– Это «да»? – спросил он, не отрывая взгляда от ее губ.
– Это не «нет».
– Тогда я возьму все, что смогу получить.
– О да, это точно. – Ново улыбнулась, обнажая клыки. – Ты не можешь иметь ту, которую хочешь, и ты застрял здесь со мной на целый день.
– Напрашиваешься на похвалу? Не похоже на тебя.
– Констатирую факты. – Она сделала еще глоток водки. – Ты тоже мой единственный вариант. Так что мы оба в дерьме.
– Я краснею от твоих комплиментов, – пробормотал он. – Нет, прекрати, ну правда.
– Не нравится, когда тебя используют? Хм, может, это жизненный урок за всех женщин и вампирш, которых ты перетрахал в клубах.
– Это не использование, когда речь о взаимном удовольствии.
Ново резко рассмеялась.
– А сейчас ты должен сказать мне, что еще никто не жаловался на твои потуги? Потому как статистика оказалась бы более релевантной, будь у бедных женщин возможность дать тебе обратную связь.
– Ново, будешь плохо себя вести, я уйду, прихватив с собой водку и член.
– Ты прав. Разговоры не приведут нас к желаемому.
На этих словах она протянула свободную руку и, схватив его за перед рубашки, дернула к своему рту, удерживая на месте, прижимаясь к его рту своими губами.
Точнее, сминая.
В прикосновении не было ничего романтичного, соблазнительного, не было и речи о первом пробном поцелуе. Мощная сексуальная энергия вспыхнула между ними, их языки боролись, ощущения были головокружительными, инстинкты вырубали мыслительные процессы. Ее вкус – вкус дикости и «Грей Гуза», ее запах – насыщенный, словно травка, и, черт, он должен прикоснуться к ней… он так давно хотел этого. Прошелся руками по ее зачесанным волосам, шее, плечам… его сердце гулко билось в груди, он был готов войти в нее прямо сейчас…
Он плотно закрыл дверь?
Разорвав контакт, Пэйтон, тяжело дыша, оглянулся через плечо и мысленно запер дверь на замок… и когда он повернулся, Ново поставила «Гуся» на пол и уже снимала свои свободные шорты из нейлона…
Трусиков не было.
Твоюююю ж. Все развивается слишком быстро.
И на этой ноте ее руки потянулись к ширинке, и в одно мгновение его дорогие свободные брюки спустились к лодыжкам. Он также не носил белья, потому что в тайне надеялся на подобную ситуацию. И, вот неожиданность, настал момент под названием чаша-моя-преисполнена[17]: следующее, что он понял – как Ново широко раздвинула ноги и обхватила его бедра, впиваясь в кожу ногтями. Она рывком подтянула его к себе, и он устроился между ее ног, обхватил член, направляя себя…
– О… черт… – выдохнул Пэйтон, соединяя их.
Она была такой узкой и горячей, Пэйтон чувствовал ощущения всем телом, выгибаясь над ней, в то время как сама Ново откинулась на массажный стол. Он стоял ногами на полу, поэтому не мог поцеловать Ново, но точно мог начать движения. Положив руки на ее бедра, Пэйтон начал в нее вбиваться, наращивая скорость, прибавляя силу…
Сложно сказать, когда он заметил, что Ново неподвижно лежит под ним.
Во-первых, его тело было полностью занято сексом, кровь бурлила в венах, вид того, как его влажный член снова и снова входит в нее, выносил то малое, что осталось от его мозгов. Как результат всего этого, ему приходилось прикладывать все усилия, чтобы не кончить… что равносильно попытке потушить пожар в доме силой мысли. Но даже посреди этого безумия и, несмотря на весь выпитый алкоголь, он заметил, что глаза на ее лице-застывшей-маске были закрыты, дыхание даже не сбилось, а ее голова двигалась туда-сюда, пока он ее трахал.
Пэйтон замедлился. А потом остановился.
Он просто стоял там, легкие горели, шелковая рубашка промокала от пота, и Ново открыла глаза.
– Что такое? – Когда он не ответил, ее брови взлетели вверх. – Ты уже всё?
Пэйтон моргнул.
И вышел.
[17] Отсылка к библии, 22 псалом.