Там Яник вернулся к работе, стараясь не обращать внимания на боль. Кое-как погрузил в телегу пустые ящики, а потом подошла повозка с мукой. Но, взвалив мешок на плечо, Яник понял, что сейчас упадёт. Опустил его и подозвал Тайпу.
– Ты чего? – спросил тот. – Заболел?
– Да, немного. Разгрузи это… Потом ещё две повозки подойдут. И двор надо прибрать.
Тайпа послушно кивнул, а Яник ушёл к себе и ничком лёг на кровать.
Ключ и дверь
Эльта уже трижды перерыла библиотеку Эймера и выяснила только, что портал самостоятельно создать не получится – для этого нужно обладать волшебной силой. А теперь, после встречи с Беласко, она решила пойти в город и поискать дверь, снимающую заклятия, – просто наугад, в надежде на везение. Всё равно ничего другого не оставалось… Но Меигет, словно нарочно, вызвала её к себе, и Эльте пришлось весь вечер находиться при ней. Эльта напряжённо молчала, думая только о Янике. Наконец королева недовольно посмотрела на неё.
– Да сколько уже можно – Яник, Яник! Если ему так плохо, пусть придёт ко мне, и я сниму заклятие! Думаешь, мне приятно его мучить? Будь моя воля – я бы и мухи не обидела! Просто нужно, чтобы Яник подчинялся. Это для его же блага! Если он возьмётся за ум, всё будет хорошо!
Тут Эльте пришло в голову, что можно прямо сейчас пожаловаться Меигет на то, что Беласко избил Яника, конечно, не объясняя причины, а об остальном подумать так, чтобы Меигет сама догадалась об измене первого министра. Это могло бы спасти их от завтрашней встречи с Беласко.
– Ваше величество!.. – начала она, как вдруг в её руках появилась записка.
Эльта ахнула от неожиданности. Меигет сделала большие глаза.
– Что это такое?!
– Н-не знаю, ваше величество… Простите… – вымолвила Эльта, развернула бумажку и узнала почерк Яника. Это была та самая записка, которая однажды исчезла у неё в руках на уроке, когда учитель хотел её отобрать. Яник в ней предупреждал, что дом на Терновой улице опасен, а заканчивалась она словами «не ходи за мной, что бы ни было».
«„Что бы ни было“… – мысленно повторила Эльта. – Значит, не нужно ничего рассказывать!»
– Что это? – брезгливо повторила Меигет.
– Это… это от Яника.
– Ну, если он тебе пишет, значит, не так уж и болен. Не знала, что Эймер научил его так посылать письма. Надо бы это запретить.
Яник весь вечер пролежал у себя. Хотел забыться, но от боли не спалось. Когда рабочий день закончился, к нему заглянул Тайпа. Яник сразу сел и провёл рукой по лицу.
– Как здоровье? – спросил Тайпа.
– Ничего.
– Я всё сделал, что ты просил.
– Спасибо.
Тайпа не ушёл, а стоял, переминаясь с ноги на ногу и разглядывая комнату.
– Слушай, а зачем ты тогда сюда залез? – спросил Яник.
– Да посмотреть хотел. Ты же вон какой… Одет хорошо, и вещи у тебя дорогие… Я таких и не видал…
– А чего так перепугался, когда увидел Калиго? Ты встречал его раньше?
– Встречал, – вздохнул Тайпа. – Лучше уж ночью на перекрёстке привидение встретить, чем этого душегуба!
– Расскажи.
– Я раньше прислуживал старику, который живёт напротив дома Меоллана. Ну, сейчас в этом доме Эймер живёт… То есть жил.
– И что?
– Однажды поздно вечером… все уже спать легли… я вышел во двор по надобности и слышу какой-то шорох. Думал, опять к нам кошка соседская полезла, а потом понял, что шорох с улицы. Выглянул – а там этот Калиго из дома Меоллана выходит! Он в мою сторону глянул – я так и обмер! Уж не знаю, заметил он меня или нет, я же только в щель выглянул. Хватило ума на улицу не выходить… Калиго дверь дома прикрыл, этак воровато, и ушёл.