– Что?! Что случилось?
– Я пока сама не знаю. Вчера вечером Амелия ушла к подруге и до сих пор не вернулась.
– Вот как…
По ее тону Уитни поняла, о чем она подумала.
Какая мать, такая и дочь.
Уитни сразу же пожалела о сказанном.
– Ладно, ничего страшного. Куда она денется, наверняка скоро придет, – дала Уитни задний ход. Ясно, что Амелия не у мамы, поэтому толку от матери никакого. – Может, мы с ней просто недопоняли друг друга, когда договаривались. Имели в виду каждый свое.
Она городила всякую чушь. Ну почему мать всегда влияла на нее подобным образом, заставляла оправдываться?
Будь ласковее с братиком.
Поиграй с братиком.
Займи чем-нибудь братика.
Уитни послушно выполняла то, что от нее требовали, но мама все равно недовольно ворчала.
Осторожнее с братиком!
Могла бы обходиться с ним поласковее.
Ну что ты наделала! Из-за тебя братик совсем разнервничался.
Как Уитни ни старалась, угодить матери не могла.
Она часто представляла, как вырастет. Станет мудрой. Зрелой. Мечтала о том времени, когда станет независимой и будет жить, как хочет. Но даже сейчас, когда ей за сорок, она по-прежнему зависит от мнения матери и оправдывается перед ней.
– Наверняка так и есть. Амелия славная девочка, – согласилась мама. – Я разговаривала с ней на прошлой неделе, и она сказала, что все хорошо. У нее появился новый друг, и она очень хочет навестить своего отца в Амстердаме.
– Навестить отца?
– Сказала, что занимается оформлением паспорта.
– Да не могла она оформлять никакого паспорта! Я не давала согласия и ничего не подписывала!
– Ну, наверное, ей помогает Дэн. Ведь он такой чудесный отец!
– М-да.
Уитни привыкла к подобным шпилькам в свой адрес. Мать никогда не упускала возможности напомнить ей об ошибке, которую Уитни совершила, позволив Дэну уйти.
– О, Уитни, вот и папа подошел. Хочет поздороваться.
– Привет, дочка. – Голос отца – глубокий, проникновенный, как у актеров, которые читают текст за кадром – неизменно успокаивал. В детстве она любила, когда он пел ей или читал на ночь сказки. – Как дела?
– Более-менее.
– Что еще за «более-менее»? Ну-ка выкладывай! – спросил отец, и от его обеспокоенности ее губы задрожали.
– Трудновато с Амелией. Ведет себя из рук вон плохо. Бунтует.
– Тебе ли не знать, как ведут себя подростки! Перерастет, и все придет в норму, – ответил папа. – Ты же в конце концов образумилась.