Дети Солнца (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Лучники спрятались в ожидании врагов — кто за камнями, кто за кустами, кто в земляной яме. Кьяртан устроился рядом с Уиркой за большим валуном, опасно нависающим над обрывом. Схватил за плечо, наклонился к уху и зашептал:

— Объясни. Мне нужно знать, стоит ли тебе доверять. Скъегги сказал, что вы с Флавием нексумы. А Флавий не возражал. Это точно правда?

Уирка задиристо вскинула голову:

— Точно. Правда.

Она дернула плечом — и Кьяртан разжал пальцы. Уирка сейчас снова, как с Ренатой, почувствовала себя взрослой и циничной. Взгляд Кьяртана настойчиво требовал отмыться — прямо сейчас, не сходя с места. Еще вчера Уирка стала бы наговаривать на себя, чтобы позлить Кьяртана, а главное, чтобы ее не подловили на том, что оправдывается, и не сочли жалкой. Но сейчас она сказала:

— Я не предательница, я дура. Должна была понимать, что враг — не обязательно чудовище… Что не только чудовище может быть врагом. Ну, потерпи меня. Осталось-то немного.

— Ансельм тоже знает?

— Да. Он отдал Флавия под мою опеку.

Кьяртан выпустил воздух. Выдох получился долгим: на некоторое время он забыл дышать.

— Я верю. Мне только жаль, что… Что мы никогда уже не сможем поговорить о чем-то, что не касается дела.

Уирка кивнула. Она отвлеклась: смотрела на болота за рекой. Мох, корявые деревца, водяные окна с облаками в глубине. Здесь воинам Ларса ожидать врага, лежа в холодной стоячей воде, похоронив себя под кочками. Что будет с домочадцами Ларса, если его воины не справятся? А что сейчас с домочадцами лагмана? И где Хельга? Как ей там — в лесу, наедине с колдуном?

До боя оставалось совсем немного. Примерно столько же, сколько до конца жизни. О чем там говорит Кьяртан? Когда до Уирки дошло, она повернулась к другу всем телом и спросила с вызовом:

— Это еще почему?

Кьяртан скорчил выразительную гримасу, махнул рукой, мол, сама знаешь. Уирка кивнула и перевела взгляд на вспухшую по весне Комариху. На середине вода поднялась выше, чем у берегов, и казалось, река выгнула черную блестящую спину. Перед тем, как встретиться с озером, она поворачивала. Лучников поставили как раз за поворотом, недалеко от устья.

— Что мне сделать, чтобы не терять друга? — спросила Уирка, не оборачиваясь.

— Видимо, уже ничего, — процедил Кьяртан. — Но мы сегодня до вечера станем трупами. Так какая тебе разница, презираю я тебя или нет?

— Презираешь?

— Да. Нет…

— Ладно. Сейчас это не важно.

— Хорошо, что хоть Флавия здесь нет, — сказал Кьяртан. — Видеть его не могу: мутит. Неужели он никогда не получит по заслугам? Еще Рената… Замечала, как она на него смотрит? Боги! Я никогда не был трусом. Но умирать вот так, одному… Я всех потерял.

Уирка не нашлась с ответом. Да и не было времени отвечать. Оба одновременно обернулись на тихий, придушенный крик: «Плывут! Плывут!» Из-за поворота показалась первая лодка.

Глава 42

В ночь Растусова предательства в усадьбе лагмана сгорели большой дом и несколько сараев, однако многое уцелело — не иначе как чудом. Уцелели постройки, где держали скотину, и многие службы. В них и жили люди Растуса, теперь — люди Арзрана. Они разобрали пожарище и свалили обгорелый хлам в поле.

Арзран занял гостевой дом у дальнего конца усадьбы — крепкое бревенчатое строение с двумя очагами, обсаженное высокими рябинами. Здесь он жил один, и только жрецу Маркусу да вождю выкидышей магии Туммахойнену было позволено входить к нему.

Жрец передавал Растусу распоряжения Арзрана: как расставить караулы, куда отправлять патрули, когда собирать людей на ритуалы, посвященные новому божеству. Туммахойнен о своих разговорах с Арзраном молчал и на прямые вопросы только усмехался. К Растусу он относился с подчеркнутым пренебрежением.

Воины Туммахойнена расположились за пределами усадьбы, в полях. Спали у костров под открытым небом. Высокие, сильные, они не знали ни страха, ни боли. Они не понимали и чужой боли тоже. Каждый день десятки и сотни их умирали словно от истощения — и тела разлагались за считанные часы. Видимо, Арзрану не хватало силы поддерживать свои творения. И все равно их оставалось очень много. Несколько десятков тысяч — огромное войско для Скогара.

Их делом было стращать жителей округи, грабить и убивать. Пару усадеб сожгли, и что-то нехорошее устроили в отдаленной деревне Старого народа. Настолько нехорошее, что в ближайших к этой деревне усадьбах каменные изваяния ольмийских богов кричали как дети, в ужасе от участи чужих им людей.

Никто толком не мог сказать, что там произошло. То есть говорили-то всякое, да только рассказчики признавались, что не были в той деревне. Сворачивали с полдороги, испугавшись неведомо чего.

Люди видели, как на деревьях рассаживаются черные духи, похожие на птиц, и сквозь них просвечивают сучья. Духи визжали резко и злорадно.

То в одной, то в другой усадьбе сами собой загорались крыши домов.