-Так вы утешаете себя, охотники? – абсолютно спокойно спросила ламия, словно слова Алекса абсолютно не затронули чудовище. Она медленно ползла к мелкому человеку и готовилась использовать заклинания, ради которых она, собственно, и продала свою душу. – Сидите в своих полуразрушенных домах в Прорыве Скверны и травите байки о том, насколько, по вашему мнению, убоги все, кто не походит на людей?
-Нет, почему же? – с улыбкой на губах ответил Алекс и мечтательно присвистнул. - существа на далеких западных островах, как и на поросшем лесами востоке достаточно красивы, чтобы не считать их убогими. Увидь ты их вживую… умерла бы от зависти.
Один из амулетов Алекса, словно иголкой, неприятно уколол его запястье, предупреждая о том, что неподалеку творят заклятья. Охотник выждал пару секунд, достаточно для того, чтобы в голове ламии сложилась вся структура заклинания, и отпрыгнул в сторону. Прошло всего лишь мгновение, когда позади охотника снова раздался грохот, вызванный упавшей колонной. Сразу после обрушения восточная часть зала покачнулась.
Охотник начал опасаться, что ламия догадалась об его плане, однако даже если это и было так, ведьма абсолютно не подавала виду, что заметила нависшую над ней опасность. Алекс прикусил губу и с надеждой посмотрел на оставшиеся три колонны. Осталось совсем немного…
-Не стоит так переживать из-за своего уродства, - крикнул охотник, прячась за четвертой колонной. – Уверен, что ты была довольно красивой девушкой, пока не связалась с демонами. Кстати, что такое случилось в твоей жизни, что ты решила отказаться от своей души? Не смогла найти нормального мужика?
-Лучше стать чудовищем, чем связываться с вами – людьми, - высокомерно произнесла ламия, медленно и почти беззвучно подползая к колонне, за которой спрятался за Алекс. Она уже знала, как именно поступит охотник, когда еще один каменный столб будет уничтожен, и готовилась нанести следующий удар.
-Да? – Крикнул охотник, приготовившись бежать в противоположную сторону, так как прекрасно понимал, что ламия уже должна была изучить его тактику. – А ты знаешь, что создатель Скверны тоже был человеком? И пусть снаружи он демон, но внутри Аскаил остается тем, кем был при рождении. Смешно не правда ли?
-Смешно, - апатично согласилась ламия, почти в упор приблизившись к колонне. Хвост чудовища приготовился к удару, мгновенно среагировав на любое движение охотника, а в руках скопилось достаточно демонической энергии, чтобы ее на расстоянии мог почувствовать даже полностью невосприимчивый к магии Алекс. Тесса собиралась нанести урон, который должен был убить самого главного врага наследника Аскаила, но этой атаке не суждено было показать себя.
Когда Алекс почувствовал, что ламия подошла достаточно близко к колонне, он сделал то, что раньше не делал почти никогда, и это было неожиданно даже для него.
Охотник нарушил свой план.
Когда представилась возможность уничтожить ламию; когда Алекс почувствовал, что через несколько мгновений с ее рук должно было сорваться заклинание, которое могло запросто похоронить его под грудой камней, он покинул свое укрытие. Вышел из безопасной зоны, но сделал это с другой, совершенно забытой ламией стороны. Чудовище заметило Алекса. Оно собиралось уничтожить его приготовленным заклинанием, но не успело.
Пущенная по рукам энергия вышла из тела ламии слишком рано, чтобы зацепить охотника. Она ударилась о каменную колонну и превратила ее в пыль, абсолютно не затронув свою настоящую цель. Истошно завопив, хозяйка озерного острова собиралась нанести удар своим хвостом, однако и эта продуманная в голове Тессы атака не смогла оказаться воплощенной в жизнь. Быстрый взмах мечом и чудовища больше не стало. Не стало еще одной ведьмы, еще одного жалкого человека, который не смог справиться с трудностями жизни и решил обратиться к более могущественным сущностям. Еще одной твари, которая поклялась служить Скверне, и поэтому должна быть уничтожена. Не из-за клятвы, а ради мести. Мести и ненависти, которая еще долгие годы будет отравлять Алексу жизнь.
Голова ламии отлетела в сторону, отделенная острым клинком охотника, и упала в одну из груд камней, оставшихся от древних колонн, которые много веков держали потолок посмертного пристанища речного бога. Последняя мысль моментально напомнила Алексу о том, почему ему было нужно, чтобы опоры были разрушены, и заставила моментально спрятать клинок и ринуться к выходу, не проверяя вспыхнут ли его руны или нет.
