========== Глава 61. Иллюзии Калисто и упрёки Прозерпины ==========
Деревянные куклы как-то сильно повеселели, можно было сказать, что им никогда не было так радостно и хорошо, как в этот вечерний час у огня в камине. Даже когда они сбежали от Карабаса-Барабаса в страну за дверью. Тогда каждый из них подсознательно понимал: убегая от Карабаса-Барабаса, не убежишь от себя. А значит, счастья не будет. Какая бы волшебная страна тебя не окружала.
А теперь они ясно ощущали: большинство из них изгоняли из себя своего внутреннего Карабаса-Барабаса, мешавшего их радости и свободе. И легко дышалось, и хотелось смеяться чистым смехом.
Но не всем.
— Калисто и Прозерпина, а чем бы хотели заниматься вы? — обратилась Мальвина к двум насупившимся куклам, не поддерживавшим всеобщего веселья.
Калисто поднялась с ковра, уперла в бока крупные деревянные кулаки и задрала вверх подбородок.
— А что, в этой кукольной стране, которая когда-то там будет, только и дел, что шить да глиняную посуду делать? И для кукол нет других занятий? В каждой стране должно быть правительство — министры. Вот я и хочу стать министром в кукольной стране!
— Каким? — поинтересовалась Мальвина.
— Как — каким? Обыкновенным министром!
— Министры разные бывают. И отвечают за разное. Кто за дела портных, кузнецов, гончаров. Кто за государственную казну. Кто за оборону страны. Кто за театры и библиотеки. Мало ли за что. За что бы хотела отвечать ты?
Руки Калисто упали вниз, кулаки разжались, глаза сделались испуганными и забегали:
— Как — за что отвечать? Я ни за что не хочу отвечать!
— Как же ты собираешься стать министром, да ещё и кукольной страны? Ведь там ответственность повышенная, потому что это будет особенная страна.
— Жаль! — сокрушённо вздохнула Калисто. — Кажется, такой ответственности я не вынесу. А я-то думала! Когда Карабас-Барабас возил нас в клетке по улицам, иногда мимо нас проезжали большие золочёные кареты, даже глаза слепило от золота и такая это была красота! И в кареты было запряжено много лошадей. И все говорили кругом: «Министр! Вот министр проехал!» Я тогда думала, какое же это счастье, быть министром, если он могут разъезжать в таких каретах. Кто ж мог подумать, что они, оказывается, не только разъезжают в каретах, но и за что-то там отвечают?
— А ещё министры грамотные, — назидательно добавила Мальвина. — А вот ты сколько букв уже успела выучить?
— Да ни одной! У неё одни кляксы в тетрадке и ни одной буквы! — крикнул Груша и деревянные куклы засмеялись.
Калисто, смутившись, пригнулась и заползла куда-то за границы ковра, где было потемнее и её не стало видно.
— Что ж, пусть тогда Калисто пока поднажмёт с учёбой, а там посмотрим, кем ей подойдёт быть, — смеясь вместе с другими куклами, сказала Мальвина.
— А Прозерпина, Прозерпина? — закричали другие куклы. — Ты-то чего молчишь? Чем ты хочешь заниматься?
Прозерпина скрестила руки на груди и бросила с вызовом:
— А ничем!
— Как так — ничем? — удивилась Бриджитта. — Ты же совсем одичаешь, совсем ничем не занимаясь!
— А какое вам до этого дело! — губы Прозерпины презрительно скривились.
— Просто удивительно, как же ты намерена проводить всё время одна? Нас-то рядом не будет, мы полдня в обычно школе, полдня в других школах…
— А вы думаете, мне с вами было приятнее, чем без вас? Я хоть, наконец, побуду одна!
— Но ведь скучно же.
— А какая вам разница?!
— Как это какая разница? Ты же одна из нас. Ты нам не чужая. Мы все живём в одном доме.
— Вы намекаете, что я должна уйти, если я ничем не хочу заниматься?
— Что ты, Прозерпина, ни на что мы не намекаем, живи себе здесь на здоровье.