Я вернулся на середину класса, медленно подошел к последней парте. Что ж, если экскурсии сюда и будут водить, как я полагал ранее, то я стану лучшим экскурсоводом. Подумать только, сколько всего я помню, глядя только на его парту.
«…Ты можешь впасть в заблуждение, что тобой увлечён весь мир магов, но мне всё равно, сколько раз твоя фотография появится в газетах. По мне, Поттер, ты — просто противный маленький мальчик, который полагает, что он выше правил…»
Я тихо хмыкнул воспоминаниям. Чудесные времена. Я едва ли помню, когда все стало очень неправильно.
«…Поднимайся! Вставай! Ты не пытаешься, не прилагаешь усилий. Ты допускаешь меня к воспоминаниям, которых боишься, вручая тем самым мне оружие!..»
Воспоминания Поттера оказались обоюдоострым лезвием, каждый раз погружаясь с головой в его жизнь, я терялся в закутках его разума, находя откровения, которые мне и не снились. Юноша оказался для меня спасением и проклятьем.
«…Ты посмел применять против меня мои собственные заклинания, Поттер? Это я их придумал — я, Принц-полукровка!..»
Я с силой зажмурился. Та ночь никогда не сотрется из моей памяти. Смерть наставника, позорное бегство из Хогвартса, драка с Поттером, который умудрился выучить мой учебник наизусть, почти признавая меня другом, и ударить заклинанием, предназначенным для врагов. Под ногами крутился Драко, и у меня даже не было времени в последний раз насмотреться на лицо Гарри.
Мои пальцы сжали край парты, когда воспоминания месячной давности ярко всплыли перед глазами.
«…Посмотри на меня…»
Я умирал, чувствуя его прикосновения и смотря в зеленые глаза. Я принял смерть и не хотел бороться за жизнь. Единственное, что не давало мне покоя — мысль, что я снова не смог его защитить. Я почти надеялся, что Поттер не поверит мне и не пойдет на верную гибель, но тот оказался сентиментальным идиотом.
Люциус пришел в хижину сразу после того, как троица ее покинула, накинув на меня заклинание стазиса. Малфой влил в меня с десяток зелий, в том числе изготовленное мной же противоядие, и перенес на себе в запретный лес, где и оставил под дезиллюминационными чарами. Бессильный и беспомощный, я был вынужден смотреть на рыдающего полувеликана с безжизненным телом Поттера на руках.
Я не мог даже закричать. Я не видел, закрыты ли его глаза или слепо смотрят вдаль. Я хотел знать, я хотел схватить свою палочку и уничтожить Лорда собственноручно, я почти видел, как небо идет трещинами и осыпается на землю, оставляя после себя гулкое ничто.
Спустя секунды меня накрыло спасительное беспамятство. В себя я пришел в Святом Мунго, окруженный заботой и недоверием. С первой страницы газеты, лежащей на прикроватной тумбочке, на меня смотрел улыбающийся Поттер под заголовком: «Мальчик, который снова выжил». Это был первый и последний раз, когда я прижимал газету к груди, тихо и бесконечно повторяя благодарности неизвестно кому.
Сзади раздался легкий скрип двери, и я резко обернулся. Кого могло принести в класс зельеварения летом?
Дверь открывалась мягко, будто входящий знал, как правильно с ней обращаться. Мое сердце оглушительно застучало в груди, стало трудно дышать, а губы задрожали в непрошеной улыбке от одной только мысли, что это может быть он. Отвратительно.
Поттер зашел и быстро огляделся, находя меня взглядом. Удивленно приподнял брови, глядя на мои пальцы, все еще сжимающие его парту, и неуверенно улыбнулся.
Похоже, все мои старания избежать разговора с ним были напрасны. Я правда не хотел испытывать это все вновь.
— Поттер, — устало констатировал я, борясь с желанием смотреть, как на его лице сменяются эмоции, с счастьем от его присутствия и тем чувством, как у рыбы, завидевшей свое море.
— Добрый день, профессор. Мне сказали, что вы здесь, сэр.
— И зачем же вы меня искали? — я наконец отпустил деревяшку и сложил руки на груди. Поттер комкал в ладонях края мантии.
— Я… Сэр… — я выжидающе на него смотрел, и он, казалось, терялся под моим взглядом все больше. — Помните, в прошлом году на отработке. Я столько всего вам тогда наговорил, профессор. Хотел извиниться.
Настала моя очередь с удивлением приподнимать бровь. Мне все еще было сложно дышать. И это выводило из себя. Я все еще не смирился.
— Мистер Поттер, вы мне за все школьные годы столько всего наговорили, будете извиняться за каждое слово в отдельности?
Мальчишка… Молодой человек дернул головой, и его растрепанная черная челка смешно подпрыгнула на лбу. Из-под очков на меня смотрели живые зеленые глаза.
— Если можно, сэр, — неожиданно он широко улыбнулся. — Если вы готовы потратить столько времени на меня.
Я готов был потратить на него все время своей жизни и посмертия, но разве это важно?
— Боюсь, мисс Уизли не оценит столь широкий жест с вашей стороны. Да и к тому же, вы же не ждете от меня ответных извинений?
Поттер снова замотал головой и заулыбался.
— Я не настолько идиот, как вы думаете, сэр.
— Ну конечно же, разве идиот мог победить Темного Лорда? — я иронично приподнял уголки губ.