И океан «болотом» кажется — «идиотам»!
Благо — никого и не было особо рядом!.. Кроме того же брата. Что сначала «предусмотрительно молчал» за дверью, а после, и разбитого же о стекло зеркала и пол телефона в истерике, влетел, упал рядом с ней на колени — и прижал к себе!
И всё бы ничего, и всё же ещё бы чего-то:
Какой же глупый график — «работа-дом-работа»!
И как-то по-доброму, мягко и нежно, как мог и в подобных же моментах только он, сказал то, что и в принципе — она уже без и за него же прекрасно знала…
И всё бы ничего, и всё же ещё бы чего-то:
И океан «болотом», кажется, «я» — идиотка!
«Идиотка». «Да!.. А что поделать?». «И я — идиот: позволил и оставил. Но и не как — тот!». «Как нашли друг друга — так и потеряли». «Справимся!.. И без его же пожеланий — хорошего полёта-долёта. Хотя и куда уж лучше — с таким-то напутствием?.. И в хвост, и в гриву же прям!».
И всё бы ничего, и всё же ещё бы чего-то:
Да, я — фанатка неба!.. Но не хочу — «в него» прям.
И вот она «выныривает» и практически шагает, как её взгляд цепляет — отсутствие мамы с ребёнком, что и весь же полёт сидели как раз: перед ней и ним, ними!..
[Инструментал]
Конец 1.
Тут же и вспоминает, как те вцепились друг в друга и долго не отпускали, а потом, как и самая маленькая из них просовывала на подлёте к ней руку через спинки сидений — и они сидели так, обхватив друг друга, и почти обнявшись, двумя семьями! И сразу же разворачивается, убегая обратно и слыша в спину крик брата, что уже и снимает всё это на камеру с той стороны самолёта — «трясущимися» руками: ведь и видел, как она вернулась; снова: «Идиотка». Правда, уже и именно — обречённо-страдальчески! И уже: не «кажется». Ведь и горит уже — «весь» самолёт!.. Цепляя салон — сквозь лопнувшие окна: добавляющие огню и «лишнего» же кислорода — для подпитки и проникновения внутрь! Падает на пол; ведь там кислорода больше — весь дым идёт по верху, так же их учили при взлёте; и пролезает его весь: смотря по всем сторонам… И не находит! Но их не было — у выхода!.. Точно помнит. Не могла ошибиться! И только когда собирается уже отползать назад — находит их. Точнее: слышит!.. Из туалета. Видно, была такая толкучка-давка, что их сначала отпихнули в самый конец самолёта, а после и оттолкали-затолкали туда: двери же все — были открыты; а тут — закрылись, будто и приварившись ещё от огня! Стучит к ним!.. Замок — заело. Пытается найти что-то — в зоне видимости и досягаемости: что бы могло помочь выбить дверь! Все сумки и вещи — ворохом на полу. Ничего не разобрать — годного! Пытается — на ощупь. Обшаривает руками и ногами — пол… И бьётся ногой — о пустой огнетушитель!.. Видимо, кто-то всё же пытался затушить — хоть что-то. «Подкатывает» его к себе с «пинка» — и просит их, по ту сторону, лечь на пол и отодвинуться насколько можно: ведь когда она выбьет дверь — может не только их самих зацепить, но и запустит воздухом огонь к ним; параллельно ещё — намочив кофты в доступности крана и дышать через них! Один удар. Второй и третий!.. С лежачего положения — трудно. Набирает воздуха в лёгкие, стараясь не дышать, подпрыгивает-бьёт-и-снова-падает… И так — несколько раз!.. Пока ни пробивает трещину. И, уже не замечая ничего, лупит по ней, выбивая нижнюю часть двери. Огонь тут же «набирается сил» — и ползёт по стенам и потолку к ним! Отодвигает «ошмётки» — и пропускает маму с ребёнком. Затем — просит всё и так же ползти первыми, чтобы она замыкала и могла их подтолкнуть, в случае чего, да и не потерять в дыму; как и обмотаться кофтой женщину, обмотав с собой и поверх ещё и ребёнка в своей, как в коконе. И чтобы последняя, уцепившись ногами и руками за маму, повисла на ней; а та, в свою очередь, и не хуже мамы-кенгуру и — коалы, протащила её на себе над полом, головой вниз — для обеих