Сторонники Крикса тут же вскочили, но сам он даже не шелохнулся — лишь злобно посмотрел на Спартака.
— Зачем пожаловал?
«Великий Всадник, помоги!»
— У меня к тебе предложение.
Крикс скривился:
— С чего ты взял, что оно меня заинтересует?
— С того, что ты согласишься на него лишь в том случае, если я одолею тебя в бою один на один, без оружия.
Крикс ухмыльнулся до ушей:
— Ну валяй.
Подняв руки в мирном жесте, Спартак подошел поближе и тихо проговорил:
— Многие из нас намереваются сбежать из лудуса. Я хочу, чтобы ты присоединился к нам.
На лице Крикса отразилась сложная смесь чувств. Неверие. Потрясение. Ревность. Гнев.
— А командовать, значит, будешь ты?
— Нет. Бойцы последуют за своими вожаками.
— Кто еще участвует?
— Эномай, Гавий и почти все фракийцы. Около ста двадцати человек.
— А Каст? Ганник?
Спартак покачал головой.
— Оно и ясно, — фыркнул Крикс. — Кому ж захочется объединяться с шайкой дикарей.
Его люди заржали.
— Я знал, что ты это скажешь, — невозмутимо отозвался Спартак. — Передумаешь ли ты, если я одолею тебя в рукопашной?
— Если ты меня одолеешь, я последую за тобой даже в задницу! — утробно расхохотался Крикс.
— Об этом я тебя не прошу. Биться будем до тех пор, пока кто-то не сдастся, идет?
— Идет! Я давно этого ждал! — прорычал Крикс, вставая, и замахал руками. — А ну прочь с дороги!
Окружавшие вожака галлы расступились, а Спартак кинулся на Крикса. Он преодолел разделявшее их расстояние за два удара сердца. И прежде чем Крикс успел отреагировать, Спартак врезался головой ему в живот. Из легких Крикса со свистом вырвался воздух. Они рухнули на песок; Спартак оказался сверху. Он поспешил подняться на ноги. Даже с перехваченным дыханием Крикс оставался опасен. Он уже попытался обхватить Спартака своими ручищами. Если бы ему это удалось, бой можно было бы считать законченным.
Отпихнув руки Крикса, Спартак попытался перекатиться вбок. Но прежде чем встать, он успел ударить противника кулаком в пах. Громкий стон сообщил ему, что удар достиг цели. Спартак пригнулся, прикидывая, не получится ли пнуть Крикса в голову, но тот уже садился. Его красивое лицо исказилось от ярости.
— Ты, грязный фракийский ублюдок! Бой еще не начался!
— Здесь нет никаких сумма рудис. Нет вообще никаких правил, — поддел его Спартак. Он хотел разозлить Крикса как следует. Взбешенный человек чаще ошибается.
Гетас с Севтом заулюлюкали, подбадривая вожака.
— Так, значит, да? Я тебе твои поганые глаза выдавлю! — выкрикнул Крикс. — Без них ты быстро сдашься!