Тяга к свершениям: книга четвертая: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Роман молчал: вопрос поставил его в тупик, и он совершенно растерялся, не представляя, как на него следовало бы сейчас ответить. Но Сергей Леонидович будто ожидал такую реакцию и продолжал буравить Романа взглядом.

Сергей Леонидович был мужчина уже не молодой, лет за сорок, ближе к пятидесяти и, судя по погонам, находился в звании подполковника. Он имел абсолютно невзрачную, даже несуразную внешность: крепкий, широкоплечий, но при этом низкого роста с непропорциональным телом. Кисти его рук были хотя и плотными, но миниатюрными, как у страдающего ожирением ребенка; голова наоборот имела вполне нормальные даже для человека высокого роста размеры, и по сравнению с остальным телом смотрелась несоразмерно большой. Все это придавало ему достаточно комичный вид, а если он еще подносил свою маленькую ручку к голове, то вообще создавалось впечатление, будто это части тела двух абсолютно разных по комплекции людей. Одет Сергей Леонидович был в форму, которая, впрочем, выглядела несколько неряшливо: брюки снизу были испачканы грязью и плохо проглажены, выдаваясь двумя-тремя стрелками сразу, а расстегнутая верхняя пуговица кителя держалась, казалось, на одном честном слове. Волосы у него были темно-русыми, кучерявыми и жесткими; они лежали сверху крупной копной, а внизу, по бокам у висков и сзади были коротко выбриты. Лицо его, квадратное и широкое, покрывало хорошая плотная трехдневная щетина, а из-под тяжелых бровей тусклым цепким взглядом смотрели маленькие серые глазки.

— Где вы приобрели таблетки? — не дождавшись ответа, уже настойчивее спросил Сергей Леонидович. Уголки его растянутых губ как-бы тонули в щеках, отчего было совершенно невозможно определить настроение их обладателя.

— Я не понимаю о чем вы, — машинально выпалил Роман.

— Как это вы не понимаете?! — воскликнул Сергей Леонидович, но лицо его при этом совершенно не изменило своего прежнего спокойного и загадочного выражения. — В одной из ваших машин нашли запрещенные для ввоза на территорию страны препараты, их изъяли в вашем присутствии, и при этом вы не понимаете, о чем речь?

— Я не знаю… что это был за пакет… и понятия не имею, как он там оказался, — сбивчиво произнес Роман.

— Послушай меня, — сказал Сергей Леонидович, отстранившись от Романа, выпрямив спину и расправив плечи. — Я же тебя посажу!.. Груз уже точно конфискуют, — продолжил он после небольшой паузы таким тоном, будто это был решеный вопрос, — про товар можешь забыть, но неужели тебе хочется идти в тюрьму? Ты же прекрасно знаешь, что у нас в тюрьмах твориться. Подумай о жене, о дочке. Пять лет тебя не будет… и, поверь мне, у тебя этих пяти лет тоже не будет! Когда выйдешь — уже перевалит за тридцать; лучшие годы жизни в унитаз спустишь!

Сергей Леонидович снова все больше и больше подвигался к Роману, так что к концу своей речи уже почти навис над ним, не на секунду не отводя своего взгляда.

Но Роман не видел сейчас его глаз. Он опустил и отвернул голову в сторону, не в состоянии поднять ее и хотя бы взглянуть на Сергея Леонидовича. Его снова начало сильно знобить, он дрожал всем телом; мышцы на животе и груди Романа напряглись, сдавив грудную клетку, отчего дыхание его было судорожным, неровным и отрывистым. У него раскалывалась голова: он чувствовал, как пульсировали артерии у висков, и после каждого их толчка по мозгу будто пробегал разряд, доставляя резкую острую нестерпимую боль. Сознание Романа мешалось; различные мысли вертелись в голове, но ни на одной из них он не мог сосредоточиться, а поймав какую-нибудь, тут же терял ее, даже не успев до конца осознать; они просто растворялись, бесследно исчезала куда-то.

— Дайте, пожалуйста, воды, — даже не взглянув на Сергея Леонидовича, произнес Роман, слегка повернувшись к нему своим изможденным лицом и сильно зажмурив при этом глаза.

— Воды? Сейчас что-нибудь придумаем, — сухо, но поспешно ответил Сергей Леонидович.

Он вытянул вверх шею, шустро оглядел комнату и, заметив на подоконнике чайник, поднялся за ним, но вернувшись за стол, пришел в замешательство, вдруг поняв, что кроме чайника требуется еще и кружка. Сергей Леонидович попытался, было, открыть выдвижной шкафчик стола, но обнаружил, что тот заперт на ключ, тогда он дернул ручку второго шкафчика, который также оказался закрытым. На мгновение он впал в ступор, но быстро придя в себя, снова осмотрелся и в этот раз нашел на соседнем столе кружку. Сходив за ней, Сергей Леонидович вернулся за стол, наполнил ее доверху водой и поставил рядом с Романом.

Роман взял кружку и, превозмогая сильную режущую боль в горле, начал пить мелкими осторожными глотками до тех пор, пока кружка не оказалось пустой, а когда закончил, попросил налить вторую, которую осушил также в один заход, не отрываясь. Под конец он пил уже через силу, неожиданно ярко ощущая вкус теплой кипяченой воды, который начал вызывать у него отвращение и тошноту; но он превозмог себя, зная, что вода была ему сейчас необходима.