же дыхания: но и не убирая всё же часть своей кофты, приподнятую у и на лице. И — на ощупь! Пусть в основном — и не видя. Но и только — вперёд! Она же и сзади — направит; и поддержит — будучи следом! Её же и они, в свою очередь, просят держаться тогда за них, за хотя бы и одну взрослую ногу, иногда сжимая: чтобы и они знали, что она всё ещё с ними и рядом! Доползают так — до выхода. Разматывают — ребёнка… Девушка сразу же прижимает её плотно к маме: чтобы та обхватила её так же, но и чуть сильнее уже — в этот раз прижавшись. Помогает надеть на неё уже и нормально её собственную кофту, а поверх неё — взрослую и «наоборот»: накрывая ею её — на грудь будто бы и надевая спину кофты, пуговицами же — назад, и завязывая рукава — за спиной. Прячет руки мамы — под ней и внутри, по и на спине малышки, чтобы в случае чего — обжечься и удариться самой маме, а не малышке, и тут просит уже и самого ребёнка: не бояться и «за неё». Когда же и девочка в ответ — «за неё»! Обзор на выход в свет, к тому моменту, застилает уже и самый настояще-натуральный огненный «файрвол»! И они — прыгают через него. Друг за другом… Девушка — опять в конце «процессии». И падают — на трап! Пролетают половину его — и он лопается от огня, унося их дальше потоком выходящего и устремляющегося им в спину же воздуха: за пределы аэропорта и… асфальта. Цепляют — землю… Рвут — остатки трапа. Почти и сгоревшую одежду!.. В местах — разодранную и обугленную, кровоточащую кожу. Падают!.. Несколько раз — переворачиваются… Но и так, что и будто бы вещи в стиральной машинке: малышка — точно, а сама «машинка», женщина, нет, беря всё — на себя. И замирают на некоторое время — полулёжа-полусидя!..
И всё бы ничего, и всё же ещё бы чего-то:
И океан «болотом» кажется — «идиотам»!
К этому моменту — к ним уже подоспевают спасатели. Скорая и пожарные… Брат девушки… с камерой! Дав неожиданно повод назвать уже и его самого в ответ хрипло: «Идиот»! И возненавидеть не только своё творчество, но и его — видеоблогерство! Откидывают — резиновое «подобие» одеяла. Тушат — огнетушителями и водой!.. Слегка и прибивая дымящуюся одежду — огнеупорными одеялами! Пока девушка разворачивается, приподнимается и… ползёт к маме с ребёнком, чтобы развернуть и вывернуть их — из всех тканей: тут же вытаскивая и малышку — из своеобразного кокона… «бабочки»!
И всё бы ничего, и всё же ещё бы чего-то:
Какой же глупый график — «работа-дом-работа»!
Подносят — носилки!.. Укладывают семью из двух человек — на них. Потом — и её одну, девушку, на другие. Просят — помочь брата: сестре и лечь на спину. Но потом замечают, что изодрана не только вся её левая сторона тела, прокатившись по земле и вытерев, содрав всё и вся, и просят уже её, как может, лечь на правый бок! Затаскивают — в машину скорой. И к ней на носилки, из других и с их же всё с мамой, тут же просится малышка и у мамы же, благодарящей «героиню» в слезах. На что уже и не та же, по возможности и легко, отмахивается, не принимая это: ни как «должное», да и в принципе «никак»; говоря, что так каждый поступил бы — на её месте: за это — не благодарят!
И всё бы ничего, и всё же ещё бы чего-то:
И океан «болотом», кажется, «я» — идиотка!
Малышка же, уже смотря на итог и саму девушку, тоже не сдерживается и плачет, прося, чтобы всё действительно теперь было хорошо: ведь она — обещала! У них же — всё хорошо! Все — спаслись… Как рассказал между делом и её же брат. А она сама… На что уже и девушка поворачивается и со скрипом-стоном — привстаёт на локте к ней удобнее, чтобы, как и вначале, взять ту за руку и не смущать своими ранами!.. И та обхватывает её саму — всем своим тельцем. А затем — и крепко обнимает, стараясь не касаться повреждённых мест, и дарит ей, между делом, игрушку: мягкий… самолёт. «На память!».
