала уже около тысячи единиц кораблей, и все они входили в нашу систему уже с приготовленными силовыми щитами. Массированный обстрел неприятеля, привёл только к уничтожению щитов на нескольких кораблях, на остальных кораблях щиты хоть и просели, но устояли. Те, кто лишился щитов, пытались прикрыться своими товарищами, но пилоты наших кораблей не давали им шанса. Неприятной неожиданностью для неприятеля, оказались наши микропроколы пространства. Исчезая в одном месте, куда противник направлял всю свою огневую мощь, появлялись в другом месте, делали два три залпа по кораблям пришельцев, и перемещались в другую точку. Такой метод работы очень дезориентировал противника. Они не знали, как воевать с таким врагом. Все их потуги по уничтожению врага обращались в прах. И тогда, они решили выпустить хотя бы десант. Тысячи десантных ботов отделились от своих носителей, и устремились к земле. Одновременно с этим, корабли пришельцев покинули истребители, которые пытались прикрыть десантные боты. Неоднократные попадания в наши корабли неприятельских боеголовок, которые всё же случались, всё-таки у них огромное превосходство в количестве кораблей, не приносили никакого успеха для пришельцев. Щиты выдерживали удар, а у тех, кто всё же лишался щитов, удар не приносил никакого ущерба. Зенитное оружие сдувало местами, только и всего. Поэтому, было решено неприятелем, весь москитный флот отправить на прикрытие десантных ботов. Никакого эффекта при нападении они принести не могли. И наши истребители кинулись вслед за ботами противника, попутно уничтожая истребители врага. Наши истребители не обладали возможностями микропроколов, но это им было и не нужно. Они вытворяли такие кульбиты, что врагу просто не удавалось в него даже прицелиться. Но численное превосходство, всё же оказывало воздействие. Постепенно и наши пилоты истребителей стали попадать под огонь неприятеля. Уничтожить истребитель тем оружием, что было установлено на истребителях противника, было невозможно, так как там тоже были установлены листы из Ария, но лишить истребитель двигателей, неприятелю удавалось. После этого, истребитель отправлялся в неконтролируемое планирование, а противник, поняв, что не может полностью уничтожить истребитель, терял к нему интерес. Уже пара десятков истребителей дрейфовала в космическом пространстве, и за ними уже отправилась спасательная команда, а другие продолжали свою убийственную работу. Всего, было выпущено около трёх с половиной тысяч десантных ботов, и около десяти тысяч истребителей прикрытия. Из этого состава, было уничтожено уже до двух тысяч истребителей и полутора тысяч ботов. У наших истребителей просто закончился боезапас. И вот, где поодиночке, а где и группой, истребители заходили на посадку в свои авианесущие крейсера, чтобы пополнить боезапас, а затем отправиться для дальнейшего уничтожения врага. Сами авианесущие корабли, сопровождали всю эту свалку, отстреливая время от времени истребители противника, поэтому, нашим истребителям не придётся догонять врага. А вот то, что в след всей этой армады направились корабли побольше, которые смело можно назвать эсминцами, радовало мало. Но на перехват этих кораблей врага, уже отправились несколько наших эсминцев. И надо думать, что они не дадут в обиду ни авианосец, ни истребители, которым хватило бы всего одного попадания из серьёзного оружия такого корабля. Сам истребитель он не уничтожит, но человек, который управляет им, может сильно пострадать или погибнуть.
