Вместо матери: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А почему не вышло?

— Гражданская война. Совсем собрались уезжать… сели в поезд… раз. На подъеме поезд разорвался, мы с женой назад покатились, а дети вперед уехали…

Карасев вздрогнул.

— А где дети?

— Мальчик с нами живет… А дочка умерла.

Сенцов, сказав это, провел рукою по лбу, словно хотел расправить внезапно появившиеся морщины.

— Мы покатили обратно и съехали под гору благополучно… Бандиты нас окружили и все у нас отобрали… но расстреляли только двоих, которые показались им подозрительными… Жена заболела острым нервным расстройством, а я еще вдобавок вывихнул себе ногу… Что мы испытали! Уж потом, когда явилась возможность, написали в Москву, и вот узнали, что дочь умерла…

Он помолчал.

— Я устроился очень хорошо… Сначала в Оренбурге, потом в Уфе…

Карасев поглядел на Сенцова.

— Послушайте, а девочку не Катей звали?

— Катей!

— Странно, — сказал Карасев, — я уже слышал такой рассказ от одной девочки, которую звали Катей… Вы не из Тополянска?

— Да, да! Из Тополянска!

— Ну, так я у вас, стало быть, уж давно в гостях побывал.

— Как так?

— Однажды мне пришлось убежать от белых. Это было еще во времена батьки Махно. Конечно, если бы белые меня поймали, они бы не стали со мною церемониться. Вот я шел по дороге и вижу мне навстречу идет странствующий монах. Увидал меня, затрясся. А мне тут в голову блестящая идея пришла. Вот что, говорю, батька, давай платьем поменяемся. Тебе в этой рясе красным не след попадаться, а я к белым иду. Хочешь? А не хочешь… так все равно. Время военное, вынул наган. Он сразу рясу снял — мне отдал. Я переоделся мигом — дальше. Знал, что по пятам преследуют меня белые. И вот, очевидно, в сильный бинокль разглядели они наше переодевание, потому что слышу вдруг позади себя: «эй, лови монаха, лови монаха».

Я побежал по тополянским баштанам, забежал на чей-то огород, оттуда в сад; вижу — дверь в доме отворена, а у калитки стоит какая-то девочка и смотрит на улицу. Я юркнул в дверь и спрятался в сенях за лоханью…

— Дом был белый с голубыми ставнями? — взволнованно спросил Сенцов.

— Где тут разглядеть… Я сначала спрятался за лохань, а потом все-таки решил заглянуть в комнату. И тут увидал меня мальчонка… он только-что проснулся… Ка-ак закричит. Я опять за лохань… Девочка прибежала, стала его успокаивать, а в это время те мои преследователи — с ружьями: «отпирай». Тогда девочка…

Рассказчик вдруг умолк. Он поглядел на расстроенное лицо своего слушателя и проговорил спокойно и серьезно.

— Может быть, вам все это слышать тяжело… про девочку…

Сенцов помолчал, потом махнул рукой.

— Надо привыкать, — сказал он грустно, но твердо. Что ж теперь поделаешь. А жаль мне… правда. До того жаль. Такая была девочка умная, расторопная, веселая… Дура тетка ее погубила. Отправила за продуктами какими-то… да еще полубольную… Эх! Странно даже вспомнить. Тополянск, домик наш… Совсем была другая жизнь…

— Что ж, лучше или хуже?

— Если бы Катя жива была, так было б мне сейчас совсем хорошо… Дело мое меня интересует. Опять-таки общественная работа. Ну, да вы рассказывайте… Все равно, мне послушать интересно.

— А не тяжело вам?

— Да нет. Столько лет прошло…

— Ну вот… Значит, сижу я за лоханью и вдруг слышу голоса и стук в дверь.

В это время за дверью в самом деле послышались голоса и затем раздался осторожный стук в дверь.