Спальня самого главного лица была шикарной. Она была огромной, как в древних замках. Кровать под балдахином находилась в самом центре спальни. Не кровать даже, траходром. По площади боксёрский ринг напоминает. Сам он спал на краю этой кровати, и даже одна нога свесилась вниз. Умаялся видно, от трудов «праведных», даже на кровати места не хватает. Тело, а ничем другим я назвать это подобие человека не могу, было грузным. На вскидку, килограмм под сто пятьдесят. С огромным животом. Даже лёжа на спине, этот живот был выше его самого. Не удивлюсь, если за раз он способен сожрать целого барана. Сам он чистый узбек. Я легко могу определить эту национальность. Всё-таки, прожил в Узбекистане не мало. Спал он без нижнего белья. Стручок его, под животом даже не было видно. Живот перекрывал его. Отвратное зрелище. Убивать его я пока не стал, просто вырубил при помощи импульса. Он нам ещё показания должен дать на камеру. Это, чтобы нас не считали обычными бандитами. После чего, спустился вниз, и выйдя на улицу, пустил время в нормальное русло. Раздался страшный треск ломаемых дверей. На этот звук отреагировал старший охраны. Единственный, кто ещё остался жив. Я не попал в поле его зрения, зайдя за крыльцо, но самое первое действие, которое он совершил, это выхватил пистолет, и уже хотел бежать в дом, но в этот момент на сцену вышел Кречет. Он словно ракета, перелетел через забор. Охранник, каким-то чутьём, ощутил угрозу с того направления, и повернулся в ту строну, одновременно направляя ствол пистолета туда. Он двигался быстро. Да что я говорю, он двигался чертовски быстро. Я бы даже сказал, что он двигался с такой же скоростью, с какой работают наши парни. И только мастерство Кречета, и явная поспешность охранника, не позволило ситуации завершиться трагедией. Кречет, ещё находясь в полёте, уже понял всю тяжесть последствий. Не известно как, но ему удалось увернуться от пули на лету. Второй возможности выстрелить латышу он не дал. Хлёстким ударом ноги, он выбил пистолет из руки латыша, и только потом приземлился. Завязалась серьёзная драка. Если бы этот охранник не обладал такой же возможностью, как и Кречет, то она закончилась бы так и не начавшись. Но скорости были сопоставимы. И только мастерство Кречета, а также владение такой борьбы как Вьюжка, позволила Кречету добить противника. Бой продолжался секунды три, это в нормальном ритме, и это очень долго. Субъективно, со стороны Кречета и его противника, бой длился секунд тридцать. Латыш мастерски уходил от атак Кречета. Хоть он и не обладал знаниями Вьюжки, но предугадывал направления ударов и блокировал их. А временами даже контратаковал. Но, перебитая правая кисть, не позволяла ему полностью овладеть ситуацией, да и неизвестный вид боевого искусства вводил его в шок. По его уверенным действиям в обороне, можно смело сказать, что опыта в поединках у него очень много. И надо заметить, что все удары, которые он пытался применить, были предназначены именно на уничтожение. Хорошую школу прошёл этот тип. Много загубленных жизней на его счету. А ещё латыш. Зря говорят про них, что они медлительные. По жизни, может оно и так, но, когда на кону стоит твоя жизнь, вся медлительность пропадает. А ещё тот факт, что он может ускоряться, так же, как и наши ребята, да и я сам, не даёт мне покоя. Как же он смог? Как я этого добивался, я прекрасно помню. Не легко мне это далось. А кто готовил его? А что, если и те охранники, что я уже убил, тоже обладали такой скоростью? Ведь у них была такая же аура, как и у этого типа. Всё-таки, остановка времени рулит. Если бы не это, то сейчас, скорее всего, нас бы уже добивали.
А Кречет, заканчивая этот бой, заблокировал удар правой, левой рукой, обхватил за шею латыша правой, взял при этом в замок левой, и прижал к своему телу. Потом правой коленкой заехал ему в область солнечного сплетения, и когда тот присел от боли, резко сел вместе с ним, сильно придавливая в крепком замке его шею к себе. Раздался отвратительный хруст костей. Противник обмяк, и упал уже никем не придерживаемый к ногам Кречета.
