– Ничего, – пожал плечами Ставский. – Несмотря на наши тесные отношения, Борис с Лерой совсем не рассказывали о ней, упоминая лишь в контексте, например, «у нас должна состояться встреча общества» или, к примеру, «у нас новый почетный член». Насколько я понял, они были связаны какой-то клятвой молчания. То есть у них был внутренний страх, мешавший им об этом говорить. Мне казалось, они занимаются там то ли оккультизмом, то ли спиритизмом, в общем, чем-то демоническим. Иначе, как объяснить видения, которые преследовали Бориса.
– Вы имеете в виду тот случай в заказнике? – уточнил Холмс.
– Да, но это был не единственный случай, когда он встретился с этим, рогатым… извините, мне не хочется произносить это слово вслух. – Он зачем-то оглянулся по сторонам и снова поджал нижнюю губу.
– Что вам особенно запомнилось из его рассказов? – продолжал расспрашивать Холмс.
– Ммм… – зажмурился Константин, припоминая, – черная шерсть на морде, рога, звон колокольчиков, всегда предваряющий его появление. О! – Он резко раскрыл глаза. – Звук развевающегося на ветру флага! Как же я сразу-то не вспомнил, ведь именно это и впечатлило меня больше всего. Боря несколько раз заострял мое внимание на этом звуке, поскольку именно его мой брат особенно боялся. Рассказывал он, конечно, достаточно сбивчиво да и вообще, признаться, избегал этой темы. Думаю, ему было неприятно говорить об этом.
– Спасибо, мы задали все интересующие нас вопросы, – сказал Холмс. – Вы позволите осмотреть дом?
Все встали из-за стола.
– Да, да, конечно, – не глядя на сыщиков, махнул рукой в сторону выхода Константин и тяжело опустился в свое старинное кресло. – Анжела проводит вас. У меня, извините, совсем нет сил.
– Анжела – ваша горничная? – уточнил Ватсон.
– Она самая. – Ставский, не поднимаясь с кресла, попробовал вытащить свой носовой платок из кармана, но не удержал его, и платок спланировал на пол.
Неожиданно Холмс сорвался с места и в один прыжок достиг подлокотника с правой стороны, проворно хватая платок с пола. Константин не успел даже подняться.
– Пожалуйста, – протянул Холмс свою добычу удивленному хозяину дома, низко склоняясь к нему. Ватсон озадаченно смотрел, не понимая, что происходит.
– Нам пора, еще раз спасибо за уделенное время. – Холмс сдержанно улыбнулся и отправился к двери, но у порога остановился и оглянулся.
– Да, совсем забыл спросить – кто, кроме вас, еще живет в этом доме?
– Никого, только моя горничная.
– Она ночует здесь?
– Нет, что вы, она уходит домой. У нее обычный рабочий день, – устало сказал Константин.
Сыщики вышли из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Рыжеволосая красавица действительно стояла недалеко от двери в гостиную и смотрела в окно. Услышав, что кто-то покидает комнату, она тут же развернулась навстречу выходящим Холмсу и Ватсону.
– Вы закончили? Чем я могу вам помочь? – приятно улыбнулась она.
Ватсон не смог удержаться от ответной улыбки:
– Мы бы хотели осмотреть дом. Вы нас не проводите?
Тень сомнения пробежала по лицу девушки, но тут же сменилась профессиональной бесстрастностью.
– Разумеется. – Анжела сделала шаг назад и изящно повела рукой вдоль коридора, приглашая пройти вперед.
Сыщики в сопровождении горничной быстро прошли первый этаж и поднялись на второй. Чувствовалось, что обстановке дома уделялось особое внимание: помимо тщательно подобранной резной старинной мебели в комнатах, на стенах было множество картин, сгруппированных по стилю и направлению в зависимости от назначения помещения. Особенно поразил Ватсона потолок в просторной двухуровневой библиотеке, расписанный аллегорическими изображениями времен года и возрастов человека.
Холмс остановился перед одной из картин в широком анфиладном коридоре.
– Это виды Ирландии, Анжела? Очень похоже.
Девушка опустила взгляд.
– Извините, вам лучше спросить об этом Константина Валентиновича. Он страстный поклонник искусства и может многое рассказать вам о любом из находящемся в доме предметов.
– Полагаю, самые интересные приобретения должны быть в его кабинете, – сказал Холмс. – Можно взглянуть?