— Это еще зачем? Так где Мэнни? — повторила она.
Чуть поколебавшись, Гонсало ответил:
— Он в больнице с сеньорой Белой Лошадью. Она переживает за тебя, вот Мэнни и послал меня проверить.
Девушке понадобилась пара секунд, чтобы сообразить, о ком толкует парень.
— Так она в порядке?
— Она поправляется, и вовсе не благодаря тебе.
— Слушай, если бы она не… — начала Сэди, но тут же прикусила язык. Затем вздохнула и заставила себя продолжить спокойнее: — Мне нужно с ней поговорить.
Гонсало невесело рассмеялся.
— Я серьезно. И я вовсе не собираюсь навредить ей.
— Мы больше не дадим тебе такой возможности.
Девушка достала из кармана канцелярский нож.
— Расслабься, — произнесла она, едва ли не физически ощутив, как вороний братец напрягся. Затем швырнула ножик во тьму. Оружие звучно брякнуло о что-то металлическое и спустя мгновение стукнулось об асфальт.
— Видишь? Теперь меня незачем опасаться.
Какое-то время Гонсало молчал. Наконец проговорил:
— Мэнни сказал: «Нет!»
Сэди удивилась, затем решила, что у него наушник «блютус».
— Дай мне свой телефон, я хочу поговорить с ним.
— У меня нет телефона.
— Тогда как же ты… а, ладно. Поняла. Вы же чудо-люди. Умеете превращаться в птиц, а теперь вот оказывается, еще и телепаты. Но ты можешь хоть усраться от своей крутости, а командовать мной не будешь. Передай Мэнни, что я узнаю, в какой она больнице, и тогда поговорю с ней, нравится ему это или нет.
— Я остановлю тебя.
Сэди улыбнулась. Возможно, помимо прочих суперспособностей Гонсало обладал еще и ночным зрением, но это ее совершенно не волновало.
— Знаешь, у тебя вряд ли получится. Чары ведьмы отлично действуют. Готова поспорить: как только ты кинешься на меня, я исчезну без следа и ты даже не будешь знать, где я.
— Подожди.
— Нет уж, проехали. До скорого, неудачник, — девушка двинулась прочь.
— Подожди, говорю, — снова окликнул ее Гонсало.
Сэди остановилась, но оборачиваться не стала.
— Он хочет знать, зачем ты хочешь повидаться с сеньорой Белой Лошадью.
Девушка собралась с мыслями и в конце концов выдохнула:
— Скажи, я хочу извиниться.
Через мгновение Гонсало отозвался: