— Зачем? — не сразу сообразила Ева. Она, в отличие от хозяина тела, продолжила сидеть на лестнице.
— Чтобы отправиться обратно в Академию, — пояснил парень, — Когда меня положили в больницу, Академия прислала туда часть моих вещей. Боюсь, в моей комнате осталась только униформа и блокноты с чертежами.
С этими словами Рен начал подниматься по лестнице, однако далеко отойти от Евы не смог, ему не позволила яркая нить. Тогда девушка тоже поднялась со ступенек и вслед за ним отправилась на третий этаж. Они вместе прошли в комнату Рена и Ева открыла платяной шкаф, задумчиво уставившись на кучу одежды. Рен посоветовал ей брать не очень много вещей, поскольку большую часть времени девушка будет ходить в униформе Академии, а эту одежду надевать по вечерам или на выходных.
— А что мешает мне вернуться домой на выходные в униформе? — спросила Ева, но Рен в ответ только усмехнулся.
— А то, что Академия отпускает студентов домой только один раз, на Новый год, — пояснил он, — Или в экстренных случаях, наподобие моей травмы.
— Вы торчите там круглый год?! — воскликнула Ева и ошарашенно обернулась к своему собеседнику.
— Вообще-то мы покидаем Академию на Летнее задание, а оно может длиться и неделю, и две, и даже может на месяц растянуться.
На вопрос Евы, что обычно студенты делают во время таких заданий, Рен не смог внятно ответить. Не потому, что не хотел, просто у каждого было свое индивидуальное задание, связанное как с сильными сторонами, так и со слабыми. Академия таким образом пыталась улучшить потенциал своих студентов, при этом еще и научить их справляться со своими страхами или недостатками, превращая их в достоинства. Ева задумалась. Скорее всего, ей дадут задание на основе плюсов и минусов Рена, так что она могла особо не волноваться по этому поводу. Или наоборот, нужно было волноваться. Ева пожала плечами и принялась дальше ковыряться в шкафу, решив мысли о задании оставить до тех пор, пока, собственно, не отправится на это самое Летнее задание. Девушка вытащила несколько, на ее взгляд, вполне приличных вещей, но Рен вмешался и сказал, что не позволит ходит в таком виде по Академии. Ева удивленно посмотрела на обычную рубашку у себя в руках. Что в ней такого, из-за чего Рен отказывается ее носить вне дома? Пожав плечами, девушка бросила рубашку на кровать, а сама снова влезла в шкаф, достав оттуда еще несколько рубашек. Рен одобрил почти все из них и Ева отложила их в сторону, вернув в шкаф вещи, не прошедшие проверку хозяином тела. Они с Реном провели за этим занятием гораздо дольше времени, чем могла себе представить Ева. Девушка и не подозревала, что Рен будет настолько придирчивым в одежде. На ее скромный взгляд, все вещи, которые она доставала из шкафа, можно было брать с собой в Академию и спокойно носить, они все были выдержаны в строгом стиле, рубашки да брюки, но Рен был непреклонен и большую часть вещей отправлял обратно в шкаф. Девушка спорить не стала, хотя ей было безумно любопытно, почему некоторые вещи Рен охотно принимал, а другие тут же отправлял назад на вешалки. Девушка все же не удержалась и спросила его об этом, на что парень, слегка смутившись, ответил, что те вещи просто неудобны в ежедневной носке. Одеть пару раз можно было, например, на какое-нибудь мероприятие, но ходить в них весь день было хуже всякой пытки.
— Ты мне еще спасибо скажешь, — пообещал Рен, отправляя очередную рубашку обратно в шкаф.
Они вдвоем еще немного поковырялись в шкафу, а затем из отложенных вещей отобрали еще несколько, остальные также вернулись в шкаф. Рен подсказал Еве, где лежала большая сумка и девушка, вытащив ее, принялась аккуратно складывать вещи, а Рен просто присел на противоположный край кровати.