И эта торопливость спасла ему жизнь.
Мгновение. Мгновение и всего лишь один маленький шаг отделили Алекс из Кронсмарка от смерти. Стоило ему направиться к выходу, как на то место, где он стоял секунду назад, упал огромный камень. Не сделай охотник этот шаг, и упавшая часть потолка раздавила бы ему голову, но этого не случилось, что, впрочем, не означало, что он еще выберется из этих руин живым.
Лишившись своей последней опоры главная часть руин начала рушиться и забирать вместе с собой все остальное: все стены, все колонны, разрушать великолепно сохранившуюся плитку пола, и уничтожать памятник тех времен, когда Аскаил еще и не думал вторгаться в их мир. Все это рушилось на глазах, навсегда становясь историей, которая больше никогда не всплывет в умах людей и не сможет повлиять на будущее.
Алекс бежал, пытаясь не стать жертвой не совершенности собственных планов, и у него почти получилось выбраться из руин до того, как они всей своей тяжестью рухнули на него. Почти получилось.
Когда до цели оставалось всего несколько метров; когда ему оставалось совершить последний рывок, чтобы выбраться из смертельно опасных руин, карточный домик полностью сложился, и охотника поглотила тьма. «Господин..,», - услышал Алекс женский голос в последнее мгновение перед тем, как его разум решил полностью отключиться и отдать своего хозяина Пустоте.
Как только вой полностью прекратился, чародейка отпустила Элизу и напряженно посмотрела на Блэкхарда.
-Часто здесь такое? – спросила Энида, прислушиваясь к собственным ощущениям и пытаясь понять, какого рода была встреченная ей только что магия.
-Первый раз слышу, - пожал плечами скьярл. – Возможно, гидра дала нам понять, что учуяла нас. Хотя и не стоит отрицать, что это вполне могло быть какое-нибудь животное. Помню, когда я впервые оказался на охоте – на вполне обычной охоте - один зверь издал настолько ужасные звуки, что я от неожиданности выронил арбалет, и соскочивший болт чуть не снес одному из братьев голову.
-Это не животное, - вмешалась Элиза и медленно обернулась к своим спутникам. В ее глазах читался неподдельный ужас, а губы непроизвольно тряслись от страха. Она посмотрела на Блэкхарда и почти беззвучно прошептала, - такое уже было, сегодня ночью. Когда мы с Микелем возвращались назад. Этот крик… или что это…
Элиза снова зарыдала, закрыла лицо руками и уселась на землю, не желая продолжать путь, пока не сможет успокоиться. Слабое и неумелое заклинание Эниды уже прекратило свое действие, вызвав у чародейки еще одну вспышку гнева, связанную с осознанием собственной беспомощности в использовании столь простой и в большинстве случаев надежной магии.
-В любом случае этот вой пришел к нам с той стороны, - произнесла Энида, указав рукой сторону озера. – Он нас не касается.
-Ты права, - переборов себя, согласился Блэкхард, сообразив, что вой доносится именно с той стороны, где находилось озеро. Это заставило скьярла волноваться за судьбу своего друга. Пусть он и был уверен в опытности охотника и знал, что Человек Из Кронсмарка убивал существ гораздо опаснее, чем обычная ведьма, однако Блэкхард так же знал, что сейчас его эмоциональный друг еще не пришел в себя от потрясений, а, значит, вполне мог совершить ошибку, которую Судьба с большой буквы не прощает ни охотникам, ни скьярлам.
-Вставай, - потребовала Энида у проводницы, даже не пытаясь снова наложить заклинание, чтобы изрядно уставшая от всего на свете Элиза не впала в еще большую депрессию и не отказалась от своей роли проводника. Чародейка тоже слишком устала, и была готова силой заставить выполнять свои приказы, не желая видеть неповиновение «обычной деревенской девки».
Вопреки ожиданиям Блэкхарда, Элиза убрала от лица руки, несколько раз обреченно кивнула и поднялась с мокрой земли. Стоя под дождем и с ног до головы заляпанная грязью, она один в один выглядела, как свежая могильная нечисть, и отнюдь не вызывала у скьярла жалость, однако он подошел к ней вплотную приобнял за плечи и прошептал:
-Все будет в порядке. У тебя же еще есть брат и сестра, поэтому попытайся ухватиться за них. Когда все закончится, вернись домой, собери все необходимое и отправляйся к брату. Он поможет тебе. А пока… пожалуйста, забудь о мертвых, успокойся и помоги нам, хорошо?
Девушка сбросила руки скьярла со своих плеч, отошла от него на несколько метров и неуверенно кивнула.