В этот раз мэр хотел снести огромный сарай или амбар, Адриан не разбирался в таких постройках. Внутри могло быть темно как ночью или светло как днём — Кот не знал, для него всё равно мир превратился в белое пространство. Ему оставалось только положиться на Ледибаг. Она всегда очень ответственно относилась к своим обязанностям и выполняла их и-де-аль-но.
Ну, она же просто Чудесная, не так ли?
Акума, влетевший в сарай вслед за Котом, растерялся. Здание было громадным и, очевидно, всё-таки внутри оказалось очень темно. Нуар замер около одной из стен, замедлил своё дыхание и довольно улыбнулся.
— Получилось, — беззвучно сказал он.
Первая часть плана оказалась разыграна, как по нотам. Акума лишился зрения, и потеря даже тех ущербных цветовых пятен оказалась для него ошеломительной. Теперь очкарик-не очкарик дёргался на месте, не зная, куда деться, и бестолково мотылял головой, силясь увидеть хоть что-то.
Нуар это всё «чувствовал», хотя он и сам бы не мог объяснить, как именно. В его сознании картинка происходящее словно состояла из ломаных линий; так маленький ребёнок пытается нарисовать что-то, что он видит.
И даже такой картинки хватало, чтобы привести вторую часть плана к исполнению.
Кот вытащил фонарик, направил его себе на грудь и включил. Акума мгновенно пришёл в движение: бросился на подсвеченного Кота, вытянувшись вперёд, как атакующая змея.
Нуар выключил фонарь и отпрыгнул с линии атаки. Акума врезался головой в стену, зарычал и вслепую снова попытался напасть. Вот только Кот снова затих, и одержимому пришлось замереть посреди амбара, озираясь в темноте
— Когда я найду тебя, кошак, одним зрением ты не отделаешься, — прошипел акума множащимся голосом, — это я тебе обещаю.
Нуар хмыкнул и снова включил фонарь. Всего на секунду, чтобы свет только мигнул, но акуме хватило и этого.
Одержимый напал, а Кот старался не расхохотаться. Оказалось достаточно сделать всего один шаг в сторону, чтобы не попасть в руки этого демона. «Демон», ха! Смех один.
— Я не просто ослаблю тебя, как они приказывали, дрянной кошак, — шипел акума, держась за голову, — я сделаю так, что от собственной никчёмности ты сам вскроешь себе вены!
Снова мигание света и неудачная атака. И опять. Ещё раз. Ещё раз. Ещё раз!
С каждым разом акума всё больше злился; при этом Кот начинал слышать в его ругательствах и угрозах нотки страха и паники.
Адриан никогда не был «плохим парнем», честно. Но он смотрел фильмы, — много фильмов, — где показывали этаких плохишей и задир, которым в конце концов, конечно же, очень даже прилетало. Обычно это всё было в американских комедиях, которые Агрест любил.
Так вот. Он не был плохим парнем, но благодаря фильмам он прекрасно знал, как они себя ведут. А ещё он надеялся на то, что ему не прилетит от мироздания за то, что он собирается сделать с этим несчастным акуманизированным, который должен каким-то образом ослабить Чудесных.
Во время очередной атаки он отошёл в сторону и схватил акуму за шкирку. Приподнял парня над полом, благо одержимый был мелким и худым, и встряхнул, как тряпку.
— Как же ты собираешься меня ослаблять, четырёхглазый, если ты меня даже найти в темноте не можешь?
Акума взвизгнул как пёс, которому наступили на хвост и попытался достать Кота хотя бы руками. Нуар схватил одну из них и заломил парню за спину. От акуманизированного послышалось скуление, которым Кот не обманулся: на всякий случай он схватил и вторую руку, также заводя её назад.
— Нет, пожалуйста, нет! — ныл акума, извиваясь и пытаясь вырваться. — Нет! Я должен вас ослабить! Иначе меня накажут! Я не хочу! Не хочу! Дайте себя ослабить!
Ледибаг спрыгнула рядом с ними и принялась хлопать ладонями по одежде акумы. Найдя заражённый предмет, она отпрыгнула назад.
Кот наклонился к одержимому до того, как она разломала проклятую вещь, и тихо сказал:
— Ты бы мог победить, если бы действовал быстрее, дорогуша. А сейчас отправляйся обратно в ад, или где вы там сидите. И передай своим, что чёрта с два вы сюда пройдёте.
Акума в его руках практически рыдал от жалости к себе. После очищения бабочки он превратился в прыщавого рыдающего подростка; в принципе, изменилось не так много, разве что парень действительно носил очки.
Ледибаг, подошедшая к Коту, забрала у него фонарь и применила Исцеление. Она смотрела на напарника прямым осуждающим взглядом.
— Что?
К нему вернулось зрение, и теперь он мог видеть все проявления её недовольства.
— Ты зачем парня запугал?
— Это был демон, миледи.