— Когда мы возвращаемся в Академию? — спросила Ева, — Завтра?
— Не думаю, — отозвался парень и пододвинул поближе к девушке рубашку, лежащую слишком далеко от нее, — Нам надо будет все рассказать родителям. Скорее всего, отец захочет меня проводить.
Значит, еще несколько дней они проведут в поместье. Ева прикусила нижнюю губу и продолжила возиться с вещами. Она ничего не имела против семьи Рена или его дома, просто хотела поскорее найти способ вернуться в свое тело, пусть она и окажется прикованной к больничной койке. Зато Ева снова увидит мир в его истинных ярких красках. Правда, при этом она опять есть не сможет. Девушка вздрогнула, вспомнив отвратительный вкус еды в собственном теле, и ее накрыла волна тошноты, которую однако Ева быстро поборола. Девушка сложила в сумку еще пару вещей, прислушиваясь к ощущениям в теле Рена. Прошло две недели с тех пор, как она проснулась буквально не в себе, но полностью к новому телу Ева все никак не могла привыкнуть, оно было тяжелее ее собственного, видело мир в тусклых и унылых цветах, особенно больше всех пострадал красный, не говоря уже о других особенностях отличного от ее пола тела. Ева вздохнула, закрыла сумку, куда сложила все одобренные Реном вещи и провела рукой по волосам. Они тоже были непривычно короткие, Ева никогда так не стриглась, у нее всегда были длинные волосы и даже в больнице она просто заплетала их в косичку, а потом ей с этим помогала медсестра, когда силы окончательно покинули Еву.
— Стой, давай еще сложим внутрь парочку чертежей, — предложил Рен и подошел к столу, на котором лежала гора бумаг. Он пошуршал листами, а затем вытащил несколько и сложил их пополам, после чего приблизился к сумке, которую Ева поставила у одного из шкафов с одеждой и положил бумаги в боковые кармашки сумки.
— Зачем они тебе? — спросила девушка, все это время наблюдавшая за ним.
— Хочу их потом доработать, — ответил Рен и выпрямился, — Я уже создавал на их основе артефакт, но он оказался непригодным.
Ева вспомнила рассказ Рена о том, что он как-то сделал артефакт и попросил своего друга Августа помочь его проверить, однако предмет проверку не прошел и просто рассыпался. И теперь Рен изредка возвращался к своему чертежу и пытался понять, что он сделал не так. При этом техно-устройства у него выходят вполне рабочими, не получаются у Рена именно артефакты. Ева вообще ничего не смыслила в чертежах и изобретениях и до последнего думала, что артефакт и техно-устройство — это одно и то же. Но оказалось, что артефакты предназначались людям с магическим даром и у них, у артефактов, внутри были фокусирующие кристаллы, позволяющие проводить сквозь себя магию и не распадаться ей на воздухе. Техно-устройства же, или просто техно, были созданы для не-магов. Внутри у таких устройств находился сосуд, сделанный из фокусирующего кристалла и позволяющий накапливать и удерживать в себе магию, чтобы любой человек мог впоследствии ей воспользоваться. Магия, выпущенная с помощью техно-устройства, была не настолько мощная, как та, которую пропускали через артефакты. Этот факт очень заинтересовал Еву и она попыталась подробнее расспросить об этом Рена, однако парень не смог объяснить ей, по его словам, настолько очевидной вещи. Все уже давно привыкли к этому и теперь просто считается само собой разумеющимся, что магия гораздо сильнее, если ее не хранить в емкостях и сосудах, а сразу проводить сквозь кристалл.
