Позади меня была владеющая магией жрица, впереди перекрывали единственный путь по лестнице три стража со щитами и мечами перед собой, а я был в сапогах, тканевом поясе и с магическим посохом в руке. В очередной раз кинулся бежать, вот только кроме как бежать к краю площадки на горе, где был построен храм, мне было некуда.
Затормозив у самого края, разочаровано вздохнул, не было ни одного удобного уступа, чтобы попытаться как-то безопасно спрыгнуть и сбросить преследующих меня. Ровная отвесная скала, всё что я нашел у самого края. В метрах пятидесяти вниз, ровно подо мной текла узкая река.
— Сдавайся, тебе некуда бежать! — крикнул один из стражников остановившись в пяти метрах от меня, пока его товарищи окружали меня, а с позади них к нам приближалась с жрица-редгардка с магией наизготовку в своих руках.
Я посмотрел вниз на стремительную узкую реку, пересекающую весь каменный город, себе под ноги, а после в мрачные и напряженные глаза, обладатели которых обнажили свою оружие на меня. У меня был выбор, бросится на мечи, бросится на магию… Или прыгнуть вниз.
Потребовался только один вздох, чтобы принять решение, сердце бешено колотилось в груди, обещая разорваться, легкие горели, а тело ныло. А в разуме билась истерическая мысль: "Действительно?! Ты действительно хочешь сделать это?!".
— Пусть тело моё станет подобно железу земли, — сорвались слова с языка, и я ощутил, как моё тело резко стало тяжелее и неповоротливей, насколько сильней теперь давила на меня собственная прибавившая в толщине кожа превратившаяся в тонкий слой железа.
А параллельно с этим произошло две вещи, я прыгнул с обрыва, а жрица выпустила в меня свою магию, и я и она достигли успеха. Удар молнии в спину закрутил меня в воздухе, и вместо контролируемого падения ногами вниз, моё тело беспорядочно завертелось.
Перед самым падением в воду в голове всплыла мысль: “А падать дольше, чем я думал”.
— Держите его! — в спину доносились мне близкие выкрики из глоток приставучих стражников, пока я сломя голову нёсся сквозь бредущий народ на узких улочках каменно-металлического города.
Как оказалось спрыгнуть со скалы в реку недостаточно, чтобы отвязаться от стражников, у них есть коллеги внизу, и они умеют очень громко кричать. Так что, выбравшись из воды из одного окружения я попал во второе. Вариантов, что делать было ну прям очень мало, а потому призвав атронаха, кинулся бежать прочь, пока они были заняты огненным даэдра.
Кажется только сейчас я начал понимать, насколько же опасен этот элементаль огня, в условиях города, при плотной толпе и множестве легко воспламеняющихся материалов. Он благодаря своей превосходящей мобильности нежели обычные люди, ещё до того, как я успел пробежать двадцать метров, устроил несколько взрывов, забрав жизни десятка людей за раз и дав начало пожару, что позже охватил целый квартал города.
Оглядываясь назад, это было очень плохое решение, возможно худшее, даже несмотря на то, что атронах был довольно быстро убит и отправлен обратно в Обливион, он сумел наворотить много дел и теперь дым и огонь взымались над домами Маркарта. Но это разозлило стражей, как стаю голодных собак. Конечно, реального ущерба от огня было мало, так как двемерские дома это не деревяные дома Фолкрита и они гореть не будут, но вот разный хлам, новые постройки, редкие лавки и просто места, где были оставлены груды досок и ткани. Вот они горели очень хорошо, давая много огня, дыма, а главное паники среди простых жителей, именно она позволила мне вырваться и убежать прочь.
Но даже локальный хаос, созданный мной, не мог скрыть мою убегающую голую жопу от десятка вцепившихся в меня взглядами стражей. Несколько стрел даже чиркнули меня по спине, но наложенная железная кожа к тому моменту всё ещё держалась на теле, а потому ничего кроме болезненных тычков я не ощутил.
Увы, бегущий, словно от самой смерти, раздетый маг с посохом в руке не самый лучший пример скрытности, а местной стражи на квадратный метр было слишком много, по-моему, вкусу. Но узкие улочки, множество проулков, толпы горожан, всё это помогало первое время держать дистанцию между мной и моими преследователями, что после вызова мною атронаха озверели в край.
