Читать книгу «Распад» онлайн.
— Будем смотреть по очереди. Когда начнёт расти — зови меня.
— Знаю-знаю, — Иджес нетерпеливо закивал. — И скоро оно начнёт?
Гедимин пожал плечами.
— Может, через полгода.
08 сентября 17 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
«Всё-таки повезло, что ирренций по свойствам похож на кальций. А не, к примеру, на плутоний…» — думал Гедимин, высчитывая, сколько тонн углекислоты понадобится, чтобы выделить ирренций, когда синтез закончится, и реактор разгрузят. «А ванну надо будет охлаждать. И прикрыть от света… если осадок выпадет раньше времени, будет много возни…»
— Пока не растёт, — виновато сказал Иджес, отвернувшись от монитора. — Всё то же, что вчера.
— Это ничего, — отозвался Гедимин. — Сменить тебя?
— Да ну, — Иджес снова покосился на монитор и протяжно зевнул в респиратор. — М-да… Жаль, что Маккензи не достал урана. С ураном получалось куда быстрее.
Гедимин рассеянно кивнул — он снова думал об углекислоте и о скорости подачи газа в охлаждаемый бассейн.
— Разумеется, быстрее. Одно дело — склеить вместе два ядра, другое — собрать и соединить шесть…
— Ядра? — озадаченно переспросил Иджес.
— Ну да, ядра атомов, — на секунду вышел из задумчивости Гедимин. — У ирренция огромное ядро — как два урановых. А железо — вообще мелочь. Маккензи бы ещё из водорода взялся синтезировать… Sa hasulu!
Иджес неуверенно усмехнулся.
— Значит, на один ирренциевый атом нужно шесть железных? Сложно… — он опасливо покосился на реактор. — И они слипнутся вместе?
— Ну, так получается, — пожал плечами Гедимин. Как именно это «получается», до сих пор не знал ни он, ни, по всей видимости, учёные из Лос-Аламоса и Канска. «Шесть атомов… хотя — не шесть. Чуть больше пяти. Пять и… Hasu! Там же ещё осколок. И он крупнее, чем…»
— Sa hasu! — выдохнул он вслух, наклоняясь над обрывком листа. Запоздалые расчёты много времени не заняли — строение известных атомов сармат помнил наизусть.
— Sa hasu… — прошептал он, медленно поднимаясь со стула. — Тащи насос! Если туда попадёт кислород…
…Через несколько секунд газовые датчики перестали что-либо чувствовать, но Гедимин выжидал ещё минуту, не выключая насос. Испарина, выступившая на лбу, начала было высыхать, но тут он вспомнил ещё об одном факторе, до сих пор не учтённом, и снова шёпотом выругался.
— Видишь этот значок? — мрачно спросил он у Иджеса, указывая на неприметную букву «n». — Тут датчики нейтронов. Смотри за ними. Если расчёты не врут, выброс будет бешеный.
«Нейтронностойким фрилом надо было покрыть,» — думал он, угрюмо щурясь, пока обматывал реактор защитным полем. «Изнутри. Если просто пробои пойдут — ладно. Главное, чтобы такой поток весь кеззий из стенок не выжег. Маккензи эту штуку явно делал для урана. А там совсем другие остатки и потоки. И я хорош — сразу не посчитал, что там выходит. Как бы не бабахнуло…»
10 сентября 17 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
Сквозняком в лаборатории потянуло рано — на часах в углу монитора было полшестого. Гедимин уже в пятый раз думал, что пора их подвести — они спешили на две минуты — и в пятый раз забывал, уткнувшись угрюмым взглядом в неподвижные строки на мониторе. Иджес спал; реактор присмотра не требовал — стоял себе, облепленный датчиками, не грелся, не «фонил» и не вздувался; можно было бы заняться экспериментами, но после двух суток бесполезных наблюдений за экраном в голове было пусто и гулко. «Мозг выжгло,» — мрачно думал Гедимин, уже уверенный, что, пока синтезирующий реактор не начнёт, наконец, синтезировать, ни до каких экспериментов дело не дойдёт. «Видимо, сигнал для уранового субстрата на железо не действует. Следовало ожидать…»
— Джед за реактором — родная картина! — Кенен, выйдя из сумрачного коридора на свет, широко ухмыльнулся и помахал шляпой. — Иджес снова дрыхнет?.. Процесс уже пошёл? Сколько выработки?
— Ноль, — отозвался Гедимин, угрюмо глядя на сияющего сармата. — Синтез не идёт. Где обсидиан?
— Вот же память у теска, — пробормотал Кенен, выкладывая на край щита управления небольшой мятый свёрток, из которого во все стороны что-то торчало. — Всё, что есть. Разбирайся сам, атомщик. Тебя в Лос-Аламосе учили. Думай, как его подстегнуть. Может, тебе опять руку туда засунуть? Раньше работало…
Гедимин сердито фыркнул.
— Давай тебя засунем. Взрывной синтез — тоже синтез.
Кенен проворно шагнул в сторону и примирительно улыбнулся.
— Просто шутка, Джед. Давай, собирайся, — сдавай пост Иджесу, отмывайся от плутония и выходи. В девять повезём реактор в печь на прокалку — хоть посмотреть на него успеешь!