Покончив со сбором вещей, Ева и Рен спустились на первый этаж и стали дожидаться возвращения Маргариты. Чтобы скоротать время, Ева решила напоследок нагуляться в саду у пруда. Кто знает, может в следующие несколько дней ей не удастся этого сделать. Девушка провела там весь день, болтая с хозяином тела о разных вещах, пока под вечер, когда солнце начало постепенно клониться к горизонту, они наконец не услышали, как во двор въезжает техно-кар. Рен и Ева вышли встретить вернувшихся Маргариту с Густавом и Давидом, чем немало растрогали женщину. Она прижала к себе старшего сына и потрепала его по волосам. Ева сообщила, что у нее есть важные новости, после чего вся семья вошла в дом.
* * *
Прошло еще несколько дней с тех пор, как Рена навестил Директор. За это время Ева успела рассказать, что старшему сыну позволено вернуться в Академию. Маргарита же, в свою очередь, оповестила об этом мужа и тот пообещал выкроить время, чтобы увидеться с сыном до того, как тот вновь отправится в Академию. И свое слово глава семьи сдержал. Ева шла за ним по мощеной дороге столицы, оставив позади в техно-каре Густава и Маргариту с Давидом. С ними Ева и Рен уже попрощались, а сами отправились вслед за отцом к одному высокому зданию. Как пояснил Рен, это здание принадлежало Академии и внутри него находился телепорт, ведущий в саму Академию, парящую над городом. Рен добавил, что это единственный способ войти в Академию, другими средствами к ней невозможно было попасть, даже подняться на дирижабле. Ева шагала за Антоном Левински и через его широкую спину разглядывала приближающееся строение. Оно было заметно выше остальных домов в столице и внешне выбивалось из однообразных построек. Здание было практически полностью застекленным и девушка усомнилась в правильности этого решения архитектора, однако Рен пояснил, что в здании действует невидимый защитный купол, как и в самой Академии, предотвращающий хрупкость конструкции и предоставляющий множество других преимуществ. Например, в Академии такой купол позволяет воздуху на той высоте циркулировать так, как если бы Академия находилась на земле, а не в небе, благодаря чему люди могли там находиться, не ощущая какого-либо дискомфорта.
Наконец они подошли ко входу, где рядом стоял человек в синей униформе, по которой кое-где пробегали белые тонкие полосы. Это был работник Академии, именно у них была синяя униформа. При виде Антона этот человек выпрямился в струнку. Глава семьи заявил, что хочет воспользоваться телепортом и указал на Еву, сжавшую сумку с такой силой, что аж пальцы побелели. Антон на людях был совсем другим, чем в поместье. Сейчас он говорил и двигался так, каким его Ева изначально и представляла. Строгий, серьезный взгляд ощупывал каждый миллиметр окружения вокруг себя, спину отец Рена держал ровно, руками практически не жестикулировал при разговоре, а по лицу невозможно было догадаться о его истинных мыслях. Каменная статуя, а не человек. Работник в синей униформе кивнул и разрешил им пройти внутрь. Антон сделал знак своему старшему сыну следовать за ним и первым перешагнул порог стеклянного здания, Ева и Рен не отставали от него. Внутри оказалось, что потолка практически не существует, он был где-то там высоко. Множество прозрачных стекол пропускало внутрь здания лучи света, вдалеке виднелась широкая изогнутая лестница, поднимающаяся на самый верх, по помещению ходили люди в синей униформе, у некоторых из них было что-то в руках, то ли документы, то ли еще какие-то предметы и одни несли все это куда-то вглубь здания, а другие шагали по лестнице. В общем, все были в постоянном движении и занимались своими делами.
Антон уверенным шагом подошел к одному из работников Академии и спросил про телепорт. Тот дежурным видом указал направление и Антон вместе с Евой и Реном направились вглубь здания. Когда они подошли почти к самой лестнице, им навстречу вышла блондинка в похожей синей униформе и, поинтересовавшись целью их визита, попросила следовать за ней. Они петляли по зданию и комнатам некоторое время, после чего вышли в еще один большой зал с широким потолком. Ева уже перестала удивляться местной архитектуре и практически не крутила головой по сторонам. Впрочем в комнате, в которую провела их блондинка, смотреть было особо не на что, она была практически пустой, если не считать высоких ворот в самом центре, похожих на гигантскую букву О, только без арки наверху. Ворота эти стояли на каком-то металлическом круге, вдоль которого по краям протянулся, судя по всему, резервуар наподобие тех, какие обычно помещают в техно-устройства. Резервуар был полностью заполнен. Рен сообщил Еве, что это и есть телепорт до Академии, а потом как-то неуютно поежился. Спросить его, в чем дело, девушка не успела, так как Антон повернулся к ней, тяжело опустил свою руку на ее плечо и заглянул в желтые глаза.
