– Вот что я тебе скажу, тебя как зовут?
– Женя.
– Вот что я тебе скажу, Женя, шневность обманчива.
– ?
– Внешность. То, чего ты от Кати ждал, у нее, может, и нет, хотя она эффектная, не спорю. Но тебе шашечки или ехать?
– ?
– Анекдот такой. Про таксиста.
– А, вспомнил. Ехать.
– Тогда ко мне. Насчет ехать. Наслаждение в стиле Рубенса. Это художник такой.
– Да знаю я, кто такой Рубенс, ты меня за тупого, что ли, держишь?
– Извиняюсь, поняла, оценила. Но ты же видел мою страницу, чего я рассказываю!
– Я не видел, меня Катя только что послала, – напомнил Женя.
– Тогда посмотри.
– Зачем? Ты же тут.
– Я сама хочу посмотреть, просила администратора новые фотки выложить, не видела еще.
Они нелепо стояли в прихожей, Лика показывала в смартфоне свою страницу, увеличивала пальцами фотографии. Ей самой очень нравилось, а Женя с отвращением смотрел на ее раскоряченные позы, а вместо лица везде был дурацкий овал, при этом он даже больше подходил к этим позам, чем лицо.
– Скрываюсь, чтобы жених не увидел, – пояснила Лика. – Он ревнивый очень.
– Ясно.
– Что, заводит, да? Тогда пойдем.
Женя хотел отказаться. Но жгла досада на Катю, хотелось ей отомстить. Да и девушку как-то неловко обижать…
Он разулся, сходил в ванную, помыл там руки, постоял, о чем-то думая (сам не мог уловить о чем), пошел в спальню этой крошечной двухкомнатной квартирки. В псальню, как она говорит.
Лика была уже готова. Стараясь не глядеть на нее, Женя подошел к окну и задернул плотные шторы.
– Стесняешься, что ли? – спросила Лика.
– Вроде того.
– Бывает. Знала одного, мог только ночью и в полной темноте. А другой, наоборот…
– Ты можешь помолчать?
– Извиняюсь. Молчание – знак солгасия.
– И слова не коверкай.
– Какой ты привередливый!
Женя разделся и лег. Лика потянулась к нему.