Читать книгу «Распад» онлайн.

Он, сдвинув на лоб затемнённый щиток, посмотрел на Гедимина со значением. Тот сузил глаза.

— Да возись ты с ним сам, мне-то… — он ещё несколько секунд разглядывал хаотичную, сбившуюся россыпь «вермишели», прежде чем развернуться к выходу. Под бронёй, близко к телу, лежали образцы накопителя — давний подарок Гварзы; в другом кармане — осколки обсидиана, где-то, наверняка, тоже учтённого до миллиграмма. «Зачем было вытаскивать меня из отряда Скегги? Работать нельзя, помогать не надо…»

…Иджес с облегчённым вздохом поднялся со стула и, не дожидаясь, пока Гедимин сядет на его место, исчез за перегородкой. Ремонтник беззвучно хмыкнул — защитное поле между мониторами и реактором в случае аварии приняло бы удар на себя, а вот выгородки, наставленные по лаборатории, не помешали бы ничему — кроме разве что альфа-излучения, но с ним в таких случаях проблем было немного. Он выставил ещё одно защитное поле, вдоль перегородки, и, скользнув равнодушным взглядом по монитору («синтез не пошёл»), двинулся к реактору.

Снимать крышку пока можно было без опаски — натрий, побочный продукт гипотетической реакции, ещё не выделился, гореть было нечему. Гедимин покосился на кабели, идущие к излучателю, и, ни к чему не притрагиваясь, наклонился над реактором с самодельным черпаком в руке. «А теперь работаем, как положено. Десять килограммов для начала хватит.»

Когда Иджес выглянул из укрытия, новый миниатюрный «реактор» уже был заэкранирован должным образом и поставлен в сторонке, а Гедимин сидел над записями с «дозиметрии Города Каналов» и перечитывал свои пояснения. «Неужели ничего нет про синтез? И здесь тоже? Мать моя пробирка…»

— Не работает, — вздохнул Иджес, покосившись на реактор. — Который день сидим, и без толку. Маккензи что-нибудь принёс?

— Осколки. Дрянь, но сгодится, — рассеянно отозвался Гедимин, выключая наручный смарт. «Видимо, про синтез никто не спросил. Ладно, пойдём старым путём. Сигнальная пульсация не сработала в новых условиях. Как её под них подогнать?»

— Ты теперь будешь обсидиан плавить? — осторожно спросил Иджес, оглянувшись на брошенный всеми щит управления. — Мне сесть за пульт?

— Незачем. Я вывел сигнал себе на передатчик, если что, заорёт, — отозвался Гедимин, задумчиво щурясь. «Надо слепить в один атом не два ядра, а шесть. Может, это существенно? Если пульсацию в три раза усилить… или ускорить… хм, а там не ровно шесть — там пять с дробью. Надо высчитать точнее… или взять с округлением? Лишнее в любом случае не прилипнет — как слипнется, так и отвалится…»

— Что там у тебя? Ирренций? — Иджес недовольно сощурился на контейнер в углу и полуразобранный излучатель на столе. Гедимин снял все лишние трубки — не хватало ещё случайно скрестить лучи на радиоактивной «мишени»…

— Для опытов, — кивнул ремонтник. — Маккензи, наверное, хотел, чтобы мы экспериментировали на работающем реакторе. Sa hasu!

— Угу, — поддержал его Иджес. — Маккензи вечно лезет в то, в чём ни черта не смыслит. Значит, мне посидеть за пультом, пока ты… занят?

— Ни к чему, но хочешь — посиди, — Гедимин недовольно сощурился — из-за болтовни он никак не мог сосредоточиться. «Ускорю пульсацию в три раза — и посмотрим, как пойдёт…»

12 сентября 17 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

«Ничего,» — Гедимин с досадой зачеркнул ещё одну строчку в записях и отсоединил излучатель от контейнера с облучаемой смесью. Интенсивность омикрон-излучения, как и вчера, даже не думала расти, — ничего нового, что на экране наручного дозиметра, что на мониторе щита управления.

«Теперь это,» — он отметил следующую строку крупной точкой и, уложив излучатель на стол, привычным движением вскрыл корпус и погасил защитные поля. Дрожащее тёплое волокно легло на висок, разветвилось, запустив отростки под веко, и сармат сердито мигнул и посмотрел наверх — туда, где должен был стоять основной защитный купол, прикрывающий чужаков от излучения энергостанции. Купола не было — только многосоставные арки и перекрытия промежуточного свода.