— Пора, — спокойно сказал он и подтолкнул Еву к огромной конструкции.
Девушка неуверенно шагнула в сторону телепорта, вместе с ней такой же шаг сделал и Рен. Глядя на его реакцию, Ева предположила, что телепортация — не самый приятный процесс. Интересно, будет больно? Или просто начнется дезориентация в пространстве? А что, если есть риск потерять конечность при переходе? Сама Ева ни разу в жизни телепортом не пользовалась и сейчас от этих мыслей пришла в дикий ужас. Блондинка подошла к огромной конструкции и что-то потрогала на ее поверхности, из-за чего резервуар засветился ярче.
— Вставайте на платформу, — сказала блондинка и Ева неосознанно подчинилась, слишком запоздало сообразив, что стоит уже в центре телепорта. Она обернулась к Антону, который едва заметно кивнул, сложив руки за спиной. Никаких эмоций. Его сына сейчас, возможно, разорвет в клочья при переходе, а он стоит такой спокойный. Ева почувствовала, как Рен схватил ее за руку, обвив пальцы с пальцами своего тела. Девушка повернула к нему голову и заметила, что Рен стоял зажмурившись. Этот его вид заставил Еву паниковать сильнее.
Блондинка чем-то щелкнула на поверхности телепорта и он загудел. Девушка в синей униформе поспешила отойти от устройства, а Еву словно бы с силой пригвоздило на месте. Тело Рена, и без того казавшееся для Евы тяжелым, стало еще тяжелее, девушка почувствовала, как желудок внутри нее сделал сальто, моргнула… и смотрела уже не на Антона и блондинку в синем, а на какое-то огромное, просто неприлично большое здание. Ветер нежно трепал ее за волосы, пока Ева пыталась сообразить, что произошло. Она почувствовала привычную тошноту, но сейчас девушке было не до нее. Впереди виднелись ворота, а дальше пролегала дорожка, ведущая сквозь зеленую траву и деревья. Еще дальше стояло огромное здание, возле которого ходили люди в одежде серых и черных тонов. Но что самое удивительное, так это то, что цвета мира вернулись. Небо было насыщенного голубого цвета, трава и листья на деревьях сочно-зеленые, а униформа у двоих подошедших людей к телепорту глубокого синего цвета. Красота.
— Вот, возьми, — протянул один из них что-то Еве. Девушка взяла в руки предмет, оказавшийся мятной жвачкой, — Пожуй, легче станет после телепортации.
Так это была телепортация? Все произошло так быстро, Ева даже сообразить ничего не успела. Она перевела взгляд на высокое огромное здание впереди. Значит, это и есть Академия? Девушка почувствовала, что ее руку кто-то сжимает и посмотрела в ту сторону, где рядом стоял Рен. Бедняга выглядел бледным, он кое-как отпустил руку Евы и мучительно попросил поскорее закинуть жвачку в рот, которую дали работники Академии. Девушка развернула обертку и принялась жевать угощение, чувствуя, как тошнота постепенно уходит.
— Назовись, — попросил другой мужчина в синей униформе и Ева назвала полное имя Рена.
— Правильно, — кивнул тот, что минуту назад дал ей жвачку и что-то вычеркнул в блокноте, предварительно вытащив его из кармана, — Сегодня ты явно получше перенес телепортацию, обычно тебя полоскает прямо после перемещения.