У красныхъ.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Все равно. Такой приказъ изъ Совдепа: что привозятъ —

пропускать, а что вывозятъ — на то разрѣшеніе надо имѣть.

— Да у насъ ничего нѣтъ, — платье, поношенное, сквороды, шуба старая.

— А сахаръ у васъ есть?

— Откуда у насъ сахаръ, товарищи? — вознегодовалъ Андрей. — Мы оба изъ Москвы ѣдемъ; тамъ хлѣба нѣтъ, а не то, что сахару. Вотъ поглядите, что мы въ Москвѣ ѣдимъ, — и Андрей показалъ образецъ московскаго хлѣба.

— Чудной хлѣбъ. Предположительно, что его и ѣсть нельзя, — сказалъ парень постарше.

— Никакъ нельзя ѣсть его, товарищи, а ѣдятъ — и сильно хвораютъ. Больше ничего нѣтъ въ Москвѣ.

Пограничники стали мякнуть.

— А удостовѣренія на счетъ личностей имѣются у васъ? — спросилъ одинъ.

— А какъ же? Вотъ мой товарищъ только что изъ плѣна вернулся у него нѣмецкая бумага, а у меня русская — что былъ въ плѣну и инвалидомъ вернулся.

Подержавъ бумаги вверхъ ногами и взглянувъ на печати, парни отпустили насъ.

— Ну, ужъ Богъ съ вами. Коли изъ плѣна, такъ ужъ видно не спекулянты. А то намедни остановили одного мужчину — плакался, что у него ничего нѣтъ, а у самого подъ телѣгой мѣшокъ былъ привязанъ; въ емъ пудовъ 15 сахару нашли.

Ткнувъ для очистки совѣсти въ узелъ съ шубой, пограничники отступили.

— Ъзжайте себѣ. Мы вѣдь не то, чтобы какіе-нибудь, опять же и военно-плѣнные. Но когда жъ требуютъ. Ну, да Богъ съ вами!

Мы выѣхали на широкій Екатерининскій трактъ, съ обѣихъ сторонъ обсаженный громадными липами и высокими бѣлоствольными березами.

Утро было свѣжее, бодрое; въ листьяхъ шумѣлъ веселый вѣтерокъ.

— Станиславъ, —спросилъ Андрей возницу, — что ищутъ на этихъ заставахъ?

Тотъ поправилъ кнутомъ шлею и обернулся къ намъ.

— Да смотрятъ, нѣтъ ли зерна, матеріи, сахару. Найдутъ — отбираютъ, въ Портиковъ везутъ. Тамъ теперь изъ отобраннаго

большіе склады находятся. А потомъ грузятъ на автомобили и на желѣзную дорогу въ Москву. А оттуда, будто бы, въ Германію.

Въ народѣ говорятъ, что все это по приказу нѣмцевъ дѣлается.

Солнце поднималось, становилось жарче, но изъ встрѣчныхъ лѣсовъ тянуло прохладой. Сжатыя нивы уходили въ хрустальную даль. Иногда слышалась странная переливчатая пѣсня; ея звуки очень напоминали пастушескую свирѣль. Рѣдкіе, желтые листья на липахъ говорили о приближавшейся осени.

Въ полдень надо было покормить лошадь. Мы остановились у крайней избы, длинной, безпорядочно построенной деревни. Изба была новая, хорошей стройки; примыкавшіе къ ней амбары и скотный сарай глядѣли крѣпышами и говорили о большомъ хозяйствѣ.

Возница долго и безуспѣшно стучалъ въ калитку. Наконецъ, вышла встревоженная женщина. Андрей вступилъ съ ней въ переговоры.

Но она оказалась странно-безтолковой и словно не понимала насъ.

Потомъ изъ огорода пришла бѣлоголовая дѣвочка и заявила:

— У мамки тятьку убили, такъ она теперь всего боится.

Женщина расплакалась и разсказала, что случилось съ ней.

Нѣсколько дней тому назадъ, позднимъ вечеромъ, къ нимъ постучались какіе-то люди и потребовали, чтобы ихъ вспустили.

Хозяинъ испугался и дверей не открылъ. Тогда пришедшіе стали стрѣлять по избѣ изъ винтовокъ; деревянныя стѣны пробивались, какъ картонъ, и одной изъ такихъ пуль ея мужъ былъ убитъ наповалъ. Эти же проходимцы убили въ деревнѣ еще нѣсколько человѣкъ, и теперь всѣ крестьяне были въ паникѣ.