— От же шь и дьявол, — облегчённо выдохнул он, и вытер пот со своего лица, — он же не отставал в скорости от меня.
— Я заметил, — хлопнул я его по плечу, подойдя ближе, — но ты молоток. Я, конечно, контролировал всё, но мне реально стало страшно, когда он выстрелил в тебя. Я уже начал думать, что мне опять придётся доставать тебя из-за грани, но ты смог увернуться. Не думал, что на лету можно это сделать.
— Я тоже не думал, — ухмыльнулся Кречет, — но тогда, я почувствовал, что, если не смещусь с линии выстрела, мне хана. И как мне это удалось, я сам не знаю. Жить захочешь, как говорят, ещё не так раскорячишься.
— Это точно. — Согласился я с Кречетом. — Меня, знаешь, что беспокоит?
— Откуда у него эти способности?
— Вот именно, — кинул я, — и я думаю, что не только он обладал этим даром. Наше благо, что он не знаком с Вьюжкой, а то кисло бы тебе пришлось. Знаешь, я однажды хотел встретиться с Вьюжиным Олегом, это тот прапорщик, который научил меня этому виду единоборств, но не смог найти его. Когда я ушёл в КГБ, он, буквально в этот же месяц уволился из армии, и исчез в неизвестном направлении. Я пытался его найти, даже Георгича привлёк к этому, но Олег словно сквозь землю провалился. А он бы нам очень пригодился. Да и поблагодарить я его хотел, от чистого сердца, не срослось. Я вот думаю, не захватили ли его?
— Да нет, — помахал головой Кречет, — я думаю, это вряд ли. В стиле боя, не было ничего похожего. А ты сам говорил, что тебя он научил только бою, а свои способности ты развил самостоятельно. Скорее всего, это случайность. Просто этому прибалту повезло. Кстати, остальные кто?
— Да тоже, каждой твари по паре. Есть и парочка пиндосов, причём один из них чёрный, русский есть, в смысле, славянской национальности, поляков парочка, японец, и арабы какие-то. Тот ещё серпентарий. Ладно, ты вот что, убери это тело в пристройку, там его товарищи лежат. Я боюсь, как бы выстрел из пистолета, не привлёк внимания. Затем сходи на башенку, приглядись к округе. Нет ли там паники. Потом спускайся на третий, будем писать разговор с министром культуры. И да, это именно он. Я при выходе с его спальни, заметил несколько грамот на имя этого деятеля. И не забудь уничтожить серверную. Мы там засветились на полную. Записи уничтожь обязательно. Хватит с нас проколов. А я пока подготовлю его к плодотворному сотрудничеству.
— Понял, — кивнул Кречет, — скоро буду.
Он закинул на закорки латыша, подхватил оброненный пистолет, и пошёл в пристройку. Ну а я, направился к нашему основному бандиту, то бишь — министру культуры.
Он так же спал. Не удивительно. Ему в таком режиме спать ещё долго. Но у нас нет времени. Шлепками по его отъевшейся морде лица, я привёл его в чувство. Первое, что он сделал, едва открыв глаза, так это то, что сразу потянулся под подушку. А мне урок. Вот уж не думал, что эта амёба будет ещё и пистолет под подушкой держать. Воспользоваться им я ему естественно не дал. Шмякнув его ладошкой по голове, дезориентировав его таким образом, я легко отобрал у него пистолет.
— Кто ты такой? — Задал он мне первый вопрос, как только глаза собрались в кучку.
— Смерть твоя, — зловеще пошутил я, — извини, что так долго отсутствовал. Работы много было, но сейчас нашлось немного времени, исправим упущения.
— А я никуда не тороплюсь, — дерзко ответил мне оппонент, — и зря ты вломился ко мне в дом. Жить тебе не долго осталось.
— Ты посмотри на него, — развеселился я, — оно ещё мне угрожает. Ты бы хоть халат накинул на себя, что ли, а то смотреть на тебя противно. Выглядишь как амёба, да ещё голая. Так и хочется тебя раздавить. Но нам с тобой ещё о многом поговорить придётся. И не надейся на свою охрану, она уже перед дьяволом отчитывается, за все свои грешки.
