Я был в Маркарте. В Пределе. Один, голый, в разрушенном храме одной из аэдра. Вся эта ситуация была куда хуже любой плохой шутки.
— Мои вещи, — тихо прошептал себе, — мне нужны мои вещи.
— Все твои вещи при тебе, — фыркнула закутанная в рясу бретонка. — Только лишь твой посох у меня, — и тут я понял, что в своей руке вне моей досягаемости она держала мой посох. — И этот мешок, — на навершие посоха был примотан небольшой тканевый мешочек, что свисал вниз и был округлым от чего-то внутри него. — Но ты их получишь только после того, как стража выпустит тебя из тюрьмы, за осквернение храма! — для наглядности она покачала посохом, отводя его от меня себе за спину.
— Что там в мешке? — с надеждой спросил я, пусть там будет золото, пусть там будет золото.
— Какая-то странная сфера, — пренебрежительно отмахнулась она от меня.
Мои надежды рухнули.
Блядь за что?! Почему я-то?! Сука!
Так, успокойся, Деус. Ситуация дерьмо, но не такое дерьмо, как могло быть, ты был в худшей ситуации, ты выбрался. Сможешь и тут. У тебя есть шанс выпутаться из этой ситуации. Встав на ноги и приняв устойчивое положение, я поднял руку, чтобы женщины её видели и неслышно прошептла заклинание исцеления, это помогло убрать неприятную, резкую боль, но не полностью, достаточно, чтобы нормально мыслить и только. После же обратился к ближайшей ко мне жрице.
— Слушай, — нервно выговорил я, говоря, держащей мой посох служительницы богини красоты. — Давай найдём компромисс. Я могу заплатить, — на меня только насмешливо посмотрели, — эти вещи, вещи на мне, они зачарованы и их можно продать, — принялся объяснять её детали. — Посох в твоей руке уж точно можно продать не дешево, не так ли?
— Хммм, — та задумалась, её же спутница молчала, следя за тем, что скажет её младшая коллега. — Ты прав. Так значит хочешь заплатить, чтобы мы не звали стражу? Я понимаю это. Но кто уберет зал, что ты разрушил? — хорошо, очень хорошо, что обострение ситуации можно избежать.
— Мне…
Меня оборвал новый женский голос, прозвучавший у меня за спиной.
— Что здесь произошло? — недоверчиво произнесла очередная женщина. — Сенна, объяснись!
— Мы задержали богохульника, старшая сестра Анвен.
— Задержали? — недоверчиво переспросила стоящая в дверях во внутренние помещения редгардка, скептично смотря на двух младших по званию жриц. — Это, по-твоему, “задержали”?! — она вкинула руки в сторону царящей в зале разрухи. — Чем во имя восьми, вы занимались, что допустили подобное! — гаркнула она на двух оробевших женщин.
— Нам очень жаль, старшая жрица…
— Что это у тебя в руках? — оправдание младшей были перебиты требовательным и резким вопросом, редгардка пристально и напряженно смотрела на посох в моей руке.
— Это вещи этого человека, — она указала на стоящего возле неё меня почти в чем мать родила.
— Это чувство… — напряжение передалось от взгляда в её голос, а я ощутил, что дальше будет только хуже. — Ошибки быть не может. От них несет магией даэдра! — яростный взгляд впился в меня и в воздухе прозвучал её приговор. — Даэдропоклонник! — в её ладонях заплясали искры.
А я понял, что возможность решить любые вопросы между мной и жрицами полюбовно с помощью разговора безвозвратно сгорела. Они больше не были настроены на разговоры.
— Ааах! — от неожиданности воскликнула женщина, упав на живот.
Прежде чем кто-либо из трёх женщин успел предпринять хоть что-то, я кинулся к держащей посох жрице и за счет большей массы, и силы вырвал свой посох, и намотанный на него мешок со звездой Меридии из её слабой хватки, уронив женщину на пол своими грубыми действиями, тут же бросился бежать.
— Не уйдешь! — донесся мне яростный крик в спину от темнокожей.
Тело было неуклюжим и слабым, двигалось медленно и за несколько секунд потрясения всё что сумел выиграть для себя, это жалкие десять метров. Лишь благодаря позыву интуиции я пригнулся на очередном шаге, при попытке добраться до дверей и убежать прочь, это спасло мне жизнь, на месте, где миг ранее была моя голова проложила свой путь толстая молния. И место того, чтобы упасть замертво, я лишь покатился по полу зацепившись ногой о мусор на полу, превратив падение в неуклюжий кувырок.
Стоило только мне отойти от шока случайного падения, как нашарив возле себя серебряное блюдо, схватил его и полуобернувшись бросил наотмашь себе за спину в пустившую по мне заклинание жрицу. Это спасло мою шкуру во второй раз, с громким грохотом в закрытом каменном зале столкнулась вторая молния и тонкое, широкое, плоское блюдо. Оно приняло на себя удар молнии, отведя его в сторону, но само от силы столкновения полетело в сторону откуда оно было кинуто. Я не смог даже заметить смазанный силуэт, только осознать бьющий молотом по голове грохот, от которого покачнулся на ногах, да ощутить, как правую скулу обожгло углями.
Рефлекторно дотронувшись до скулы пальцами, я лишь измазал те в собственной крови. И тогда во мне взыграл адреналин, будто обретя силу быка и скорость лошади кинулся бежать со всех ног к заветной двери, три метра, два метра, метр и спустя пару секунд я вывалился на лестничную площадку перед входом в храм, сбив с ног пытавшихся войти внутрь ровно в этот момент стража, с которого слетел плохо закрепленный шлем.
Секунду я смотрел на человека подо мной, секунду смотрел он на меня, а на вторую из полуоткрытых дверей храма донесся яростный крик во всю мощь легких.
— Стража! Даэдропоклонник! Стража!
Вскочив на ноги буквально за секунду, во вторую уже наносил удар посохом ему по голове. Вот только была одна проблема, стражник был не один, в десяти метрах от него шла группа из трех мужчин. И они услышали крики их храма Дибеллы, а также, если этого было мало, видели, как я ударил одного из них по голове.
— Стоять! — в унисон заорали они и бросились ко мне обнажая мечи, но я их слушать не стал, увы, но поклоняющихся даэдра ждёт не тюрьма или штраф, а казнь, не зря жрица била на поражение своей магией. А доказать мою невиновность в свете произошедшей ситуации было невозможно.