Мальчишка шипит от боли и отворачивается.
— Подожди, — Ванька наклоняется, зачерпывает ладонью воду. — Надо смыть кровь. Я помогу.
Он тянет мальчишку за руку:
— Садись. Так удобнее.
Садится сам рядом. Осторожно смывает размазанную кровь со щеки. Вновь зачерпывает воду.
Мальчишка молчит. Ванька разглядывает его. Вновь удивляется странному сходству нового знакомого с куклой. Красивый. Ванька не говорит этого. Ему и в голову бы не пришло. Он просто смотрит на него. В иссиня-голубые глаза. На припухшую разбитую губу.
— Мамка заругает? — спрашивает Ванька.
— Мама? — удивляется мальчишка. — За что?
— Что подрался. Вон грязный весь.
— Не заругает, — мальчишка чуть улыбается и тут же ойкает от боли в губе. — Расстроится.
Ванька срывает растущий рядом листик подорожника, обрывает жилки и прикладывает к губе мальчишки.
— Быстрее заживёт.
Тот прижимает пальцами подорожник:
— Спасибо.
Ванька довольно улыбается. Хочется сказать, что на то он и рыцарь, чтобы спасать. Но он молчит. Ему сейчас хорошо. От мысли, что он поступил правильно. От того, что ему благодарны. И от тепла чужого плеча, прижавшегося к его.
— Как тебя зовут? — спрашивает мальчишка.