- Каждая снежинка в лавине не признает себя виновной, Сиддхартха. Какую снежинку вы должны наказать?- спросил Чанакья, прищурившись. - Это время, когда Чандрагупта должен рассматриваться как защитник веры.’
Записка, прикрепленная к белоснежному голубю, который уже нетерпеливо хлопал крыльями, объясняла Чандрагупте, как ему обрести ореол благодетеля, защитника, Спасителя и хранителя Браминского образа жизни. Чандрагупта должен был попросить тысячу брахманов совершить великую яджну-ведическое огненное жертвоприношение, в котором богатые жертвы, включая топленое масло, молоко, зерна, мед и сому, будут вылиты в огромный священный огонь. Затем царь должен был созвать большой Брахманический совет для обсуждения священных писаний. Все без исключения участники должны были выиграть вступительный приз. За этим должен был последовать пир для тысячи Браминов. Программа заканчивалась тем, что каждый брамин получал новые дары—золотые монеты, одежду, зерно и корову.
‘Вместо того чтобы совершать ритуалы, разве Чандрагупта не должен напасть на Амбхи и прикончить его раз и навсегда?- спросил Сиддартака.
‘Нет. Я позволю Сасигупте сделать это вместо него, - ответил Чанакья.
‘Но Ачарья, разве не может быть так, что Сасигупта захочет захватить Гандхар? В конце концов, он такой же могущественный, как и Чандрагупта. Чандрагупта теперь является монархом Симпхапуры и также контролирует Маллавраджью через Сингаран, Кшудраку, Сайндхаву, Алор, Брахмастхалу, Паталу и Маха Урдху—но Сасигупта теперь контролирует Ашваканы и Синд—два чрезвычайно больших и стратегически важных царства, - сказал Сиддхартха.
‘Он определенно попытается захватить Гандхар. И именно этого я от него и хочу. Пока он это делает, Я хочу, чтобы Чандрагупта был занят молитвами браминам и их богам!- сказал Чанакья.
- Но почему?- спросил сбитый с толку Сиддхартха.
- Ранняя пташка ловит червяка, но сыр достается второй мыши, - загадочно сказал Чанакья.
‘Ты знаешь, что Амбхи искалечил и убил тысячу брахманов в Гандхаре?- спросил местный парикмахер. Его покровитель-ювелир-посмотрел на него. Парикмахер был занят тем, что подстригал усы ювелира. Он терпеливо подождал, пока обрезка будет закончена, а затем заговорил:
‘Я слышал не только это, но и то, что Сасигупта, великий царь Ашваков и синдов, нападет на Гандхар, чтобы отомстить за честь Браминов, - сказал ювелир.
- Ха!-выпалил дежурный клиент. Ни цирюльник, ни ювелир не знали его. Он казался чужаком в этих краях.
‘Кто вы такой и что вы хотите сделать для этого частного разговора, Дорогой сэр?- спросил парикмахер. Незнакомец негромко рыгнул в знак того, что только что съел кисло-сладкое яблоко.
- Я Туннавайя, портной из Синда, приехал сюда продавать свои изделия. Я знаком с тем, кого вы называете великим Сасигуптой, но знаете ли вы, что Сасигупта ест говядину?’
‘Он ест мясо священной коровы?- спросил шокированный ювелир. - Как может такой человек быть благодетелем Браминов?’
- Амбхи пожертвовал тысячи золотых монет буддистам, чтобы основать университет рядом с Такшилой. Думал ли он когда-нибудь, что ему следует потратить часть своей казны на модернизацию существующих школ брахманов?- спросил местный школьный учитель, потягивая ласси и беседуя со своим другом, врачом-аюрведистом.
Его седеющий друг, врач, прежде чем заговорить, сделал глоток своего "Ласси". ‘Я слышал не только это, но и то, что Сасигупта, вождь Ашваков, планирует захватить Гандхар и восстановить гордость Браминов, - сказал доктор.
- Ха!- выпалил клиент, сидевший за соседним столиком. Ни учитель, ни доктор его не знали. Он казался чужаком в этих краях.