И всё бы ничего, и всё же ещё бы чего-то:
Да, я — фанатка неба!.. Но не хочу — «в него» прям.
Конец 2.
Точнее — именно ребёнка! Что, как и гром среди ясного неба, выдернул её из воспоминания; да и чрезмерное сжатие билета, что она так и не убрала в ручную кладь; будто держась, как и за ветку в болоте; ещё и подбавило!.. Что она поначалу даже и испугалась, подпрыгнув и отпустив, опустив сам билет. А когда опустилась и сама на корточки — за ним и следом, чтобы поднять его; ведь и «нужно», чтобы и дальше держаться, держа и себя в руках; тут же почти подметила среди дыма — ту самую девочку: под сиденьями! И, «отправив» брата одного, сама же решает вернуться за ней, чтобы вытащить её из «укрытия» — и с ней же уже после спуститься по трапу: вспоминая в моменте, как та просовывала на подлёте к ней руку через спинки сидений — и они сидели так, обхватив друг друга, и почти обнявшись! Слыша в спину и, конечно же, крик брата, что уже и снимает всё это на камеру с той стороны самолёта — «трясущимися» руками: ведь и видел, как она вернулась; снова: «Идиотка». Правда, уже и именно — обречённо-страдальчески! И уже: не «кажется». Ведь и горит уже — весь самолёт!.. Цепляя салон — сквозь лопнувшие окна: добавляющие огню и «лишнего» же кислорода — для подпитки и проникновения внутрь! Падает на пол; ведь там кислорода больше — весь дым идёт по верху, так же их учили при взлёте; и находит ребёнка под сиденьями, забившегося и лежащего ближе к полу! Видимо, толкучка её напугала — и та отбилась от мамы. Потерялась! А когда ещё и повторно напугалась, что одна: легла на месте — и лежала всё это время, чтобы её так нашли! Ловит её встречное «поползновение» — и вытаскивает к себе. Обхватывает её, сбрасывая с плеч предварительно снятую с себя кофту на пуговицах, прижимает к себе, заставляя обнять себя руками и ногами, и накрывает ей по верху и «наоборот», на грудь будто бы и надевая спину кофты и пуговицами назад, не хуже мамы-кенгуру или — коалы! Обнимает её, пряча руки под кофту, плотно укутывая в ткань и себя: чтобы в случае чего — обжечься и удариться самой, а не ей. Просит — не бояться «за неё». Когда же та и в ответ — «за неё»! Обзор на выход в свет, к тому моменту, застилает уже и самый настояще-натуральный огненный «файрвол»! И они — прыгают через него, падая на трап. Пролетают половину его — и он лопается от огня, унося их дальше потоком выходящего и устремляющегося им же в спину воздуха: за пределы аэропорта и… асфальта. Цепляют — землю… Рвут — остатки трапа. Почти и сгоревшую одежду!.. В местах — разодранную и обугленную, кровоточащую кожу. Падают!.. Несколько раз — переворачиваются… Но и так, что и будто бы вещи в стиральной машинке: малышка — точно, а сама «машинка», девушка, нет, беря всё — на себя. И замирают на некоторое время — полулёжа-полусидя!..
И всё бы ничего, и всё же ещё бы чего-то:
И океан «болотом» кажется — «идиотам»!
К этому моменту — к ним уже подоспевают спасатели. Скорая и пожарные… Брат девушки… с камерой! Дав неожиданно повод назвать уже и его самого в ответ хрипло: «Идиот»! И возненавидеть не только своё творчество, но и его — видеоблогерство! Откидывают — резиновое «подобие» одеяла. Тушат — огнетушителями и водой!.. Слегка и прибивая дымящуюся одежду — огнеупорными одеялами! Пока девушка разворачивается и выворачивается из всех тканей, в том числе и не только же сама и себя: тут же вытаскивая и малышку — из своеобразного кокона… «бабочки»! И подбегает — её мама, перенимая не боящуюся и не плачущую совершенно малышку к себе.