– Делай что хочешь, – равнодушно ответила Эльта.
В эту ночь ей опять приснился заброшенный дворцовый сад в осенней мгле. Эльта стояла у фонтана, когда Меигет подошла к ней.
– Ну наконец-то мне удалось до тебя добраться! Сколько времени ты не подпускала меня к себе – с ума сойти! Это Яника легко заколдовать, он открыт для всего и быстро выходит из терпения. А ты другая – такая замкнутая, спокойная. Терпеть не могу спокойных, уравновешенных людей! Непонятно, что у них на уме… Вот и пришлось тебя обидеть, чтобы ты наконец-то соизволила со мной побеседовать! Это пробило твою защиту… Что, ты всё ещё обижена? Ничего, это на пользу! Хотя обижаться не на что – разумеется, я не собираюсь делать заказ в вашей лавке! Зачем мне третьесортная косметика?!
– Чего вы от меня хотите? – спросила Эльта.
– Чтобы ты отдала мне свою сказку. Почему ты не отдаёшь?
– Потому что она моя. Зачем вам чужая сказка, ваше величество?
– В твоей сказке есть нечто неподвластное мне. Я покорила всю Файолеану, мне подчиняются почти все её сказки – но я никак не могу подчинить твою, такую маленькую и глупую… А если я получу её, то стану самой могущественной из королев! Всего одна сказка отделяет меня от мирового господства!
– Разве одна? А как же сказка Яника?
– Он просто упрямый мальчишка, – отмахнулась Меигет. – Он мешает мне, и я легко уничтожу его вместе с его сказкой… Мне нужна твоя.
– А тогда на маяке вы говорили нам, что ваша сказка сильнее… Значит, это неправда? – спросила Эльта и вдруг прибавила: – А где она? Где ваша сказка, ваше величество?
Меигет не ответила; её глаза наполнились болью и гневом, она выгнулась назад, точно в танце, потом зашумели деревья, налетел тёмный вихрь и окружил её, полностью скрыв из виду. Эльта в ужасе отступила назад, глядя, как клубящийся тёмный воздух поднимается вверх, швыряя в стороны сухие листья. Вдруг к шуму ветра присоединился громкий протяжный крик, полный отчаяния. Он вместе с вихрем унёсся в пасмурное небо, и всё стихло. Эльта осталась у фонтана одна – и проснулась.
Утром она в обычный час пришла к Меигет. Та была вполне дружелюбна и вела себя так, словно ничего не произошло.
Яник старался на работе изо всех сил, и ему казалось, что заклятия никто не замечает. Но однажды управляющий отвёл его в сторону и спросил:
– Что с тобой такое? Заболел? Ты еле ноги таскаешь!
– Ничего.
Управляющий взял его за плечи и легонько тряхнул.
– Не крути, парень. Что с тобой?
– Меигет наложила заклятие покорности, – угрюмо ответил он почти шёпотом.
– Ох, нехорошо… Давно?
– Да почти месяц уже.
Управляющий только охнул.
– За что?!
– Ей нужна моя сказка.
– Значит, так. Слушай меня. Мне приказано обо всех странностях или болезнях работников сообщать…
– Тогда я уйду.
– Да погоди ты! Пока вся работа делается, никуда ты не пойдёшь. А потом… Ну придумаем что-нибудь! Идти-то тебе всё равно некуда. Знаешь, что бывает, когда кто-то под это заклятие попадает? Когда сил совсем не остаётся, бедняга идёт к королеве и просит заклятие снять. Она снимает – но взамен отправляет таких в угольные шахты. Потому что, раз уж на них это заклятие легло, они бунтари. Так наши нынешние власти рассуждают, – пояснил управляющий и погладил густую бороду. – А по правде-то кто разберёт – может, и правда бунтари, а может, просто честные люди. Которые не боятся правду высказать в лицо.
Яник хмуро выслушал и кивнул.
– Но если королеве только твоя сказка нужна, может, она тебя-то в шахты и не отправит? Может, отдашь ей сказку? Жалко мне тебя. Пропадёшь ведь.
Молча помотав головой, Яник пошёл колоть дрова. Глаза слипались, всё тело ныло, а чувство сосущей тоски теперь не отпускало даже солнечным днём.
Несколько дней спустя во время работы к нему подбежал дворцовый слуга.