– Если вы не в курсе, мы поженимся, как только ей исполнится восемнадцать, – буркнул Колосов.
В этот момент дверь, через которую вошел Холмс, отворилась, и из нее показался Ватсон:
– Шерлок, скорей сюда! – закричал он.
Холмс за считаные секунды очутился внизу, преодолел коридор и влетел в амбар. Музыка стихла, он услышал чей-то крик, доносившийся из центра зала. Кто-то заголосил: «Дайте больше света!» Зажегся свет, и все ахнули: хозяйка выставки в черном длинном балахоне все так же стояла на стуле, но только теперь при свете ламп все увидели, что на самом деле она не стояла, а висела. Марина Шевченко была мертва.
– Мари-и-на-а! – закричали позади толпы. Кто-то отчаянно прорывался вперед, расталкивая всех локтями. Это была Анна, хрупкая белокурая девушка в серовато-голубом платье. – Марина, что случи…
Она увидела висящее тело – и тут же без сознания повалилась на пол, едва ее успели подхватить стоящие рядом люди.
– Дамы и господа, прошу не расходиться, ничего не трогать, полиция уже едет сюда, – объявил Холмс.
Особняк Марины Шевченко, два часа спустя
Холмс и Ватсон устроились на первом этаже гостиной особняка. Шерлок расхаживал вдоль камина и рассуждал вслух:
– Итак, мой друг, что мы имеем. Убийство у нас очень странное странное: жертва почти три часа находилась среди людей, у всех на виду, однако никто не зафиксировал момент, когда она умерла. И, на первый взгляд, ни у кого из сегодняшних гостей не было причин ее убивать.
– Людей, находившихся в зале, уже опросили, взяли их контакты и распустили по домам. По их словам, никто ранее не был знаком с Мариной Шевченко, но полиция это проверяет. Также проверяются телефоны, которые посетители сдавали на входе, – сообщил Ватсон. – Еще должны приехать рабочие, которые устанавливали экспонаты, вместе с ними мы поднимемся под крышу амбара и посмотрим, как там все устроено.
– Вера показала пульт управления за правой кулисой. С его помощью перемещают все подвесные конструкции, – добавил Холмс. – Получается, тот, кто повесил Марину, знал о нем и о том, на какую кнопку надо было нажать, чтобы нужная веревка натянулась.
– Как сложно. Почему бы просто не убрать из-под нее стул? – спросил Ватсон.
– Это могли заметить посетители. Преступник действовал наверняка. И он знал, что на Марине будет балахон, маска и ей свяжут руки. Но откуда он знал – вот вопрос!
– Ну освещение там было так себе, – отметил Ватсон. – И на записях с камер наблюдения – ничего, полиция проверила. А вот в районе пульта камер нет.
– Виктор Колосов какое-то время был в зале. Все видели, как он танцевал с Мариной. Анна находилась у себя в комнате, – словно самому себе, объяснял Шерлок. – Но мы знаем об этом только со слов бабушки и от Виктора, который барабанил в ее дверь.
– Она и сейчас в своей комнате. Еле пришла в себя. Следователь пытался ее допросить, но бесполезно, она ни на что не реагирует, – сообщил Ватсон.
– А я успел осмотреть ее комнату. Светлая, просторная, на стене полно портретов ее матери, написанные Мариной… – Холмс задумался. – Кстати, там есть окно, рядом с которым проходит пожарная лестница. Теоретически она могла спуститься по ней, обойти сзади амбар и незаметно войти в правую дверь. Пульт управления как раз скрыт от зала правой кулисой…
– Намекаешь, это Анна убила Марину? А мотив? – спросил Ватсон.
– Например, увидела мрачную картину Марины и вспомнила о повешенной матери, разум помутился, – произнес Холмс. – А еще от Виктора мы знаем, что Анна могла покинуть свою комнату через балкон, с которого можно легко перелезть на балкон Ольги Ивановны, а из комнаты бабушки незаметно покинуть дом.
В гостиную вошла Вера, и Холмс отметил: вместо брючного костюма на ней было надето строгое темно-синее платье до колен, что показалось ему странным.
– Не могла Анна по балконам лазить, – сказала Вера, услышав последние слова Холмса. – Она высоты боялась.
– Интересная информация! – живо отреагировал Холмс.
– Да, она сама рассказывала, когда была маленькой, начинала заниматься спортивной гимнастикой, но после того, как увидела свою мать висящей с петлей на шее, в ней что-то сломалось и у нее развился страх даже небольшой высоты. Пришлось бросить занятия, – пояснила Вера. – Правда, совсем недавно благодаря уговорам Марины она возобновила тренировки, и время от времени занималась в амбаре, когда там не было очередной выставки.
– Так, может, страх высоты уже преодолен? – спросил Ватсон.
– Это вряд ли. Последние занятия принесли ей лишь отчаяние.
– И все-таки, сдается мне, определенных результатов она могла достичь, – задумчиво произнес Холмс. Заметив, как Вера удивленно вскинула бровь, он поспешил сменить тему: – Скажите, Вера, а какую картину вы выносили перед началом перформанса из галереи? – поинтересовался Холмс.
– «Черный ангел»? Мы ее в последний момент решили убрать, так как в зале был точно такой же ангел, только фарфоровый, он как раз висел над тем местом, где… – Женщина не договорила, и на глазах ее выступили слезы.
– А правда говорят, что Анна – богатая наследница? – спросил вдруг Ватсон.
– Вряд ли, – пожала плечами Вера. – По словам Виктора, миллионами там и не пахнет.