- Кто ты? Ты хочешь что-то сказать, мой друг?- спросил школьный учитель. Незнакомец издал еще одну легкую отрыжку, подтверждая, что блюдо с пряным рисом только что было съедено.
‘Я Чарана, странствующий менестрель из Синда, приехала сюда развлекаться. Я знаком с тем, кого вы называете великим Сасигуптой, но знаете ли вы, что жена Сасигупты-Шудра?’
‘Он сожительствует с женщиной из низшей касты?- спросил доктор потрясенным шепотом. - Как может такой человек быть покровителем Браминов?’
- Амбхи сначала продался македонцам, а теперь буддистам! Неужели у этого человека нет стыда?- с негодованием спросил астролог, читая по ладони своего клиента, бухгалтера.
Его клиент, молодой человек, надеявшийся на чудесное предсказание успеха и БОГАТСТВА от астролога, потакал прихотям старика и позволил разговору отклониться от его собственной жизни.
‘Я слышал не только о том, что Амбхи поощряет буддистов нейтрализовать власть брахманов, но и о том, что Сасигупта послал ему ультиматум с просьбой восстановить баланс сил, - сказал бухгалтер, все еще глядя на свою ладонь, лежавшую в руках капризного хироманта.
- Ха!-выпалил человек, полудремавший под пипаловым деревом, что было для них временной передышкой от полуденного солнца. Ни астролог, ни бухгалтер не знали его. Он казался чужаком в этих краях.
‘Откуда вы, мой друг? Ты знаешь что-то, чего не знаем мы?- спросил бухгалтер, оглядываясь. Коматозный наблюдатель слегка рыгнул, признавая, что орех бетеля только что помог его пищеварению.
‘Я Ашвамадхак, тренер лошадей из Синда, приехал сюда, чтобы продать своих прекрасных скакунов. Я знаком с тем, кого вы называете великим Сасигуптой, но знаете ли вы, что Сасигупта разрушил храм Куберы, чтобы освободить место для колесницы?
- Он добровольно позволяет разрушать храмы?- спросил потрясенный астролог. - Как может такой человек быть защитником Браминов?’
‘В государственном управлении, как и в медицине, слова иногда являются самыми сильными лекарствами, которые мы можем использовать. Никогда нельзя сбрасывать со счетов силу пропаганды, - сказал Чанакья, передвинув пешку перед ферзем на два шага вперед. Мехиру казалось, что этот шаг поставит королеву Чанакьи в уязвимое положение. Он улыбнулся и сделал встречный выпад. Чанакья без особых усилий передвинул слона на три места по диагонали. После следующего хода Мехира он застегнул своего ферзя на два места по диагонали и позволил ей сесть перед пешкой. Третий человек в комнате со скукой наблюдал за игрой, задремывая между ходами.
Чанакья рассмеялся. Не имело значения, каким будет следующий шаг Мехира. Чанакья сможет подбросить ферзя прямо к пешке противника, захватить ее и поставить королю мат. Король не сможет захватить королеву, потому что слон Чанакьи будет мешать ему. Он не мог отойти от королевы, так как ему мешали его собственные фигуры. Мехир застонал от отчаяния, осознав всю бесполезность своего положения. Играть в шахматы с ачарьей было неинтересно. Казалось, он всегда проникает в голову Мехира и предсказывает каждое его движение.
- Мехир, мой дорогой мальчик, в этой игре трудно расставаться с ключевыми фигурами, но для победы иногда приходится жертвовать стратегическими фигурами. Если ваш противник находится в трудном положении, вам нужно отпустить приманку, чтобы заставить его двигаться. Просто убедитесь, что жертва, которую вы приносите, дает вам то, что вы хотите!- посоветовал Чанакья, когда они заканчивали игру. Наблюдателем за игрой между Чанакьей и Мехиром был Шаранграо - студент-АС и тайный агент черного брамина. Он внимательно прислушался к разговору и рыгнул—признание мудрости, которую он только что переварил.