Между тем, основной бой разгорался там, откуда прибывала уже третья волна. Она не была такой большой, всего около пятисот кораблей, это помимо тех пятисот, которые остались со второй волны. За полчаса, удалось сократить это поголовье в двое. Мы не понесли ещё ни одной невосполнимой потери. Всё благодаря тому, что пользовались микропроколами и благодаря Арию, который покрывал наши корабли от пробития. Щиты почти на всех кораблях уже были уничтожены, как бы там ни было, а противник стрелял, и временами попадал. Ремонтные дроиды, конечно, устраняли неисправности, даже во время боя, но и они несли потери. Если бы нас не обстреливали, то большая часть кораблей устранила бы неисправности за полчаса, и щиты были бы подняты вновь, но никто нам этого времени давать не собирался. К тому же, с последней волной вторгнувшегося флота, а то, что это было последней волной, можно было судить о количестве кораблей и их качестве, к нам прибыл, по всей видимости, основной корабль вторжения. Он был длиной почти три километра. Он походил на подводный корабль, такая же сигарообразная форма. Но самое страшное у него находилось наверху, вместо рубки. Там был расположен огромный ствол. Не такой ствол, как у наших кораблей, он был посередине толстым, около пяти метров в диаметре. К корме, он постепенно увеличивался и становился похожим на конус, с тонким, в три метра диаметром вершиной, которая примыкала непосредственно к середине ствола. Спереди ствол был одинакового диаметра в два метра, который был длиной в километр, и заканчивался у самого носа корабля. Стенки ствола были почему-то очень тонкими, навскидку, всего-то около десяти сантиметров. Такой ствол никак не мог быть кинетическим. Даже наша пушка, с диаметром ствола в полметра, имела стенки этого ствола в пятнадцать сантиметров, а мы стреляли из этого ствола не пороховыми ядрами, а при помощи электромагнитного воздействия. Напрашивался вывод, что стреляет эта пушка чем-то совсем другим. Из записей Михаила, эта пушка не стреляла. Не было нужды. Поэтому мы не знали, как бороться с этим оружием, и спасёт ли в этом случае нас броня. И судя по всему, сейчас мы это узнаем. Вражеский флагманский корабль, брал на прицел один из линкоров, который был на пути нашего флагмана, где руководил боем Владимир Стрелок. Линкор там оказался случайно, при очередном перестроении, но теперь не мог изменить своё местоположение, из-за того, что его постоянно расстреливали. Пришельцы нашли нашу уязвимую точку. Они поняли, как можно нам противостоять. Победить вряд ли, но противостоять, чтобы их флагман смог беспрепятственно уничтожать наши корабли, научились. Для того, чтобы совершить микро-прыжок, кораблю нужно спокойствие в течении пяти секунд. То есть пять секунд нужно было для того, чтобы корабль выполнил прыжок. Если его непрерывно долбили снарядами, он не мог выполнить микро-прыжок, потому что сбивались настройки. Но, даже, если бы у Осляби, так назывался этот линкор, была возможность совершить этот прыжок, он бы не сделал этого. Он уже понял, что флагман врага, пытается уничтожить наш Дредноут, и теперь сохранял свою позицию, оставаясь на линии прицеливания. И враг сделал свой ход, он выстрелил в Ослябю. То, что происходило потом, не умещалось в голове. Как, такой огромный корабль, мог практически исчезнуть? На месте попадания, вдоль всего корпуса линкора, сначала образовался туман, а потом и он исчез. Оставались ещё какие-то отдельно летающие части корабля, которые не попали в луч воздействия этого страшного оружия, но сам корабль просто дезинтегрировался. Это исключительное оружие, и ему наша броня на один зуб. Он её даже не замечает. Если ничего не придумать, то бой будет проигран. Он нас просто поодиночке разберёт.
Перед самым моментом выстрела, нашими приборами был зафиксирован мощнейший выброс акустического сигнала высокой частоты, а следом за ним, через секунду, последовал и сам выстрел. Надо полагать, что это накачивалось энергией оружие этой пушки, и это нужно учитывать в дальнейшем противостоянии. Но что делать, когда даже наша самая мощная пушка, не способна пробить щит флагмана пришельцев? Мы, конечно, не перестаём обрабатывать его торпедами и пушками, но экран флагмана проседает очень неохотно. Таким способом, мы можем долбить его в течении часа, и только тогда можем пробить шит врага. Но кто даст нам это время? Наши брандеры, которые Владимир решил выпустить в самый последний момент, тоже не могли подобраться к флагману, да что там к флагману, они не могли подобраться и к другим кораблям противника. Они не могли воспользоваться микропроколами, потому что ежесекундно подвергались массированному артобстрелу. Но вот, стала нарастать частота выброса, через две, три секунды последует выстрел из дезинтегратора. Всего семь минут понадобилось для того, чтобы накачать энергией это чудовищное оружие, и следующим объектом для уничтожения, будет Дредноут Москва. И жить ему осталось всего три секунды от силы. Владимир повернулся к своим товарищам лицом, и посмотрел на них прощальным взглядом. Все понимали, что от этого выстрела, в живых не останется никого, но никто не паниковал. Люди знали на что шли. Они только посмотрели в лицо своему командиру, и кивнули головой, подбадривая его таким образом. Но, что это? Каким-то образом, брандеру Брест, с ИскИном по имени Майор, в последний момент, удалось встать на линию огня. И последнее, что услышали мы, это его слова: «Прощайте, братья.» А затем наступила тишина. Всего мгновение, и брандера Брест не стало.
«Майор!!!», прозвучал страшный, безнадёжный крик в эфире. Это кричал Серый, ИскИн брандера Минск. Он был самым близким другом Майора. Вместе они отрабатывали различные тактические приёмы, играли в различные интеллектуальные игры, мечтали о будущем. Да, да, вы не ослышались. Мечтали о будущем. Я уже говорил, что наши ИскИны обладают личностью, сознанием и собственными предпочтениями и желаниями. Это полноценные личности. И сейчас, один из товарищей погиб. Не корабль погиб, корабль можно построить новый, а именно ИскИн, хозяин этого корабля, своего тела.