Допив вторую кружку, Роман немного собрался с мыслями. Он поднял голову но, увидев, что Сергей Леонидович продолжает в упор смотреть на него своими неясными, мыльными глазками, тут же отвернулся. «Ждет, когда я заговорю, — думал Роман. — Запугивает. Как, интересно, он собирается меня к этому делу привязать? Фирма Дульцова, а я просто с ним как друг ехал. Блефует… А вдруг нет? Может, есть у него что-то, о чем я не знаю, — промелькнула у Романа паническая мысль. — Да нет, конечно! Что у него может быть? Я же действительно никакого отношения к этому делу не имею…».

— Вы ведь не имеете к этим препаратам никакого отношения, — вдруг прервал его размышления Сергей Леонидович.

Услышав это, Роман вздрогнул от неожиданности и резко повернулся к нему. Сергей Леонидович с невероятной точностью передал его мысли, будто прочел их, и Роман почувствовал, как по коже у него пробежали мурашки. С ужасом подумал он о том, что мог забыться сейчас и озвучить вслух свои размышления.

— Почему вы так решили? — с опаской поинтересовался Роман.

— Ваш друг сказал мне, что вы совершенно ни при чем, — ответил Сергей Леонидович, еле заметно улыбнувшись. — Просто расскажите, как все было. Это же Дульцова идея была, ведь так?

Роман молчал.

Сергей Леонидович встал и, вернув чайник на подоконник, направился за стол, но в этот раз, обходя его с другой стороны. У него была своеобразная походка: он передвигался неспешно, твердым шагом, уверенно двигая всем своим телом, при этом неестественно сильно расправляя плечи и выпячивая вперед грудь в попытке подчеркнуть свое крепкое мужицкое телосложение.

— Ну как же могло так получиться? Это какое-то недоразумение! — сочувственно произнес Сергей Леонидович, подходя к Роману со спины. Наклонившись совсем близко к его лицу, он приобнял рукой спинку стула, при этом как бы невзначай коснувшись плеча. — Это в полной мере вина Дульцова, а вы оказались жертвой его преступного безрассудства. Я же вижу, что вы здесь совершенно ни при чем, — сказал он, смотря Роману прямо в глаза, и лицо его преисполнилось в этот момент глубоким состраданием.

Роман был поражен тем, как верно и ясно представлял себе ситуацию Сергей Леонидович, как точно понял он его переживания. Увидев, что таможенник разделяет его точку зрения, он почувствовал себя спокойнее и даже как будто проникся к нему доверием. Роман готов был подписаться под каждым его словом, и в этом душевном порыве чуть было вслух не согласился сейчас с ним.

— Вы знаете, что за препараты обнаружили в ваших грузовиках? — спросил Сергей Леонидович, вернувшись за стол. — Это таблетки для прерывания беременности. Китайские таблетки для прерывания беременности. Они пользуются у нас огромным успехом и их принимают отнюдь не только распущенные несовершеннолетние девицы, желающие скрыть свое затруднительное положение от родителей. Многие женщины, просто стесняющиеся или стыдящиеся идти в больницу, прибегают к этим средствам, как к более удобному и легкому способу. Но ни одной из них не сообщают при покупке, что каждый раз принимая эти таблетки, они рискуют своей жизнью. Зафиксировано множество случаев смерти от внутреннего кровоизлияния, открывшегося в результате прерывания беременности с помощью этих препаратов. И в пакете — в вашем пакете — тоже были две-три чьи-то смертельные дозы… Роман Леонидович, расскажи мне, что тебе известно, и возможно ты тем самым сохранишь еще несколько человеческих жизней.

Роман молчал. Он и без этих разъяснений испытывал сильнейшую злость на Дульцова, но тот был его другом, лучшим другом, и предать его он не мог. Он уже с трудом сидел, облокотившись на стол правой рукой и в бессилии положив голову на ладонь. Роман ощущал, как болезнь начинает выкручивать ему кости; он слабел с каждой минутой и все хуже различал окружавшие его предметы.

— Послушай, — снова перейдя на «ты», продолжил после недолгой паузы Сергей Леонидович, — вам обоим светит по пять лет. Подумай об этом. Ты таможню уже прошел, фирма зарегистрирована на Дульцова. Если расскажешь мне все что знаешь, я обещаю — тебе ничего не будет! Уже сегодня днем забудешь обо всем, как о страшном сне. А твоему другу все равно не отвертеться!

«Что же вам от меня так нужно, если ему не отвертеться?», — подумал про себя Роман.

— От тебя мне нужна только правда, — тут же проговорил Сергей Леонидович, как бы отвечая на вопрос, и вновь жуткий мертвецкий холод пробрал Романа до самых костей. — Расскажи мне правду. Продолжая молчать, ты делаешь хуже себе. Я все равно докажу вину Дульцова, но если это будет без твоей помощи, то можешь не сомневаться — пойдешь как соучастник, наравне с другом. Водитель грузовика показал, что вы вместе наняли его и вместе организовывали транспортировку груза через границу. Этого будет достаточно, чтобы посадить вас обоих.

У Романа закружилась голова; все вокруг слилось для него в несколько невнятных темных пятен, и он почти ничего уже не мог разобрать. Он закрыл глаза рукой. «Если я расскажу ему, как все было на самом деле, то точно буду застрахован от обвинений, — крутилось у него в голове. — Если же я сейчас промолчу, позже мне уже могут и не поверить».

— Но вы ведь знаете… знаете, что я к этому не причастен? — прерывисто и тяжело произнес Роман, в отчаянии взглянув на Сергея Леонидовича. Глаза его жгло от перенапряжения, так что он с трудом смог приоткрыть их, сильно при этом сощурившись.

— Не сомневайся — знаю наверняка, — самым доброжелательным тоном заверил таможенник.