— Ногач, дружок, привет! Как же я рад тебя видеть, ты бы знал!
Заслышав мой голос, манекен подскочил ко мне и ухватил меня за локоть. Я чуть не уронил полумёртвого Золто от неожиданности.
— Ногач, нам нужно убираться отсюда!
— Скрррры, — молящее простонала деревянная кукла, показывая рукой на сияющие печати, вокруг которых толпились ожившие детские кошмары.
— Много кушать вредно для здоровья; пошли наверх!
— Скрры, — Ногач крепко держал меня, подтаскивая к столь желанному ему источнику хаотической эссенции.
— Ногач! Солнышко, весёлые игры, хорошая новая одежда! — принялся уговаривать его я. — Что тебе здесь делать, в этих подземельях? Тут совсем скучная компания, а я тебе новой хаотички соберу. Наверху. Хочешь, я даже сделаю тебе одежду с печатями, и ты никогда не будешь больше уставать?
— Цак, цак, — Ногач затопал ногами, отпустив мой локоть, и начал хлопать в ладоши.
— Вот и молодец, вот и славно, а теперь — побежали вверх!
Однако Ногач наотрез отказывался идти в выбранный мной коридор. Снова схватив меня за локоть, он потащил меня вперёд по галерее.
Мы лавировали между живых коряг, скелетов каких-то животных и странных фигур из болотной жижи. Расшвыривая остальных, вперёд ломился безголовый каменный болван с тремя руками, ему под ноги метнулась деревянная лоза. Ногач грозно прострекотал, и великан отшатнулся в сторону.
Наконец, мы свернули в один из коридоров; он круто загибался в сторону и шёл практически горизонтально. Я отшвырнул ногой какие-то живые тряпки и покрепче перехватил Золто. Не время для усталости.
— Нам сюда? Здесь выход?
— Ктц, цак-цак, — утвердительно прощёлкал мой проводник и затопал вперёд, оглядываясь на меня. Свет уже лился отовсюду; казалось, светится сам воздух.
Я последовал за ним. Шагов через сто началась лестница, ведущая вверх, и моя спина запротестовала.
— Ногач, пожалуйста, можешь понести Золто? Он тебя потом покатает, когда очнётся.
— Кц-цц, — протянул манекен.
Я снял ведьмачьего сына с плеч, и Ногач подхватил его на руки, как жених — невесту. Золто на такое обращение никак не отреагировал, впрочем.
Мы устремились наверх, преодолевая пролёт за пролётом. Привет и спасибо вам, лестницы Алых башен. Свет постепенно меркнул. Ногач свернул во внезапно открывшийся проход в стене. Здесь было темно. Мало того, коридор выглядел иначе: его стены были не каменными, а скорее похожими на слежавшуюся, сырую землю.
— Цццц, — Ногач зашелестел, и я последовал на звук во тьме.
Несколько минут мы шагали, ничего не видя вокруг себя. Во всяком случае, не видел я; Ногач непрерывно стрекотал на манер цикады, и я шёл за ним, надеясь, что он видит дорогу. Под ногами что-то плескалось.
Впереди забрезжил свет, и через сотню шагов я увидел, что мы находимся в чём-то вроде естественного грота. Под ногами журчал ручеёк. Из голубоватой, глинистой земли, испещренной норами стрижей, торчали корни деревьев. Ручеёк вытекал из грота и впадал в коричневую лесную речушку, протекавшую перед нами в нескольких десятках шагов, по обоим её берегам росли уже привычные мне ели.
Ногач опустил Золто на землю. Я встал на колени у ручейка и начал жадно пить воду, черпая её горстями. Я пил и пил, сперва утоляя жажду, а затем стараясь напиться впрок. Ногач терпеливо смотрел, как я плещусь в водичке, а затем неожиданно встрепенулся и поднял голову, озираясь.
Позади, из прохода — или даже снизу, из-под земли, раздался низкий гул. Скорее это был даже рёв или ворчащий, скрежещущий звук. Он пробирал до костей, так, что даже мои зубы заныли от этого звука. Он длился и длился, и я начал будто бы даже различать в нём отдельные слова. Словно что-то огромное говорило под землёй, и от силы, вложенной в эти фразы, все волосы на моём теле поднялись дыбом. Меня пробила дрожь, Ногач повалился на землю, завернувшись в свой кожаный плащ, и жалобно скрипел, и лишь преспокойно лежащему в своём нигредо Золто было всё нипочём.
Это продолжалось, наверное, около минуты, а затем, на последнем, особенно могущественном слове, всё стихло.
Я приподнял голову и посмотрел в сторону расщелины, из которой мы пришли. И изумился.
Вместо узкой щели в глинистой земле передо мной был коридор из чёрного камня, резко обрывавшийся в нескольких шагах от меня. Ручеёк иссяк.
Глава 17. Под солнцем
Ногач подхватил Золто, и мы бросились к реке. Промочив ноги до колена, я пробежал по отмели на другую сторону, Ногач обогнал меня, ломая ветви где-то впереди. Через сотню алдов, ругаясь и спотыкаясь о корни, я его догнал; тот остановился на небольшой лесной полянке, освещенной восходящим солнцем. Золто лежал на траве, а Ногач трясся всем телом. Увидев меня, он подбежал и спрятал голову у меня на груди. Я похлопал его по деревянному боку.
— Ничего, приятель, — постарался я его приободрить. — Ничего. Уже все закончилось. Что бы там не происходило, хорошо, что мы оттуда убрались вовремя. Давай немного передохнём, а?