— Я спрашиваю, можно ли мне теперь увидеть мальчика?
— Он сейчас в школе. Вернется домой примерно…
Она осеклась, увидев на лице Вернера гримасу отвращения.
— В школе? — переспросил он.
— Пааль Нильсен, встань.
Маленький мальчик сполз со своего места и встал возле парты. Мисс Франк подала ему знак рукой, и он, словно старик, прошаркал к возвышению и остановился рядом с ней, как обычно.
— Выпрямись, — велела мисс Франк. — Расправь плечи.
Он шевельнул плечами и распрямил спину.
— Как тебя зовут? — спросила мисс Франк.
Мальчик поджал губы. Из горла его вырвался сухой хрип.
— Как тебя зовут?
В классе стало тихо, если не считать беспокойной детской возни. Изменчивый поток их мыслей обдувал его, как внезапные порывы ветра.
— Скажи свое имя.
Он не ответил.
Старая дева посмотрела на него, и вдруг в ее голове мелькнули воспоминания из детства. Изможденная мать, одержимая маниакальными идеями, заставляла ее по нескольку часов подряд сидеть в темной гостиной, где она, положив руки на большой круглый стол для спиритических сеансов, пыталась установить связь с недавно умершим отцом.
Память о тех ужасных годах еще оставалась с ней — всегда оставалась с ней. Мать злоупотребляла ее слабой способностью к восприятию, искажала и запутывала до тех пор, пока она не возненавидела все, что было с этим связано. Восприятие было злом, несущим с собой боль и страдания.
Мальчика необходимо было спасти от этого.
— Дети, — сказала она, — я хочу, чтобы вы все подумали о том, что его зовут Пааль.
(Как бы ни называла мальчика миссис Уилер, это было его настоящее имя.)
— Просто подумайте. Не произносите его вслух, а только подумайте: Пааль, Пааль, Пааль. Когда я досчитаю до трех. Понятно?
Дети уставились на нее, некоторые закивали, и только самые послушные пропищали: «Да, мисс Франк».
— Хорошо, — сказала она и начала считать: — Раз… два… три.
Словно ураган обрушился на его мозг, пробивая и разрывая способность к восприятию. Он вздрогнул, стоя на возвышении, и бессильно приоткрыл рот.
Ураган становился все сильней, вся энергия молодости слилась в единую непреодолимую силу. «Пааль. Пааль. ПААЛЬ!» — вопила она в тканях его мозга.
И на самом пике, когда он уже решил, что голова сейчас взорвется, голос мисс Франк разрезал его сознание:
— Скажи это! Пааль!
— Вот он и пришел, — сказала Кора, отворачиваясь от окна. — Пока он еще не появился здесь, я хочу извиниться за свою грубость.
— Ничего страшного, — рассеянно ответил Вернер. — Я прекрасно вас понимаю. Конечно же, вы думали, что я приехал забрать у вас мальчика. Но, как я уже сказал, у меня нет законных прав на него, поскольку я ему не родственник. Я просто хочу взглянуть на ребенка моих коллег, о чьей ужасной смерти я только что узнал.
Он заметил, как что-то беспокойно шевельнулось в ее горле, а в голове поднялась волна паники. Это она уничтожила письма своего мужа. Вернер тут же все понял, но ничего не сказал. Он почувствовал, что муж тоже догадался об этом. У нее и так будут большие неприятности.
Они услышали, как Пааль поднимается по ступенькам парадного крыльца.