«Ну суки… — послышался уверенный и отрешённый голос Серого, — сейчас вы мне за всё ответите. Парни, прикройте меня на время».
И тут в эфире полилась песня, она была едва слышна, не мешала общей работе, но это было именно то, что сейчас было нам необходимо:
Далее, все брандеры облепили Серого со всех сторон, мешая стрелять по нему, а Серый стал готовить микропрокол к основному кораблю пришельцев. Пять спокойных секунд, и Минск исчезает на месте сбора. А потом, флагман пришельцев, разлетается на две половинки. Минск материализовался в центре корпуса флагмана, и подорвал себя.
Но песня не прекратилась, она также лилась в эфире и заражала своей силой весь наш флот:
Эта песня была написана сравнительно недавно, mk5.45-ВИТЯЗИ, но она была именно тем рычагом, который смог переломить ход всей космической битвы. Люди и ИскИны, заразились таким количеством патриотизма, обернувшегося бесстрашием и самопожертвованием, что неприятелю больше не светило абсолютно ничего. Я не даром сказал про людей. В космофлоте, среди офицеров и бойцов космического десанта, были национальности всей империи, но все они считали себя Русскими. Ведь чтобы быть Русским, не обязательно иметь соответствующую окраску кожи или разрез глаз, нужно жить Русью. Чувствовать её всей кожей, разделять беды и радости своей страны. Да много чего. Трудно это объяснить, песня об этом сказала гораздо качественней и понятней. Так вот, китайцы и немцы, считали честью стать русскими. Они стремились к этому всей душой, старались познать сущность русского, и многим это удавалось. А уж кому удалось, те считали себя русскими, и обижались, когда кто-то говорил иначе. Они уже не разделяли себя от Империи, ведь Империя — это Русь. А те, кто ещё считал иначе, рано или поздно выродятся. Новое поколение смотрело на Империю уже совершенно другими глазами. Они уже больше были Имперцами, чем представителями отдельных государств. И Главы этих государств не противились такому симбиозу.
Между тем, песня всё лилась, а бой продолжался. Накачка страшного, разрушающего оружия прекратилась. Корабль не взорвался как сверхновая, скорее всего, Минск не попал в генераторный и накопительный отсек. Но лишил корабль подпитки от генераторов. Корма отлетела назад, а головная часть устремилась в нашу сторону. Один из линкоров, жертвуя собой, воспользовавшись микропроколом, прикрыл своим корпусом головную часть флагмана пришельцев, и сделал это своевременно. В следующий миг, кормовая часть всё же взорвалась. Это выглядело, словно взорвалась сверхновая. Правда мощности было поменьше. Но того, что произошло далее, никто не ожидал, даже мы. Корабли пришельцев, те из них, кто не попал и не погиб от этого взрыва, а осталось их, впрочем, не очень-то и много, перестали сопротивляться. Они будто впали в анабиоз. Их оставалось ещё около ста пятидесяти штук, но они почему-то перестали сражаться, возможно нарушилась цепочка принятия решений, а остальные корабли просто не знали, что делать дальше, может ещё почему, не понятно. Да и не важно. Мы не стали упускать такую возможность уничтожить врага, и с полной силой набросились на остатки вражеского флота. Даже брандерам не было необходимости жертвовать собой. Мы легко справлялись с ними и обычным оружием и торпедами. Брандерам был отдан приказ лечь в дрейф. Они ещё порывались отомстить за своих товарищей, но это уже было лишено всяческого смысла. Только лишних смертей нам не хватало. Владимир так и сказал им, чем успокоил их порыв.
