— Верно, — поддержал идею Кадзуха, обратившись к Чайльду. — История твоей прабабушки теперь не кажется сказкой. Может, на ее чердаке мы сможем найти что-нибудь, что поможет нам пролить свет на природу этого существа и победить его.
Ни у кого не осталось сил задумываться, откуда взялось таинственное синее существо и как оно умудрялось управлять снегом.
Бросив последний взгляд на пещеру, Чайльд развернулся и широко зашагал через лес.
К счастью, хоть погоня и показалась Люмин долгой, они не успели уйти далеко от дома, и очень скоро из вечернего полумрака вынырнули знакомые золотые огоньки. Друзья забежали в тепло и принялись отряхивать снег, набившийся в капюшоны, карманы и ботинки.
Люмин украдкой взглянула через окно на елку, которую они вчера с таким энтузиазмом украшали. Кто бы мог подумать, что всего за пару часов Рождество окажется под угрозой, а Коллеи украдет в глубины леса загадочное и очень опасное существо!
Чайльд сердито зашвырнул поленья в камин, взлетел по лестнице и хотел было уже отправиться на чердак, но Люмин перехватила его за рукав.
— Что? — недовольно откликнулся Чайльд.
Его гневные синие глаза были похожи на два ледяных осколка.
— Тебе нужно переодеться, — как можно мягче произнесла Люмин.
Губы Чайльда изогнулись, словно он хотел отмахнуться от этой мысли, но похоже, ласковое прикосновение Люмин остудило его пыл. Вздохнув, он не стал спорить и на некоторое время скрылся в комнате, после чего показался на пороге в поношенных джинсах и зеленом новогоднем свитере.
Итэр помог Чайльду принести с первого этажа стремянку, и друзья вскарабкались на чердак. Те, кто оказался там впервые, тут же восхищенно заохали — сокровищница прабабушки Миры умела произвести впечатление.
Зажигая по пути гирлянды, Чайльд добрался до рабочего стола с печатной машинкой и взялся за оставленные листы.
— Хорошо, — вздохнул он. — Допустим, истории прабабушки Миры — это не выдумки. С кем мы в таком случае столкнулись?
— Разве это не очевидно? — Фишль уперла руку в бок. — У него был ледяной посох, и он замышлял что-то недоброе. Единственный, кто подходит под такое описание — это Повелитель Метели.
— Повелитель Метели? — переспросил Кадзуха, который прежде не слышал легенду о драконах Бумажной горы.
Тогда Чайльд вкратце пересказал ему, Беннету и Ёимии сказку прабабушки Миры. Сидя на старинном чердаке в золотистом свете гирлянд, друзья тесно прижимались друг к другу: теперь, после похищения Коллеи, история предстала перед ними совсем под другим углом, и оттого тьма за окном казалась особенно зловещей.
— Значит, вы думаете, это тот самый мужик с посохом, которого победили драконы, — заключил Беннет. — Прабабушка Мира не описала в сказке его судьбу, наверное, потому что сама ничего о нем не знала. А он выжил — и теперь вернулся!
— И он явно ненавидит Рождество, — подметила Ёимия. — Он уничтожил нашу еду, украл подарки и испортил елку во дворе!
Люмин задумчиво обхватила подбородок пальцами.
— Это ведь та самая елка, которую он так хотел уничтожить в истории прабабушки Миры, верно? — Она взглянула на Чайльда. Тот кивнул. — Та, которую драконы и люди посадили на вершине горы в знак своей дружбы… Раньше я думала, что ель рядом с домом вдохновила прабабушку Миру на создание этой истории, но все оказалось наоборот!
Итэр сдвинул брови.
— Но зачем же ему понадобилась Коллеи? А самое главное, как теперь вытащить ее из той пещеры? В истории прабабушки Миры у горожан Смоллвуда хотя бы были драконы. А у нас есть только замороженная пицца Беннета и старая колода «Священного призыва семерых» с испорченным балансом.
Услышав его слова, Фишль спрятала лицо в ладони, и по ее щекам вдруг покатились слезы.
— Бедняжка Коллеи… Ей сейчас наверняка одиноко и страшно. Кто знает, что этот синий кусок Повелителя Метели с ней сделает!
Беннет неловко положил руку ей на плечо, и Фишль, позабыв о ссоре, прижалась к нему. Тогда Беннет заключил ее в крепкие объятия, позволяя Фишль наплакаться вволю.
— Это все я виновата! Я ведь знала, как Коллеи было важно хорошо провести это Рождество, но все равно устроила скандал и все испортила.
— Фишль… — потрясенно проговорил Беннет.
— Нет, — качнул головой Чайльд.
Со вздохом хлопнув пачкой листов по столу, он опустился на стул и мрачно уставился перед собой.
— Это моя вина. Вы оба предупреждали меня, что встречать Рождество в одном доме после вашего расставания может быть не лучшей идеей. Я знал, что Рождество будет служить Итэру напоминанием о том дурацком случае с ведром, знал, что Коллеи впервые получила шанс отпраздновать Рождество нормально и будет сильно переживать…