Борис лишь ошалело покосился на нее. «Валерию ко мне, срочно!» – отрывисто выпалил он, все еще не в силах восстановить дыхание после быстрого бега. Затем, перешагивая через две ступеньки разом, он спешно поднялся по лестнице на второй этаж, зашел в свой кабинет и, резким движением рванув верхний ящик стола, достал из него записную книжку.
– Тогда-то он и сделал свою последнюю запись в дневнике, – сказал Игорь Волков, открывая папку с бумагами, касающимися дела. – Вы позволите присесть? – Он обернулся в поисках стула.
Ватсон прошел от окна к креслу и убрал из него спящего енота.
– Пожалуйста, – вежливо сказал он.
Майор ФСБ осторожно опустил свое мощное тело в кресло, словно проверяя, выдержит ли оно его вес, и поводил пальцем по бумаге.
– Так, где же это… вот, нашел! «Все, достаточно! Я больше не могу жить с таким чудовищем! Сегодня я высказал все жене, не сдержав эмоции. Она предложила все рассказать, я согласился». – Волков с шумом захлопнул папку. – При этом Валерия Ставская, то есть жена, в свою очередь, примерно в это же время сообщает подруге, что живет в постоянном страхе. Что касается дневника, то мы не знаем, была ли последняя запись сделана до или уже после пробежки. Так что допускаем, что эта запись и случай на болоте могли быть и не связаны между собой. – Он встал и начал ходить по комнате. – Но это еще не все. Вам стоит увидеть место преступления. Убийство совершено в люксовом номере отеля, принадлежащем братьям Ставским. На телах Валерии и Бориса множественные рваные раны, словно с ними развлекался медведь. Умерли они при этом, со слов нашего эксперта, от потери крови, что обычно не случается при повреждениях такого характера. А прямо над головами жертв обнаружено изображение какого-то рогатого чудовища размером в полстены, сделанное неизвестным веществом. Отпечатков пальцев, как водится, нет, камеры не писали, какой-то технический сбой. – Волков остановился и искоса посмотрел на Холмса. – Ну что, возьметесь за это дело?
Шерлок забарабанил пальцами по столу, напряженно размышляя.
– От кого вы узнали о том, что произошло с Борисом на болотах во время пробежки? – наконец спросил он.
– От Константина Ставского, брата погибшего. Мы, кстати, и сообщили ему о смерти родственников. Крайне чувствительный тип! Сначала долго отказывался верить, а как дошло, так разрыдался, будто барышня. – Волков скривился от воспоминания.
– Беремся, – сказал Холмс, поднимаясь с кресла. – Остальное расскажете в машине. Ватсон, пожалуйста, прихватите необходимые инструменты, мы едем на место происшествия.
– Что еще известно о погибших? – спросил Шерлок, устроившись на заднем сиденье автомобиля.
– Как я уже говорил, телеведущие на первой кнопке, занимались расследованиями. Выпуски шли каждую неделю, нередко случались скандальные разоблачения. В общем, врагов у них хватало. Ближайшие три заявленных выпуска, о которых нам известно, посвящены таким темам: некой секте «Сонора», хищениям при строительстве медицинских центров и зарубежной недвижимости ряда скромных государственных служащих. Если опустить мистику, то убийство, скорее всего, связано с профессиональной деятельностью.
– Что еще?
– На месте преступления найден порошок с резким специфическим запахом, который наши эксперты не смогли идентифицировать. Его, очевидно, жгли или курили, так как им пропахла вся комната.
– Кто наследует состояние погибших?
– Сын Ставских, Платон. Но только по достижении совершеннолетия. До этого времени опекуном мальчика будет брат Бориса, как он сам сказал. Других близких родственников у них не осталось. Кстати, я пробил биографию Ставских, оказалось, что Платон – не родной ребенок. Он был усыновлен после автокатастрофы, в которой погибла мать мальчика – родная сестра Валерии. Платон тогда не пострадал, Валерия с Борисом взяли его к себе и унаследовали состояние сестры. В соответствии с завещанием, оставленным отцом Валерии.
– Любопытно, – равнодушно сказал Холмс. – А что известно про секту «Сонора», о которой Ставские готовили материал?
Игорь нахмурился.
– А ничего не известно! Кто там рулит, где они встречаются, за счет чего существуют – информации ноль! Такое ощущение, что секты и нет, одно название и то непонятное. Пролетал как-то слух, что глава секты через подставных лиц скупает за огромные суммы какой-то антиквариат, но это настолько сомнительные сведения, что и говорить об этом не стоит.
Холмс задумался и после долгой паузы произнес:
– Игорь, пожалуйста, организуйте нам после осмотра места преступления встречу с братом погибшего, а затем с сыном Ставских. И непременно там, где они проживают постоянно.
– Принято, – кивнул майор и потянулся за телефоном.
В просторном светлом номере дорогого отеля стоял настолько отвратительный запах, что доктор Ватсон невольно зажмурился.
– Джон? – Холмс, кажется, был удивлен. – Вы и глазом не моргнете при виде вспоротых кишок, а сейчас смущены безобидным ароматом маленькой жабы?!
– Какой жабы? – насторожился Волков.
– Колорадской жабы. Если точнее, буфо альвариус, – сказал Шерлок Холмс, старательно обходя большие пятна засохшей крови, частично впитавшейся в ковер, частично растекшейся по паркету соломенного цвета. – Ее запах ни с чем не спутаешь. В этой комнате курили. И уж, конечно, не табак.
– Не буду спрашивать, откуда вам это известно, – пробормотал Ватсон, присаживаясь на корточки рядом с телом мужчины.
– Расскажите подробнее, – попросил Волков, открыв папку с бумагами и доставая ручку.
– Курят обычно кристаллы секрета околоушных желез жабы буфо. Либо измельченные шкурки, но это слишком варварский метод. В первом случае жаба остается живой, – ответил Холмс. – Эффект от курения – сильная эйфория, которая длится примерно минут двадцать. Это чувство заядлые буфоисты часто описывают как «выход из тела и растворение во Вселенной». Порошок практически безвреден, но стоит больших денег, поскольку его непросто достать.
Холмс подошел к изображению над головой погибших. Бюст воинственного, поросшего шерстью чудовища с ветвистыми рогами и острыми, похожими на ослиные, ушами приковывал внимание, вызывая жуткое чувство.