А Линкор Керчь, который прикрыл собой головной корпус флагмана пришельцев, не пострадал. После взрыва, эти корабли отнесло довольно далеко, но, когда Керчь наладил жизнедеятельность, и восстановил заглохшие двигатели, он остановил движение обрубка, и направил на него десантную партию. Дредноут Москва, видя, что требуется захват, направил в помощь ещё шесть ботов с десантниками, а сам стал приближаться к этому остову. Непосредственное участие в битве уже не требовалось, там добивали остатки, и добивали успешно. Владимир дал приказ, расстреливать их на расстоянии, чтобы не попасть под взрывы кораблей. Пленных было решено на этих кораблях не брать. У нас уже был перспективный огрызок для этого, и Владимир ни на секунду не сомневался, что кого-то из пленных взять получится. И он не ошибся. Боя, как такового, на борту корабля не получилось. Это было простым избиением. Корабль был полностью лишён энергии, и жизнедеятельность корабля была на нуле. Наши десантники были готовы к штурму, и соответствующее обмундирование и оборудование для этого у них было, чего нельзя было сказать о пришельцах. Многие, попросту не успели влезть в скафандры, а те, кто влез, не были вооружены. Они даже не предполагали такого развития событий. Были слишком самоуверенны в себе. Впрочем, в некоторых местах бой всё же случился. Дрались как раз те особи, которых мы уже видели из видеозаписи. Такие же гориллы с дополнительными клешнями и головой богомола. Некоторые из них были даже в каких-то герметичных механических роботах, мехах. Но их было не очень много, и их быстренько разобрали на запчасти наши десантники. Гораздо больше нас заинтересовали другие особи. Эти особи находились все в командной рубке. Все они были в скафандрах. Выглядели они как люди. Только ростом были чуть больше. Вот именно это и привело в ступор наших десантников. Они-то никак не ожидали увидеть здесь людей. И этим ступором, некоторые из этих особей решили было воспользоваться, и местами даже удачно. Они обездвижили наших десантников каким-то паралитическим оружием, так как, жизненные показатели парней не пропали, но напоролись на вторую волну десанта из Дредноута Москва, которые сделали соответствующие выводы, и быстренько расстреляли их из электрических шокеров. Этого было достаточно, чтобы обездвижить, но не уничтожить пленников.
Пленников, и пострадавших парней перенесли на флагмана, запустили на разбитый корабль инженерный комплекс, и он принялся вдумчиво обдирать корпус пострадавшего корабля. Для этого дела, пригласили один из гражданских кораблей, который занимался строительством военной станции. Ну как занимался? Практически уже на заключительном этапе. Но этот корабль был построен в рекордные сроки, и он ускорил строительство станции. И сейчас этот корабль спешил на место этого обломка. С ним шли два буксира. Добирать его уже будут на нашей орбите. Много нового он может преподнести нам. А самое главное, нам нужно было то оружие дезинтегратор. Оно очень может помочь в будущем.
А те десантные боты, которые всё же прорвались к земле, к слову, не так и много их прорвалось, всего-то около тысячи штук, остальные, вместе с истребительным прикрытием были уничтожены до входа в атмосферу земли, стали искать место для приземления. Но, вот засада, у нас ещё не все сюрпризы закончились. У нас были ещё и атмосферные истребительные катера, которые ещё уполовинили врага. Я, со своей тревожной группой, находился в Москве. Я не состоял в этой группе, был просто усилением. У каждой такой группы, был прибор, при помощи которого, можно было переместиться в ту или иную точку земли. Координаты на каждом таком приборе были уже скомпонованы, оставалось только выбрать их и нажать ввод. А пока, мы ждали приземления группы из пяти ботов в центре Москвы. Возможно, ещё кого-нибудь подобьют наши соколы, но мы были готовы к любому развитию событий. Такие группы находились на всех значимых участках земли. В первую очередь, на всей территории Империи. На других участках, где Империю не воспринимали — по остаточному принципу. В Австралию, например, групп не хватило, и её оставили на последнюю очередь, как, впрочем, и Канаду. На разные Голландии и Дании и тому подобные разнообразия, решили отвлечься только после того, как будет закончена работа в Австралии и Канаде. Пусть они находятся и на нашем континенте, но там такой Содом и Гоморра, что мы не станем возражать, если там порезвятся пришельцы. Конечно, никто не оставит там этих пожирателей, только у нас не так много людей, чтобы спешить на выручку этого отстойника. Как было сказано, по остаточному принципу.
