«А в беде не позабудь…»
Две золотистые саламандры открыли запор белой двери в комнате потерянных любимцев. Серебур уверенно провёл нас по лабиринту между полок и поглядел в щёлку двери: нет ли опасности. Затем он широко распахнул дверь и сделал нам знак следовать за ним.
Мы опять оказались в сапфирово-синем коридоре. Золотистые саламандры превратились в золотые стрелки. Тёмно-зелёный ковёр у нас под ногами был таким же мягким, как вчера. И, как и вчера, казалось, что коридор тянется бесконечно.
Нам с Морицем нелегко было поспевать за лисом, но мы не могли пожаловаться, ведь он запретил нам разговаривать в коридоре.
– Ведите себя тихо, как мышки, – предупредил он. – Чем позже они нас обнаружат, тем лучше.
Пройдя до конца коридора, мы оказались перед лестницей, которая круто спускалась вниз, словно вела в загробный мир.
Мориц обнял Фидибуса, а я покрепче ухватилась за перила. Серебур остановился и обернулся – убедиться, что мы следуем за ним. Он поднял план повыше и ткнул лапой в какую-то закорючку. Мы не поняли, что он имел в виду, но послушно кивнули и зашагали вниз по лестнице.
Чем ниже мы спускались, тем более жутким становилось подземелье: грязные стены, обрывки паутины, пыльные ступени. Лишь посередине на ступенях не было пыли – там, где клыкастые тролли бегали вверх и вниз своими маленькими ножками.
В стенах были ниши, как в церкви. Но стояли там не статуи святых, а фигуры детей, похожие на набитые чучела. Маленький толстый мальчик в коротких штанишках, с белым ёршиком волос на голове и с перепачканным шоколадом лицом. Кареглазая девочка в красном цветастом летнем платье – у неё были тугие чёрные косы, а рот тоже испачкан шоколадом. В руке она держала большую надкусанную шоколадку. Возле каждой ниши висела латунная табличка.
– «Мелисса – Ассилем, седьмое сентября две тысячи шестого», – прочитала я.
А рядом с мальчиком было написано: «Аксел – Леска, 13 апреля 2001».
Мы с Морицем, пока спускались, успели насчитать четырнадцать имён.
Мелисса – Ассилем
Аксел – Леска
Ноел – Леон
Селина – Анилес
Мирко – Окрим
Марсел – Лесрам
Оле – Ело
Макси – Искам
Ида – Ади
и так далее.
Нам сделалось не по себе: если бы с Морицем не было Фидибуса и если бы лис не шёл впереди, мы бы ни за что на свете не решились спуститься по этой лестнице.
В самом низу от лестницы расходились три тоннеля.
На уровне колена были таблички с названиями: «Верхний» вёл направо, «Нижний» – налево, а «Средний» – прямо.
Лис сверился со своим планом. Повертел листок так и эдак, словно сомневался, какой тоннель выбрать. Мориц посмотрел на таблички, потом наклонился ко мне и тихо проговорил:
Лис хлопнул себя лапой по лбу:
– Конечно! Как я сам не догадался!