— Даже если и так, — не торопясь ко мне проникнуть приятельскими чувствами, и накидывая на себя наконец халат, сказал министр, — мне достаточно только позвонить, и ты гарантированный труп. На что ты надеялся, проникнув к министру культуры?
— Милай, — заржал я, — хто ж тебе даст звонить то? Ты ещё ничего не понял, что ли? Ты не понял, кому хвост оттоптал?
— И кому же? — С вызовом спросил он меня. — Неужто президент Пулатов до меня добрался? Так вот что я скажу, тебе и этому презику. Плевать я на вас хотел, понял? И ничего мне ни ты, ни Пулатов не смогут сделать. А если попробуешь, так знай, Пулатову жить останется меньше, чем час. То, что ты уничтожил моих спецов, я ни на миг не поверил. Скорей всего, ты проник сюда как вор, тайком. Я могу это допустить, хоть и проблематично это. Но вот то, что ты смог уничтожить мою группу, это просто невозможно. Ты просто не знаешь, о чём говоришь. Их нельзя уничтожить. Там такие спецы, что ни тебе, ни кому другому и не снилось. Ты думаешь, почему я до сих пор занимаю этот пост? Да потому, что с Пулатовым уже поработал мой мозголом, и смог отвести от меня опасность. Он теперь поверит, что марсиане существуют быстрее, чем то, что я опасен для него. А мне он не мешает. Пусть будет, он мне уже не опасен. А вот с тобой теперь поработают мои парни. И даже, если ты успеешь мне что-нибудь сделать, для меня это не критично. Меня быстренько приведут в норму. Так что, попал ты, покойничек. И для тебя будет лучше, если ты сейчас со мной пройдёшь в низ, и дашь показания моим парням, как ты проник внутрь. Тогда тебя убьют быстро. А нет, так будешь долго мучиться, прежде чем коньки отбросить.
Я сидел, и офигевал от того, что он мне сейчас втолковывал. Выходит, что есть в этой охране и те, кто занимался ещё и внушением, а ещё те, кто занимался врачеванием. Причём, такой, который мог почти с того света вытащить. Значит, хорошо, что я их сразу того. Но где они всего этого нахватались? Всё страньше и страньше, как говорила Алиса, провалившись в кроличью нору. И над президентом поработал. Поэтому он до сих пор министром щеголяет, а не кайлом руду рубит, это в лучшем случае. Многое становится понятно. И даже то, почему он такой спокойный до сих пор. Он просто не может представить себе, что кто-то сможет одолеть его охрану. В общем-то он прав. Простые люди с ними ничто не смогут сделать. Ну так мы не такие простые, а вот этого он не знает.
— Не угадал ты, дятел, — усмехнулся я, — и сядь на койку. Не мельтеши перед моими глазами, как маятник. Вот, молодец. Тебе что-нибудь известно про «Белую Стрелу»?
Взгляд его после этих слов резко поменялся, из надменно горделивого, сразу стал испуганным и бегающим. Дыхание участилось, лицо покрылось потом, кожа лица побледнела. И всё это произошло в мгновения.
— Я слышал о ней, — хрипло сказал он, — и ты хочешь сказать, что ты оттуда?
— Вот теперь, ты угадал, — хмыкнул я, и посмотрев в сторону двери, громко сказал, — Кречет, заходи уже, что там замер?
— Да просто, хотелось ещё послушать, — ухмыльнулся он, — как он тебя запугивать будет. Так интересно стало. Давно такого не слушал. Снаружи всё спокойно. Никаких движений. Серверную уничтожил. Камеру уже устанавливать?
— Да, давай устанавливай, — показал я рукой, куда именно, — сейчас будет самое интересное.
— Вы и вправду всех моих бойцов убили? — Недоверчиво и с опаской спросил меня министр.
— Ну а как, по-твоему, — пожал я плечами, — мы попали сюда? Дверь-то видишь свою? — Он перевёл взгляд на лежащие обломки двери и тоскливо завыл.
— Хватит выть, — шлёпнул я его по щеке, успокаивая, — правильно сообразил. Такую дверь сломать, это будет очень много шума. Охрана такого не пропустит мимо ушей. Пришлось её угомонить, навсегда.