— Что мы будем делать с едой, Чайльд? Все, что мы наготовили, теперь никуда не годится. С таким Рождество не отметишь.
Веселье Чайльда мигом улетучилось. Прислонившись плечом к стене, он вздохнул и устало потер переносицу.
— Не знаю, Люми. Это проблемы будущих нас. Давай будем разбираться постепенно, хорошо? Сначала надо придумать, как выбраться из этого гаража.
— Да, конечно, ты… Ой!
Игнорируя встревоженный взгляд Чайльда, Люмин отодвинула от стены ящик с автомобильными деталями и провела рукой по стене, чтобы счистить грязь. Ей не показалось! В гараже царил полумрак, но Люмин все же смогла различить выцарапанный на стене символ бумажного дракона. Она указала на него Чайльду.
— Ого, — вздернул брови тот. — Погоди-ка…
Он медленно провел рукой вдоль стены, а затем, осененный внезапной идеей, осторожно на нее надавил.
К изумлению обоих, стена поддалась. Небольшая ее часть, по форме похожая на дверь, отошла в сторону, образовав проход. Чайльд и Люмин вдохнули по облаку пыли. Лаз за дверью был узким, но группе подростков не составило бы никакого труда туда протиснуться.
— Как ты узнал? — восхитилась Люмин.
— Ощутил сквозняк, — отозвался Чайльд. — А потом подумал, этот гараж ведь был построен еще во времена прабабушки Миры. Такие фокусы были вполне в ее духе. Эй, ребята!
Он первым протиснулся в лаз и протянул руку Люмин. Люмин взялась за его ладонь. Чайльд, засмеявшись из-за любопытного выражения на ее лице, потянул ее за собой. Так они, держась за руки, шаг за шагом двинулись вперед по тесному коридору, где пахло пылью и старым деревом, пока в конце концов не уперлись в еще одну фальшпанель. В отличие от прохода в гараже, эта секретная дверь никак не желала поддаваться.
— Выбей ее, да и дело с концом! — предложила Люмин.
Чайльд рассмеялся.
— Подожди, подожди, госпожа авантюристка! Я не против портить с тобой имущество, но давай хотя бы не в Сочельник?
— Позвольте-ка мне, — расслышав их разговор, попросил Кадзуха.
Чайльд и Люмин вжались спиной в стену лаза, и Кадзуха, не прекращая извиняться, кое-как сумел добраться через них до фальшпанели. Там он некоторое время простоял в задумчивости. Чайльд, кажется, уже всерьез начал размышлять над предложением Люмин, когда Кадзуха наконец нажал на стену рядом с фальшпанелью, и секретная дверь открылась, оказавшись на самом деле портретной рамой.
— Ха, а я говорил, что этот мужик сюда совершенно не вписывается, — осмотрев картину, заявил Чайльд.
Итак, они вернулись в дом.
Теперь предстояло разобраться, что делать с беспорядком в кухне и как быть с рождественским ужином.
— Давайте сначала выпьем чаю, — предложила Ёимия. — Когда тепло, решать проблемы гораздо проще!
Промерзшие, все еще сердитые друг на друга и на странное существо, друзья двинулись в кухню. Тут Коллеи, которая первой вышла в гостиную, замерла и в ужасе прижала руки к груди.
— Если там опять этот синий чудила, я лично пропишу ему королевский пинок Принцессы осуждения! — мрачно посулила Фишль.
Синего чудилы в гостиной не было. Как не было и самого главного — подарков! Ребята еще утром принесли их из своей комнаты и сложили вместо елки под любимым кактусом отца Чайльда. Теперь же подарков и след простыл. Даже кусочка праздничной обертки не осталось.
— Как же так, — ужаснулась Коллеи. — Кто мог украсть наши подарки?
Фишль скрестила руки на груди.
— Все, хватит! Кто этот оригинальный шутник? Чайльд, это ты?
— Я? — изумился Чайльд.
— Ну, ты лучше всех нас знаешь этот дом, — начала загибать пальцы Фишль. — Ты мог подговорить своих младших братьев или сестру…
— И ты любишь дурацкие розыгрыши, — добавил Итэр.
Люмин повернулась к нему с удивлением. Серьезно? Итэр до сих пор не забыл, как они с Чайльдом познакомились? Да, лет пять назад Чайльд и впрямь не отличался умом, а о его дурацких приколах в старой школе слагали легенды, но… Пять лет, Итэр! Как можно быть таким злопамятным?