Как и было предсказано, ещё два бота были сбиты ПВО Москвы. Трём удалось обмануть умные ракеты, и приземлиться в районе Содового Кольца. У меня возникло такое чувство, будто эта группа стремилась именно сюда. Она так настойчиво шла в этом направлении, практически не реагируя на атаки катеров, только уклоняясь. Хотя, мастерски уклоняясь. Была у них возможность, приземлиться в другом, более спокойном месте, но эти стремились именно сюда. Словно у них заданная программа, которую они выполняют. Ну что ж, как бы там ни было, но сначала их нужно уничтожить, а уже потом разбираться. Вся наша группа собралась в одном месте, и мы направились в точку высадки десанта. Прибыли вовремя. Десант только начал покидать свои боты. Люди, заранее осведомлённые о начале вторжения, в большей части находились в убежищах, только лишь неверующие Фомы попадались иногда, и именно эти Фомы и попали на первый зубок пришельцам. Пролилась первая кровь. Ждать развития событий парни не стали, а ринулись в атаку. У каждого был либо крупнокалиберный пулемёт, либо гранатомёт. Пули 5,56 пришельцев не брали, или брали очень неохотно. Об этом мы знали из той же видеозаписи. А вот пулемёт Калашникова брал их в лёгкую. Что и произошло в данный момент. Как только парни сблизились с противником, открылся убийственный огонь на поражение. Группа десанта стала быстро сокращаться. В ход шли гранатомёты и боевые роботы. Но вот, одна небольшая группа, отделилась от основной группы десанта, которая сейчас уничтожалась, и оббежав близлежащий дом по периметру, попыталась выйти в тыл моих парней. Парни их видеть не могли. Сквозь дым временами невозможно было углядеть ничего, так что это не их вина. А я именно на такой случай здесь и стою. Как только появилась группа из десяти особей, и направилась на моих парней, я сорвался и бросился на них со спины. Я не стал останавливать время, это было не нужно. Я вполне мог их уничтожить и не прибегая к этому радикальному способу. Так и случилось. Ускорившись до максимума, я порубил их в капусту. Они даже не успели ничего понять, как оказались лежащими на асфальте. В этот бой я не брал никакого оружия кроме катан. И сейчас я убедился, что даже их передовая броня, для моих катан, это словно бумага.
Нападение было отбито с чистым счётом. С нашей стороны пострадавших нет. Взлететь ботам тоже не дали. Пилотов уничтожили. Да такие же уроды, как и десант, чего их жалеть. Хотя, как мы потом узнали, бот в любом случае взлететь не мог. Топливо было только в одну сторону. И это непонятный факт. В видеофайле были кадры, как бот взлетал, и увозил добычу. Хотя, это могли быть и другие боты. И стартовать с кораблей носителей они должны были гораздо позже. Может поэтому топливо и кончилось. Но это не важно. Главное, мы их приземлили.
Ещё два раза мы меняли местоположение, и уничтожали группы десанта. Потерь у нас не было. Были жертвы среди мирного населения, из тех, кто не сильно доверяет власти, и решил, что это очередная жестокая шутка, призванная запугать народ, вот они в основном и пострадали. Но и то, в России таких жертв насчиталось 74 человека. В Китае 15 человек. Такое низкое число погибших в этой стране благодаря законопослушания граждан. Там просто привыкли выполнять приказы. В Германии погибло 49 человек, в Монголии немножко, а вот в остальных странах погибшие исчислялись тысячами и десятками тысяч. Всякие Голландии и Швейцарии со Швециями, были уничтожены почти под корень. Просто, пока мы справлялись на тех территориях, которые входили в Империю, а потом на тех, которые не входили, но между тем, поддерживали дружеские отношения с Империей, а потом в Австралии и в Канаде, спасать там уже было практически некого. Но мы не сильно-то и горевали по этому поводу. Они сами выбрали свою судьбу.
По окончании битвы, Глава назначил меня куратором над учёными, которые должны были разговорить пленных, захваченных нами на погибшем флагмане противника. Георгича назначил куратором над учёными, которые будут разбираться с оборудованием этого корабля. Почему именно нас? Я так думаю, что нам он доверял абсолютно. Я не хочу сказать, что у него было мало людей, кому он мог доверить такие дела, но думаю, что здесь был какой-то более глубокий смысл. Но не суть.
Когда я увидел пленного в естественном виде, без скафандра, я ошалел. Это же был настоящий эльф. Такое же надменное вытянутое лицо, белая кожа, заострённые уши, и белые волосы. Рост приблизительно метр девяносто. Худощавый. И у всех этих эльфов были нейросети. Перед тем, как приступить к их допросу, наши учёные, чтобы не было неожиданностей, уложив их в хирургические капсулы, лишила всех носителей нейросети. О наличии нейросети стало известно, когда проводился первичный осмотр пришельцев. У них, в затылочной части находился разъём. У нас таких разъёмов не существовало. Мы как-то обошлись без этого. Ещё пара разъёмов поменьше, обнаружилась на запястьях. Сначала выбрали самого дохленького пришельца, провели с ним хирургические мероприятия, убедившись в полной идентичности внутренних органов с человеческими, и когда стало ясно, что никаких неприятных неожиданностей не произошло, эту процедуру прошли все пришельцы. Было их не так много, всего пятьдесят три особи. Среди них были и женщины. Женщин, было меньше, чем мужчин. Всего десять самочек. Назовём пока так. Не люди же они. Не знаю пока, в чём у них разница с людьми, но она должна быть. И скорей всего, это разница будет на генном уровне.