Дети Солнца (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

А в лесу ждали страшные белоглазые тени.

По округе носились слухи о новом божестве. И люди шли на поклон к Арзрану.

Старейшин и хозяев крупных усадеб Арзран принимал лично. Они возвращались от него напуганные до невменяемости и сводили с ума своих родичей. Растусу рассказывали, что люди жгли себя с семьями в домах. Другие отлавливали по дорогам одиноких путников и убивали их, словно убийство могло умилостивить богов. Каких? Прежних, скогарских? Или Арзрана?

Растус запретил своим воинам покидать усадьбу, кроме разведчиков, которым велел никому не доверять.

Ему не нравилось, что Арзран словно бы забыл о нем. Не нравилось, что Туммахойнен ведет себя с ним заносчиво, если не сказать нагло. На предательстве Растуса Арзран усилил свое могущество и обзавелся собственным войском. И Растус Арзрану уже не нужен. Знал ли Арзран, что Растус хочет его гибели? Если и знал, никак это не показывал. Растусу, казалось, предоставили свободу: делай что хочешь. И это было унизительно, потому что сделать он ничего не мог.

Растус присматривался к воинам Туммахойнена: из какого они теста, на что годны? Вызвал одного из них на поединок — просто чтобы прощупать. Силищи в нелюде было много, а вот воинской сноровки никакой. Звери и те дерутся изобретательнее. Растус соскучился и хотел прекратить поединок, но нелюдь как будто не мог остановиться. Пришлось убить. И ведь даже улаживать дело с остальными воинами Туммахойнена не пришлось: они не обратили внимание на смерть товарища. Это поразило Растуса больше всего.

Однажды ночью ему приснился Скъегги. С тех пор, как колдун навел нелюдь на остатки лагманова войска, он исчез и больше не показывался, а тут явился в сон как к себе домой.

Растусу снилось, что он поднялся, чтобы подбросить в очаг дров. Огонь никак не хотел разгораться. Вокруг было темно и пусто, все его люди куда-то делись. Он присел перед очагом — и вдруг огонь погас, и дом наполнился дымом. Растуса посетило противное, тоскливое беспокойство. Казалось, сейчас кто-то — или что-то? — накинется сзади, вцепится в загривок. Он так и эдак пробовал развести огонь — и огонь разгорелся, только тусклый, темно-багровый. Тогда Растус и увидел Скъегги: тот сидел с другой стороны очага, тоже на корточках, и смотрел на огонь, избегая взгляда Растуса.

— Я видел у Ларса Болотного твою девочку, — сказал Скъегги. — Ну, которую ты сжег, помнишь? Целехонька.

Растус сглотнул. Он думал, что готов к разоблачению, но остаться спокойным не получилось. Вот сейчас ему бросят обвинение в предательстве — и всё будет кончено.

— Молчишь? — спросил Скъегги. — А и правда — сказать-то нечего. Что, Бич Ольми, Гроза Империи, прокололся на юбке? Ладно, не ты первый, не ты последний. Арзран всё равно избавился бы от тебя рано или поздно. Как от Сверри.

— Зачем ты явился с этим ко мне, а не к Арзрану?

— Затем, что Арзран обманул и унизил не одного тебя. За сына Ансы вы оба должны ответить. Но, может быть, ты не откажешься хотя бы частично исправить то, что натворил?

— Что толку в твоих предупреждениях, если мне некуда деться? — сказал Растус.

— Деваться тебе некуда, это точно. Но ты можешь насолить Арзрану. Лишить его большей части барыша от твоего предательства. Прежде чем Арзран с тобой расправится, убей Туммахойнена.

— А, вот ты к чему? — сказал Растус. — Кто такой этот Туммахойнен? Его воины — это и есть лесные? Арзран собирается взять их с собой за море?

Скъегги рассмеялся, но головы не поднял. Он по-прежнему смотрел только в огонь, а огонь плясал в очаге, тусклый, темный, такой, какого не разведешь на сосновых поленьях. Такой, какого вообще не может быть в этом мире.

— Нет, что ты! — сказал Скъегги огню. — Будь за Арзрана лесные, он уже сейчас был бы непобедим. Но ни лесных, ни этих воинов он не возьмет за море. Они здешние, из скогарской земли и скогарского горя. Здесь они и останутся.

— Вернутся в землю, когда мы уйдем?

— Арзран оставит Туммахойнена и его воинство в Скогаре. Туммахойнен обяжет всех здешних почитать Арзрана как божество. Так они объединят Старый и Новый народы Скогара. Арзран будет для них новым божеством, а Туммахоймен станет королем и жрецом.

— Туммахойнен — будущий владыка Скогара? Он же туп как деревянная чурка!

— Ха! А ты — умнее? Слушай внимательно. Твоя жертва дала Арзрану страшную силу. И что он сделал? Приобрел плоть, а еще создал помощника.

— Тысячи помощников.

— Нет. Одного. Но такого, кто положит к его ногам весь Скогар. Как у нас колдуют? Собирают силу в какой-нибудь предмет, и предмет этот оживает, становится божком на час. Сотворенным божком, то есть. Он помогает, пока сила не закончится. Так вот тварь Растуса сама тянет силу из леса. А через нее питаются силой и остальные нелюди.

— Погоди. То есть все эти воины — они подпитываются силой, и питает их не Арзран, а Туммахойнен?

— Ну да. Или ты думаешь, Арзран создал живых людей? Нет, в его тварей нужно вливать и вливать силу, без этого им конец. Убей Туммахойнена.

Растус проснулся у себя в постели, и очень этому удивился, таким реальным казался сон. Если и колдун против Арзрана — тогда есть надежда. Однако как это узнать? Где найти подтверждение?

Еще пару дней ничего не происходило, а потом Арзран вызвал Растуса к себе.

Перед входом в его жилище Растус неожиданно для себя испугался: сердце зашлось, и подкосились ноги. Он усмехнулся: впору подгонять самого себя хворостиной.

У входа в зал стоял Туммахойнен. Он смотрел на Растуса и что-то старательно жевал с безразличным видом. На лице двигались только тяжелые челюсти, в остальном оно застыло, даже глаза казались стеклянными. Больше всего это порождение Арзрана напоминало огромную статую, вырезанную из дерева не очень умелым скульптором и обряженную в куртку и штаны черным мехом наружу. Вот эта вот неумелость и раздражала Растуса: хотелось подправить, взяв в руки резец. В крайнем случае — топор.