Партизанский комиcсар: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Так путивлянами было положено начало рейдовой маневренной войны в тылу врага, о которой Руднев уже не раз говорил Ковпаку.

Собирались быстро. В рюкзаки и походные мешки положили только необходимое. Все, чего нельзя было взять в дорогу, закопали в землю, сделали приметы. Захваченные у противника машину, пушку и танк, так хорошо послуживший партизанам, подорвали. Три гулких взрыва прогремели салютом павшим сегодня в бою товарищам. Их похоронили невдалеке от штабной землянки под ветвистой сосною.

Когда в полночь выстроенная к походу колонна поравнялась со свежей братской могилой, все остановились, сняли головные уборы.

— Поклянемся, товарищи! — всколыхнул морозную тишину звонкий взволнованный голос комиссара, и утомленные изнурительным боем патриоты поклялись памятью погибших не выпускать из рук оружия, пока хотя бы один вражеский солдат будет топтать советскую землю. — Прощайте, дорогие боевые друзья! Память о вас навсегда останется в наших сердцах… Прощай, наш родной дом — Спадщанский лес, мы еще вернемся к тебе! — Руднев бросил последний взгляд на могилу, землянку и быстро пошел на свое место в голове колонны.

Через неделю путивльские партизаны остановились в Хинельском лесу на стыке Сумской, Курской и Орловской областей. Местом стоянки командование избрало усадьбу лесничества в 35-м квадрате леса, где были условия для того, чтобы после 150-километрового похода люди смогли отдохнуть, помыться в бане, привести себя в порядок.

Появление здесь Путивльского отряда, слухи о действиях которого распространялись очень быстро, сыграло положительную роль в развитии партизанского движения в этой местности.

К путивлянам сразу же пришли люди, жаждущие бороться против оккупантов. Многие приходили с оружием. Командование отряда тщательно отбирало себе пополнение из местных жителей и попавших в окружение фронтовиков. Согласно установленному порядку с каждым лично беседовали командир, комиссар, а потом уже прием оформляли приказом в штабе. За несколько дней отряд увеличился до 200 человек, хорошо обеспечил себя оружием и боеприпасами.

Значительно возросло в отряде количество коммунистов и комсомольцев. На проходивших в подразделениях собраниях были организованы партийно-комсомольские группы и первичные партийные организации, избраны парторги. На общем партийном собрании было избрано и утверждено приказом командования бюро партийной организации отряда в составе А. И. Коренева, Я. Г. Панина, Г. А. Юхновца. Секретарем партийного бюро избрали опытного партработника Я. Г. Панина. Всю работу партийной организации и ее бюро возглавлял и направлял комиссар Руднев.

Еще никогда у командования отряда не было столько хлопот, как в те декабрьские дни. Но путивляне беспокоились не только о своем отряде. Они установили связи с местными подпольщиками, партизанскими группами и отрядами, проводя вместе с ними диверсии и операции по разгрому вражеских гарнизонов, делились боевым опытом и опытом массово-политической работы среди партизан и населения, вовлекали советских людей в активную борьбу против оккупантов. Так, при всемерной помощи ковпаковцев были подготовлены к боевым действиям Севский, Хомутовский, 1-й имени Ворошилова, Хинельский, Ямпольский, Есманский и другие отряды, не проявлявшие до этого времени особой активности. Некоторые из них вошли на правах оперативных групп в Путивльский отряд, но, пройдя боевую стажировку, опять были выделены для самостоятельных действий в своих районах.

Тихий морозный вечер. В бревенчатой натопленной избе — двое: командир и комиссар.

— Хорошими людьми пополняется отряд, — делится с Ковпаком своими впечатлениями Руднев. — Отрадно, что в оперативных группах новички при помощи ветеранов сразу включаются в учебу и боевую работу.

— Теперь, Сэмэнэ Васильевичу, мы будем возрастать и дальше, — раскуривая цигарку, отвечает Ковпак. — Видишь, как народ зашевелился.

— Это безусловно. Пополнение будет прибывать к нам ежедневно. Впереди — новые бои, походы. Поэтому, Сидор Артемьевич, я считаю, что настало время всем отрядом в торжественной обстановке принять присягу.

— Верно, комиссар! Это еще больше подымет дух наших бойцов и командиров, повысит авторитет отряда в глазах населения, — оживился Ковпак. — Только вот где ее взять, эту присягу?

— Эта проблема разрешима, — улыбнулся Руднев и подал лист бумаги.

— Посмотри, командир, я здесь написал… Только нужно будет прочитать всем активом, подправить.

Тотчас созвали членов бюро, начальника штаба Базыму, его помощника Курса. Текст присяги читали вслух, взвешивали каждое слово, обдумывали каждое предложение.

— Да что там говорить, товарищи, наш комиссар знает, как писать такие вещи, — молвил одобрительно Ковпак и, посмотрев на начальника штаба, распорядился — Готовь, Григорий Яковлевич, приказ о приведении к присяге всех бойцов и командиров отряда.

12 декабря возле помещения штаба поставили стол, накрыли красным полотнищем, ровными рядами выстроились партизаны при полном вооружении. Люди аккуратны, подтянуты. Немного поодаль во дворе лесничества собралось много народу — местные партизаны и жители поселка.

Ровно в 12 часов дня раздалась команда начальника штаба Базымы:

— Отряд, смирно! Равнение на знамя!

Знаменосцы чеканя шаг пронесли боевое знамя отряда и остановились у стола.

Первым выступил С. А. Ковпак. Кратко остановившись на итогах трехмесячной борьбы в тылу врага, он сказал:

— Когда мы уходили в партизаны, каждый из пас в душе поклялся биться с оккупантами до полной победы. Сегодня же мы все вместе должны поклясться перед строем своих товарищей, перед развернутым знаменем на верность матери-Родине, на верность идеям партии большевиков, — и торжественным голосом, выразительно произнося каждое слово, прочел текст присяги:

«Я, гражданин Великого Советского Союза, верный сын своего героического народа, вступая в ряды партизанского отряда, клянусь, что не выпущу из рук оружия, пока последний фашистский оккупант на нашей земле не будет уничтожен.

Я обязуюсь беспрекословно выполнять приказы своих командиров и начальников, строго соблюдать воинскую дисциплину.

За сожженные города и села, за смерть женщин и детей наших, за пытки, насилия и издевательства над моим народом я клянусь мстить врагу жестоко, беспощадно и неустанно.

Кровь — за кровь! Смерть — за смерть!

Я клянусь всеми средствами помогать Красной Армии уничтожать бешеных гитлеровских псов, не щадя своей крови и своей жизни.

Я клянусь, что скорее умру в жестоком бою с врагом, чем отдам себя, свою семью и весь советский народ в рабство кровавому фашизму.