— Я должен Ситале, — говорю я.
— Что-что? — разворачивается ко мне вождь. — Можно подумать, тебя никто никогда не предостерегал от сделок с майнаво?
— Именно.
Рувим вздыхает.
— Ну и что ты ей наобещал?
— Сделать ей тело.
— Из чего?
— Она сказала, это не имеет значения, — пожимаю я плечами. — И не имеет значения, как оно будет выглядеть. Насколько я понял, главное — мое намерение в процессе изготовления.
— И что ты за это получишь?
— Я напомню ей о долге, когда мне что-то от нее понадобится.
Рувим снова вздыхает:
— Надо было поговорить со мной или Морагу, прежде чем соглашаться.
— Учитывая мое тогдашнее местонахождение, при всем желании это не удалось бы.
— Ладно, допустим. Но мог бы и сообразить, что нам вполне хватает и одной поехавшей Консуэлы, сующей свой нос в чужие дела.
Я открываю рот, намереваясь начать возражать, но он машет рукой.
— В любом случае теперь слишком поздно. — Вождь потягивается и продолжает: — Ладно, пора двигать домой. Но обсуди это с Морагу, как встретишь его. И, наверно, с Калико, если ты ее еще увидишь.
— Что ты имеешь в виду?
Он смотрит на меня так, как совсем недавно смотрел на Сэмми, и говорит:
— Уж разозленную женщину я завсегда узнаю, будь она хоть майнаво, хоть человек. А твоя подружка-лисичка рассердилась не на шутку.
— Да брось. Она понимает, что я имел в виду. А нет, так вернется, и мы все обсудим.
Рувим качает головой и обращается к Томасу:
— Ты тоже это почувствовал, или только я один?
— Что почувствовал? — недоумевает парень.
— Как уровень нашего коллективного интеллекта только что понизился еще на несколько пунктов, — поясняет вождь.
— Ха-ха, как смешно, — говорю я.
— Стив, я не шучу, — мрачно отзывается Рувим и снова потягивается, разминая мышцы шеи. — Идемте. Путь предстоит неблизкий, — и он направляется к дорожке, по которой только что отбыл Сэмми.
— Может, перенесешь нас в иной мир? — предлагаю я.
— Запросто. Если хочешь оказаться на этой же самой горе, только в ином мире. Я тебе уже втолковывал, что в этом плане мне до Калико далеко.
— Просто замечательно.
После всех этих приключений пеший переход по горам — последнее, о чем я мечтаю. Но Рувим внезапно останавливается у многоместного квадроцикла: