‘У нас проблема, - сказал Дживасиддхи.
‘И что же это такое?- раздраженно спросил Бхадрашала, осушая стакан с прасанной и вытирая рот.
Более двух тысяч лошадей были тайно обменены. Дживасиддхи присылал ему полукровок и непородистых лошадей; они заменяли чистокровных лошадей кавалерии Магадха посреди ночи. На следующий день Дживасиддхи собирался спокойно продать чистокровных лошадей. Это соглашение сделало Бхадрашалу полностью платежеспособным, и он снова стал предпочтительным клиентом игорных притонов и водопоев Магадхи.
- Похоже, что примерно у половины лошадей, которых я отдал тебе на подмену, были маленькие татуировки на спине. Это не привлекло моего внимания, потому что лошади всегда были задрапированы в седло,-объяснил Дживасиддхи.
- Что за татуировка?- нервно спросил Бхадрашала.
- Королевский знак—правда, очень маленький—Чандрагупты Маурьи, - сказал Дживасиддхи.
- Ублюдок! Я тебе за это яйца оторву, - прошипел Бхадрашала. ‘Ты знаешь, что случится со мной, если они обнаружат, что лошади, принадлежащие Чандрагупте Маурье, находятся в кавалерии Магадхи?’
- Тебя казнят?- риторически спросил Дживасиддхи.
‘Если я пойду вниз, то возьму тебя с собой!- рявкнул Бхадрашала.
- Я понимаю твое затруднительное положение, Бхадрашаладжи. Я искренне верю. Даю вам слово, что эта информация останется между нами в тайне. Ничто и никогда не будет поставлено под угрозу ваше положение, - заверил гладкий Дживасиддхи, - при условии, что время от времени будут выполняться мои небольшие требования.
От этого у него заболел живот! Ракшасу позволили бежать, а сыновьям шлюх, Чанакье и Чандрагупте, позволили свободно бродить по всему Бхарату, готовя революцию, чтобы выкорчевать его—неукротимого Дханананду.
Неукротимый Дханананда сидел на своем троне, неловко переминаясь с ноги на ногу. Дворцовый повар готовил ужасную еду, которая вызывала у него несварение желудка и метеоризм. Ему придется казнить несчастного повара за то, что тот подавал ему всякую дрянь—могущественного Дханананду. В роскошном зале сидел его Совет министров-кучка йесменов. "Пусть вокруг меня будут люди, которые боятся", - подумал Дханананда. Она свела революции и Восстания к абсолютному минимуму. Он рассмеялся, вспомнив времена Шактара, премьер-министра, который считал своим долгом время от времени поправлять своего короля. А еще был Ракшас-симпатичный сутенер. Ах! Несмотря на то, что он сбежал в Такшилу, нельзя было не заметить этого негодяя. Он всегда заботился о том, чтобы ночи Дханананды были наполнены запретными удовольствиями, которые с каждой ночью становились все более изощренными. Получение Сувасини оказалось бесполезным. Она была одной из тех женщин, которые казались желанными, пока принадлежали кому-то другому. "Странно, - подумал Дханананда, - как женщины мгновенно обесцениваются, как только их приобретаешь". Наглая муха жужжала у него над головой, и одна из девиц, размахивая у него за спиной уколами, отмахнулась от нее.
- Магадха хорошо защищена?- спросил Дханананда.
Почтенный Катьяян встал. - Милорд, вопрос не в том, защищаемся мы или нет. Более важный вопрос заключается в том, можем ли мы заставить наших врагов поверить, что Магадха защищена.’
Дханананда хихикнул. Почему он должен мириться с этими чертовыми интеллектуалами? - Катьяянджи, я задал этот вопрос Бхадрашале, нашему командующему вооруженными силами. Я думаю, что на этот вопрос лучше ответить ему. Бхадрашала настороженно огляделся, когда Катьяян занял свое место. Он ненавидел эти заседания Совета. Ему казалось, что все присутствующие члены совета внимательно смотрят на него. Катаян, в частности, казалось, долго смотрел на него, как будто он был биологическим образцом под наблюдением.
- Милорд, наша армия в полной боевой готовности. Однако я предлагаю, чтобы основная часть наших людей осталась здесь, в укрепленном городе Паталипутра. Если и когда враг нападет, мы должны заманить его в Паталипутру, а затем уничтожить. Это должно быть легко, учитывая нашу подавляющую силу.’
‘И оставить Индрапрастху и другие пограничные города без защиты?- недоверчиво спросил Дханананда. Бхадрашала сглотнул, предчувствуя недоброе. Почему он позволил себе играть в азартные игры и пить, тем самым дав этому придурку Дживасиддхи рычаг влияния, чтобы проинструктировать его о том, что говорить на этих собраниях?
‘В том, что рекомендует Бхадрашаладжи, есть своя заслуга, - сказал Катьяян, вскакивая в тот самый момент, когда пот со лба Бхадрашалы начал медленно капать на пол под ним. Катьяян знал, что слова Бхадрашалы на самом деле были словами Чанакьи. Бхадрашала с изумлением наблюдал, как Катьяян вступил в спор. - Ваше Высочество, королевская сокровищница находится внутри укреплений Паталипутры. Какой смысл защищать Индрапрастху и другие пограничные города, когда богатство царства находится прямо здесь? Более того, на нас могут напасть с разных сторон. Паурус, скорее всего, нападет с запада, король Калинги-с юга, а король Непала-с севера. На сколько фронтов мы должны разделить армию? Я думаю, что Бхадрашала придумал мастерскую стратегию. Усыпить бдительность врага. Пусть он войдет в Магадху. Стереть его в порошок, как только он достигнет Паталипутры!’
Дханананда посмотрел на Катьяну. Затем он перевел взгляд на облегченно вздохнувшую Бхадрашалу. Затем он расхохотался. - Я охотно терплю дураков, но еще больше потакаю интеллектуалам. Пусть никто никогда не скажет, что могущественный Дханананда был слишком напыщен, чтобы прислушаться к мудрым советам своих советников. Будь по— твоему-мы ждем врага прямо здесь!’
- Амбхи знает, что Паурус идет за Магадхой,—сказал Мехир,—и видит в этом возможность напасть на королевство Пауруса-Кайкей-пока его внимание отвлечено. Как мы можем предотвратить это?’
- Ответ заключается в том, чтобы занять Амбхи. У него не должно быть времени заглядывать за собственные границы, - посоветовал Чанакья.
- Каким образом?’
- Разжечь внутреннюю рознь. Держите его занятым контролем закона и порядка.’
- Легче сказать, чем сделать. Его подданные счастливы. Что заставит их взбунтоваться?’
- Сделай их несчастными. Подумай, Мехир. Какая самая могущественная община в царстве Амбхи Гандхар?’
‘Брамины.’
‘И в чем же источник их силы?’
- Божественная санкция. Это написано в Ведах. Они нужны, чтобы общаться с богами от имени обычных людей.’
‘А разве все признают верховенство брахманов?’
‘Нет. Буддисты, по-видимому, считают, что брахманические ритуалы и молитвы-чушь собачья.’