У Карбона вырвался вздох облегчения. Он спал — а точнее сказать, дремал — в комнате Рестиона. Хотя ибериец не пытался его домогаться, как многие другие, Карбон совершенно ему не доверял. В Спартаке он тоже не был уверен, но это наилучшее из полученных им предложений.
— Спасибо.
Когда они вошли в купальню, Спартак едва заметно усмехнулся. «Еще один человек в наших рядах».
— Боги всевышние, да отстань же от меня! — пробормотал Спартак.
Внезапно проснувшись, он резко сел. Сорвав с себя толстую шерстяную тунику, он швырнул ее на пол, но ничего не увидел. Выругавшись, он метнулся в дальний конец комнатки и проверил плетеную корзину. Та была надежно заперта. Спартак снова пробормотал ругательство.
— Что ты делаешь?
Фракиец не ответил.
Ариадна открыла один глаз, потом другой. «Боги, как же хорошо он выглядит обнаженным!»
— Что случилось?
— Ничего. Спи, — буркнул он, возвращаясь на свой тюфяк.
Напряжение в его голосе встревожило девушку.
— Спартак?
Он даже не посмотрел на нее.
— Тебе что-то приснилось?
Едва заметный кивок.
— Кошмар? — догадалась она.
— Думаю, да. Возможно, это ничего не значит.
— Расскажи мне. Может, я смогу его истолковать.
Молчание.
Ариадна ждала.
В конце концов Спартак повернул голову и посмотрел ей в глаза.
— Ты встревожен.
— Да. Это было ужасно.
Девушка приподняла брови в безмолвном вопросе.
— Ты не отстанешь, пока все не разузнаешь, да? — проворчал он. — Я начинаю тебя понимать.
— Неужели? — Ариадна посмотрела на корзину, и улыбка ее поблекла. — Тебе снилась змея?
Спартак взглянул на нее с изумлением:
— Да.
— Что она делала?
Спартак обвел рукой шею и подбородок: