— Какой телеграммы? — спросила медсестра.
— Да я просто так… — замялся Саша.
— Что значит — «просто так»? Ты ждёшь телеграммы и так волнуешься, что её нет, что даже голова у тебя разболелась. От кого же эта телеграмма?
— Да просто от одной девочки.
— Неужели? — улыбнулась сестра. — Кто же эта девочка?
— Просто одна первоклашка.
— Просто из нашей школы? — смешливо спросила сестричка.
— Из нашей, да. — Саша тяжело вздохнул.
— Вот интересно! Учитесь в одной школе, а ты ждёшь от неё телеграммы. Разве она уехала?
Саша густо покраснел и кивнул.
— Куда же она уехала в учебное время?
— К своему братишке. Такая, понимаете, чудачка! Соскучилась без него, да и всё тут!
— Но, быть может, братишка у неё заболел?
— Это вам так кажется, потому что вы сами всё время с медициной находитесь, — рассудительно сказал Саша. — А Тимка, конечно, здоровёхонек. Сама бы Катя не заболела по дороге.
— Ну, вот! А девочка-то с чего заболеет?
— Всё ж таки первоклашка. Знаете ли, одной ехать…
— Одной? — удивилась сестра. — Разве она одна поехала?
— Конечно. И даже телеграмму не присылает.
— Первоклассница одна поехала… странно. И далеко она поехала?
— Близко. В Лугу. И ещё немножко дальше… куда-то там.
— Всё-таки как её родители отпустили ехать одну? — Сестра задумчиво поправила пальцем локон над ухом. Потом пристально посмотрела на Сашу: — А ты не сочинил, Ефимов, всю эту историю, чтобы позабавить меня? Знаешь, что я люблю поболтать с ребятами, вот и навыдумывал тут.
— Честное пионерское, всё правда! — горячо сказал Саша. — Родителей у Кати и нет, если хотите знать. Там дядя так беспокоится… И Фроська ихняя.
— Не говорят «ихняя». Надо сказать: «их».
— Ну, их. Даже лучше было бы, если б всё это выдумки были. А то… знаете… Валентина Егоровна, вы маме моей не скажете? Скажите, что не скажете, так я вам что-то скажу!
Щёки медсестры порозовели, на лоб набежали морщинки.
— Что ещё? Говори уж! Видно, у тебя не зря голова заболела.
— Потому что меня мама просто-напросто выдерет ремнём, если узнает…
— Авось, не выдерет. Ну, говори скорей: что у тебя случилось?
— А вы не скажете? Хотя… пусть уж и выдерет, если на то пошло! Боюсь я теперь тоже. Она всё ж таки маленькая и-и… труси-иха! — Последние слова Саша провыл в нос, в смятении глядя на медсестру несчастными глазами.
Валентина Егоровна заволновалась и погладила Сашу по голове. Негромко и дружески она стала его уговаривать рассказать ей всё-всё…