― Не хочу, чтобы это увидел какой-нибудь шпионящий кот-сидхе, ― она высыпала содержимое на стол и начала перебирать старые тюбики губной помады (все они, казалось, были одного и того же оттенка розового) и почти пустые флаконы из-под таблеток.
― Я бы тоже не хотел, чтобы они это видели, ― сказал Эйден. ― В сумке Финна есть вещи и получше.
― Ха! ― Мамио взяла старомодную пудреницу. ― Вот оно.
Она распахнула ее, и по рукам Тиган побежали мурашки.
― Пахнет как… Маг-Мелл, ― сказала Тиган.
― Маг-Мелл и грязные ноги. Я была бедной, как церковная мышь, когда забрала Эйлин из дома. В ботинках, которые я носила, были дыры. Когда я сняла их, то обнаружила, что принесла с собой немного Маг-Мелл. Немного драйохта. Видишь ли, наш мир состоит из звездной пыли и газов, но Маг-Мелл… она соткана из чар.
Мамио слегка похлопала по пудре и приложила губку к лицу и носу. Тиган знала, что у нее отвисла челюсть, но ничего не могла с собой поделать. Мамио стала… красивой. Нет, ее морщины никуда не делись. Просто они больше не имели значения.
Бабушка рассмеялась, увидев выражение их лиц.
― Я пользуюсь этим время от времени, когда мне нужно произвести хорошее впечатление или договориться о сделке. Так что оно в малых дозах рассеяно по всему дому, ― она зачерпнула щепотку магической пыли. — А теперь, если мне не показалось то, что я видела в лучах солнца сегодня утром… Иди сюда, Прати.
― Не надо меня красить, ― Эйден попятился. ― Я не хочу быть красивым.
― Конечно, нет, ― сказала Мамио. ― Я и не собиралась. Я посыплю немного тебе на голову, пока ты будешь петь. Подойди сюда, под мою лампу.
Тиган кивнула, и Эйден встал под свет.
― А теперь спой песню, которую ты напевал, когда читал книгу своей máthair. Нет, не смотри вверх. Просто пой.
Эйден нахмурился, но начал петь «Down on the Corner».
Мамио покатала пыль между пальцами, и тонкая струйка ее упала в волосы Эйдена.
― Пой так, как будто это серьезно, ― сказала Мамио. ― Как сегодня утром.
― Утром мне этого хотелось, ― Эйден сложил руки на груди. ― А сейчас не хочется.
Брови Мамио поползли вверх.
― Тогда что бы ты хотел спеть, Прати?
― «Jailhouse Rock», ― сказал Эйден.
― Тогда спой это, если хочешь!
Эйден начал раскачиваться, как Элвис, покачивая тазом и все такое. Мамио высыпала ему на голову еще щепотку пыли. Та выпала из ее пальцев, но затем замедлила падение, вращаясь в воздухе и собирая свет, пока не засияла, как золото.
Эйден начал второй куплет, и пыль закружилась сильнее, образуя крошечную спиральную галактику, которая парила над ним, как корона. Когда он закончил песню, золотая пыль осыпалась вокруг него, точно крошечные падающие звезды.
― Вот, ― выдохнула Мамио. ― Именно это я и видела, пока он читал одну из книг своей матери.
― Но… как он это делает? ― спросил Финн. ― Я никогда не слышал о таком даре среди Путешественников. Это от тети Эйлин?
― Видимо, ― сказала Мамио. ― И если он делает это с магической пылью, то что он сделает с самой Маг-Мелл?
― А у Тиган тоже есть дар? ― спросил Финн.
― Тиа не умеет петь, ― сказал Эйден. ― Она повредит вам уши.
― Попробуй, ― настаивал Финн.
Пока Тиган пела, Мамио сыпала пыль ей на голову. Девушка без слов поняла по ушам Эйдена, закрытым ладонями, что пела она не очень хорошо, и по выражению лица Финна, что пыль не кружилась.