Марьям: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Её плоть не была податливой, но Келс навалился слишком сильно и быстро, чтобы осталась хоть какая-то возможность на сопротивление. Он полностью вошел одним движением. Мучение наполнило Марьям, которое сопровождалось приливом экстаза, подводящим к грани кульминации. Она открыла рот, чтобы закричать, но вырвался только поток воздуха.

Келс замер, наблюдая, как она извивается, пытаясь каким-то образом уловить ускользающий экстаз, который витал вне досягаемости. Она чувствовала его пристальный взгляд, его внимательное изучение ее, когда пыталась потереться об него клитором.

— Вот она, страсть, которую ты полагала, что сможешь спрятать. Ты жаждала этого момента, когда у тебя не останется другого выбора, кроме как принять свою судьбу. Теперь ты действительно моя, и твое единственное желание — отдаться мне.

Часть Марьям пыталась напомнить ей, что происходящее — всего лишь игра, жаркая сценка, которую они разыгрывали. Однако другая часть жадно ухватилась за заявление Келса и верила в его правдивость. Она хотела, чтобы он признал ее своей, чтобы объездил её, и утихающий оргазм снова вернулся и уничтожил её.

— Я твоя, хозяин. Делай со мной все, что пожелаешь.

Его взгляд смягчился, а лицо стало мечтательным, и спустя секунду он поцеловал её.

Его поцелуй был глубоким, нежным и требовательным одновременно. Марьям открылась ему, отдав всю себя в тот момент. Чувство чистейшей радости наполнило ее, которого она не знала раньше.

Келс поцеловал дорожку от ее губ до уха, где он остановился, чтобы прошептать:

— Ты покорила своего хозяина, моя милая землянка.

В сердце Марьям растаяла некая скрытая стена. Волна эмоций, которую она не осмеливалась назвать, захлестнула ее. Она была готова разрыдаться после его признания.

Бедра Келса пришли в движение в её узких каналах, углубляя интимность их единения. Он сместился, и трение чувствительной плоти усилилось, а двойное проникновение растворило сентиментальность во что-то более первобытное. Каждый вздох Марьям заканчивался пронзительным криком, ее сердцевина наэлектризовалась от изысканного контакта.

Келс не был грубым, во всяком случае вначале. Но и не был осторожным. Он взял размеренный ритм, проникая в неё с беспощадной силой, что оживляло каждую клеточку плоти. Искры летели с каждым движением, разжигая пламя, которое поглощало её.

Келс слегка откинулся назад, чтобы рассмотреть беззащитную рабыню, над которой он утверждал превосходство. Его массивные ладони сжали её груди, посылая разряды возбуждения в клитор. Чем грубее он обращался с ней, тем громче стонала Марьям, поглощенная болью и удовольствием. Когда инстинктивно натягивала шнуры, они напомнили, насколько она уязвима перед потрясающим зверем, заявляющим на нее права.

Наслаждение усилилось, как и ритм Келса. Его пах бился об неё, когда он начал брать её с большей требовательностью. Небольшие спазмы — предвестники оргазма — сотрясали ее тело. Келс сжал её бедра и толкал её к себе с каждым движением вперед. Его мышцы взбугрились, челюсть напряглась, в то время как он рычал, трахая её. Губы закатились над зубами, придавая ему звериный облик.

Вид драмока, превратившегося в животное, разрушил последние остатки самоконтроля Марьям. Настал восхитительный момент, когда пронзительная сладость полностью захлестнула ее, разрушая все остальное. Она погрузилась в оргазм, выкрикивая имя Келса.

По ней прокатились сильные волны восторга, затмевая все мысли. На момент, что длился дивную вечность, Марьям распалась на яркие пылинки, на скопление звезд ослепительной яркости. Искры плясали перед глазами, сверкали в ее медленно возвращающейся реальности.

— Еще раз.

Услышала Марьям требовательный рык за секунду, как драмок потянул её клитор, и снова взорвалась. Наслаждение, настолько сильное, что почти мучительное, разорвало ее чувства и окатило неумолимым штормом. Напряжение в горле подсказало ей, что она закричала, только этого не слышала.

Ни звука, кроме его голоса, который повелевал ей повиноваться даже до погибели.

— Еще раз.

Столь же беспомощная перед его волей, как её тело перед шнурами, Марьям поддалась третьему приступу мучительного блаженства. Затем раздался крик торжества, и к ее яростным спазмам присоединился и он. Жар наполнил ее в том месте, где ревел экстаз, утопая в смешанной страсти.

Драмок навалился на нее теплым тяжелым весом. Тихие стоны наполнили ее уши, и Келс дрогнул. И все же зверь снова вошел в неё, требуя ее оргазма.

Вечность спустя Марьям моргнула и посмотрела сквозь мягкую завесу черных волос на бежевый потолок шаттла. Ее лоно пульсировало в такт члену Келса.

Прошло, наверное, минут пять, когда Келс приподнялся на локтях. Его лицо склонилось над ее, и они посмотрели друг другу в глаза.

Глава 15

Свой черт ближе.

Марьям размышляла над старой пословицей, когда она и весь клан собрались вокруг скамейки, на которой теперь разложен их обед. Если Пана и Дерган и догадались, почему спинка была опущена, то никак не показали.

Они питались запасом аварийных пайков, которые оказались не такими ужасными, как она предполагала. Сэндвичи с консервированной ронкой, фруктовые чипсы и маринованные яйца свала составляли простое, но сытное блюдо.

Ее мысли были далеки от еды, теперь когда она удостоверилась, что та приемлема. И снова в ее голове прозвучали слова: «Свой черт ближе».

В её контексте чужим чертом была жизнь преследуемой изгнанницы. Чем дольше она размышляла, тем более ужасающей становилась мысль о побеге и неопределенности на территории Галактического Совета, как и слабая надежда на то, что Земля не попытается ее похитить.