«Не подновил вчера поле, за ночь выгорело,» — Гедимин, досадливо щурясь, потянулся к генератору. «Вот что значит зарыться в бесполезные опыты… Ещё и шлем надет не по инструкции. Будет после этого мозг работать, жди…»

Невидимые нитчатые щупальца отодвинулись от глаз и плотно прилипли к коже на висках, на лбу, затрепетали на скулах. Они все непрерывно двигались, и ощущение тепла от них постоянно менялось, как будто они то нагревались, то остывали. «Ни один термодатчик ничего не покажет,» — думал Гедимин, глядя на экран дозиметра. Цифры рядом со значком «сигма» прыгали, сменяя друг друга, — излучение нестройно пульсировало, и прибор это чувствовал, как и сам сармат.

Поток дрожащих волокон спустился на плечо и расползся вдоль руки, от плечевого сустава до запястья. На долю секунды Гедимин почувствовал жар в правой ладони. Он посмотрел на неё — она прикрывала корпус излучателя, но жгло не снизу, не от ирренциевых элементов внутри установки, — горячие волокна отчётливо спускались с запястья к ладони и подушечкам пальцев. Ненадолго остыв, они снова налились теплом. Дозиметр негромко пискнул и качнул стрелкой — сигма-излучение внутри миниатюрного «реактора» с десятью килограммами загрузки резко усилилось.

— Это ты? «Налвэн»? — с кривой ухмылкой спросил Гедимин, бросив взгляд на арки свода. Ему было неловко — как обращаться к «хранителю», он до сих пор не понимал. Существо, кажется, отреагировало — все волокнистые щупальца налились теплом и ненадолго перестали дёргаться. Болезненного жжения сармат не ощутил — видимо, «хранитель» не был ни испуган, ни рассержен.

— Скучаешь? — он неловко усмехнулся. — Айзек давно не говорил с тобой… Я тоже не знаю, где он.

Гедимин не был уверен, что «хранитель» его слышит (и очень надеялся, что ничего не слышно Иджесу, спящему в огороженной комнате), но волокна замирали, когда он говорил, а пульсация усиливалась, когда замолкал, — это можно было принять за реакцию.

— А я работаю, — сообщил он, когда щупальца снова обвились вокруг правого запястья. — Вспоминаю, как это делается.

Он со вздохом отодвинул излучатель и склонился над контейнером с железным порошком. Датчиков на него не хватило, да они и не требовались — ёмкость из тугоплавкого фрила отлично пропускала все излучения, и они отражались на её защитном куполе. Сейчас он подёрнулся красными разводами. Они расходились от верхней точки, будто кто-то прижал к ней палец и надавил, заставив купол пойти рябью. Гедимин со смутной надеждой поискал зелёные пятна омикрон-излучения, — они, как и раньше, были разбросаны по всему полю едва заметными бледными точками и ярче не становились.

«Столько пульсаций, такая интенсивность, а эффект нулевой,» — с мимолётной досадой подумал Гедимин, покосившись на «фонящие» своды, но тут же одёрнул себя. «Это просто проявления «хранителя». Они и не должны влиять на синтез. А мысли оно, похоже, слышит…»

Волокна, оставив в покое руку, оплели голову сармата и там замерли, практически не шевелясь. Дозиметр показал, что интенсивность излучения плавно снижается и застывает на незначительной отметке — будто огромное существо, нависшее над сарматом, втягивает в себя свешенные щупальца.

— Глупо спрашивать, наверное, — прошептал Гедимин, неловко ухмыльнувшись. — Откуда тебе знать, как ускорить синтез. Это затеи Маккензи — выдавить максимум из негодного сырья. Заменить уран железом… Оно не перерождается. Даже если замкнуть вокруг него два твоих реактора… хотя — это может сработать.

Он снова ухмыльнулся. Красные волны по защитному куполу перед его носом перекатывались из стороны в сторону, будто кто-то в задумчивости гонял радиоактивный порошок из угла в угол невидимой лапой.

— Если бы два реактора… или ирренциевый взрыв, или размыкающийся Пучок… или по тонне ирренция на тонну субстрата, — пробормотал Гедимин, задумчиво глядя на красные линии. — Сигма-излучение тут, наверное, ни при чём. И ты тоже. Ладно, хватит болтать. Работа не ждёт.

Он поднялся на ноги и шагнул к столу. Это заняло считанные секунды — и ровно на столько Гедимин отвёл взгляд от контейнера, прежде чем его глаза обожгла белая вспышка. Мгновение спустя он лежал, уткнувшись лицом в бронированный локоть, и видел только бесформенные красные пятна, а над головой колыхалось выгорающее защитное поле. Вскинув руку, сармат бросил ещё несколько сфер, уплотнённых до непрозрачности. Дозиметр заверещал и тут же замолк — бросок попал в цель, источник излучения накрыло колпаком.