И все же, несмотря на сходство, я не мог избавиться от чувства утраты, так сказать, потери некого налета невинности. Не мог избавиться от ощущения, что моя учебная программа украла солнечный блеск из ее глаз и заменила его тусклостью и мрачностью песка и угольков.
Кэтти была не единственной, кто пострадал. Атмосфера в тренировочном зале была достаточно напряженной, чтобы в любой момент взорваться. В каждом пылала толика огня, каждый гнался за победой.
Даже Верити. Особенно Верити.
Что бы Дэвид ни сказал своей маленькой принцессе, эти слова сделали свое дело. После этого она вела себя тихо и послушно, сфокусировавшись на цели. Еще одни песок и угли.
Я всецело за здоровую конкуренцию, но это ощущалось по-другому, глубже, почти на грани неприятного.
— Сегодня тот самый день, — сказала Кэтти. — Мне хочется поставить галочку рядом со своим именем в этой чертовой таблице лидеров.
— А Верити нет? Разве я не прав?
Она безразлично пожала плечами.
— Почему меня должно волновать, чем занимается Верити?
Но мне не нужно было видеть ее лицо, чтобы понять, что ей не все равно.
— Забудь про галочку в таблице лидеров, — проговорил я. — Просто сосредоточься на человеке на том конце провода. Задавай правильные вопросы, веди беседу. Это все, что тебе нужно сделать.
Она кивнула.
— Само собой, босс.
— Вот это моя девочка.
Я последний раз сжал ее плечи, и она открыла дверцу машины, улыбнувшись мне.
— Сегодня тот самый день, — снова сказала она. — Я чувствую это.
Оказалось, что именно Райан, на которого я изначально делал ставку, поставил первую галочку в таблице лидеров. Он сделал прорывной звонок в середине утра, это оказалось своевременно для разочарованного технического директора, ищущего более глубокого понимания бизнеса. Видел бы он свое лицо, когда подошел к доске победителей и поставил галочку рядом со своим именем. Я был рад за него. Молодой парень, это был его первый реальный шанс на карьеру, получить работу с оплатой выше минимальный зарплаты. Я пожал ему руку и похлопал по спине. У парня был такой вид, будто тот вот-вот расплачется.
Странная закономерность, но все действительно двигается с мертвой точки, как только делается первая отметка. За Райаном последовала другая, умная девочка по имени Лианна, у нее, конечно, меньшая возможность, но хорошая, а затем еще одна — долгосрочная возможность, — заключившая сделку с логистической компанией на севере, обнаруженной нашим старшим стажером, Ником, который работал в технической поддержке с тех пор, как окончил школу.
Пока мы ели рогалики, Кэтти молчала. Я чувствовал, как крутятся шестеренки в ее голове, как в животе у нее скручивается тугая пружина паники.
— Не позволяй этому поглотить тебя, — посоветовал я. — Еще слишком рано судить о чем-либо.
Она уставилась на свою тарелку.
— Мне просто хотелось, чтобы это была я.
— Теперь это будешь ты, это произойдет в любой момент.
Но та не выглядела убежденной.
Кэтти вздохнула, когда мы вернулись в офис.
— А что если я не смогу этого сделать? Это не страховка, Карл. Это тяжело. Сложнее.
— Вот тут и ошибаешься, — возразил я. — Ты ожидаешь, что будет трудно. Из-за этого ты поднимаешь трубку со страхом. Может быть, немного с отчаянием.
— А что я могу сделать? — Ее глаза были пронзительны и прекрасны. Они ударили меня прямо в грудь. — А что бы ты сделал?
— Я бы выдохнул. Нашел свою зону. Убедился, что нахожусь в нужном месте, прежде чем делать звонок. А потом поговорил бы и посмотрел к чему это приведет. — Я улыбнулся. — Никакого давления, Кэтти. Давление — это все в твоей голове.
Я отстегнул ремень безопасности, но она опустила руку на мое плечо. Я замер, наблюдая, как та потянулась к приборной панели.