— Ха… ха… ха! — стараясь сохранять дыхание при беге на грани, уклонялся от очередной прошедшей возле головы стрелы. К моей неудаче, железная кожа пропала некоторое время назад, защитив меня от страшного удара спиной в воду и десятка стрел стражей, она бесследно исчезла. — Ааааагрх! — острая боль прострелила правое плечо, от чего я едва не выпустил посох на землю.
Красными от прилившей крови глазами уставился на окровавленный наконечник, что торчал из моей плоти. Ни сил, ни времени, ни магии не было, чтобы избавиться от неё и привести руку в рабочее состояние. Легкие горели и пот заливал лоб с глазами, ноги дрожали от последних десяти минут бега, кровь стучала в висках и стремительно утекала из раненной руки.
Я был на грани. Я это понимал. Мои надежды убраться от стражей у храма рухнули, когда я судорожно вытянул своё тяжелое из-за заклинания и ноющее от жесткого падения о воду тело на берег улицы и наткнулся глазами, на спешащий ко мне отряд стражи с обнажёнными мечами, а сверху на них орали оставшиеся у храма Дибеллы норды. Вся последующая гонка между ними и мной была не более чем моим протестом, упрямством принимать собственную смерть, как судьбу. Я бежал превозмогая себя, бежал вопреки всему, извивался как змея в улицах золотого города. Но чтобы я не делал, как бы не хитрил, а от меня не отставали ни на шаг.
Хуже. Постепенно разрыв, между нами, из двадцати-тридцати метров сократился до едва пятнадцати. И я уставал. Ноги двигались всё медленнее, грудь не могла вобрать в себя больше так нужного мне сейчас воздуха, а прилив адреналина почти иссяк. В своём разуме, я видел конец этого безумного и бесцельного забега, меня насадят на мечи. Это неизбежный факт, если не случится чуда и стража целого квартала вдруг ослепнет и оглохнет.
— Угрх, — резко изменив направление бега, я вывалился своим телом в узкий проулок, но тут же встал и побежал дальше, ещё два таких же маневра вывели меня на не менее узкую и безлюдную улицу. — Блядь, — выдохнул, глядя на улицу, на которой меня легко зажмут, прятаться было негде, а шум догоняющей толпы наступал на пятки. Последний забег между домами подарил мне десятисекундный разрыв, но не больше.
Глаза сами собой зацепились за полуоткрытую дверь одного из однотипных домов Маркарта.
“Это мой шанс!” — понял я. Разум ухватился за эту возможность всеми силами и моё тело буквально ворвалось в дом, выбивая и так не запертую дверь левым боком, чтобы тут же захлопнуть её и упасть на задницу прислонившись боком к ней.
У меня не было времени как-то заметать следы от капающей из меня крови, не было возможности создать ложный след для выбежавших на ту же улицу, где был я пять секунд назад, стражей. Всё на что был сейчас способен это словно загнанная лошадь глотать воздух, прислонившись боком к закрытой двери, борясь с дрожью в теле и надеется, что кровавый след не приведёт их ко мне.
“Хах, вся надежда на ебаную случайность…” — безнадежная мысль, я отказывался сегодня верить, что у меня есть хоть унция удачи. Более того, я уже был готов вывалится в неожиданно открытую одним из стражей дверь, когда они найдут меня. Я просто не верил, что они могут упустить меня.
Но робкая надежда сука редкостная. Только её сладкими речами, я сидел на заднице и замерев словно кролик перед удавом тревожно ждал, ждал и слушал, что делают стражи по ту сторону двери.
— Где он?! — вот невдалеке от двери, за которой прятался я, прозвучал один из злых и уставших от погони мужских голосов. — Куда побежала эта крыса?!
— Кровь! — в моём разуме разыгралась картина, где стражник в полном стальном доспехе указал рукой пальцем на землю и проследил неровную линию алых капель на земле к металлической двери.
— Он был здесь! Он должен быть всё ещё здесь! Ищите! — кричал третий и шум десятка пар стальных сапог ударил мне в уши, как они рассредоточились по выложенной камне улице, звон их сапог был самой страшной вещью в моей жизни на этот момент.
— Что за хрень, его нигде нет! Этот сраный маг исчез! — недовольно ревел голос.
— Дома! Проверьте дома, он не мог просто взять и исчезнуть! — тут же ответил ему второй, и я похолодел внутри от этих слов.
Я с замершим сердцем слышал, как пара кованых сапог подошла к порогу двери дома, в котором прятался я. Во рту резко пересохло, а разум начал отсчитывать последние секунды до моего эпилога.