– И в чём же они заключаются?
– На данный момент – расположить тебя к себе.
Я насторожилась:
– Зачем? Чтобы склонить меня к сотрудничеству?
– Скорее к работе на благо Империи, – невозмутимо поправил меня собеседник. – Но я уверен, ты и без того против не будешь.
Я заинтересовано посмотрела на императора.
– Тебе создадут лучшие условия. Сможешь полностью посвятить себя любимому делу, уйти в него с головой, получать удовольствие без оглядки назад, без страха за свою жизнь, без гнетущего чувства опасности… Великолепные перспективы, не так ли?
Звучало всё и правда очень заманчиво. Красиво. Идеально… Что меня только отталкивало. Слишком отчётливо виделся подвох.
Всю сознательную жизнь я боялась именно подобных предложений, ведь они неизменно означали ограничение свободы, которую я не желала терять. Ради неё я была готова ежедневно совать голову в петлю, пребывать в постоянном страхе разоблачения… Лишь бы жить, а не просто существовать! Но увы. Как я ни старалась избегать ситуаций, способных завести в этот тупик, всё равно вляпалась по самые уши.
– Так или иначе, а выбора у меня нет. Верно?
Диктатор самодовольно улыбнулся:
– Выбор есть всегда. Можно согласиться сразу, добровольно, а можно немного посопротивляться. Можно попытаться извлечь из своего положения максимальную выгоду, а можно только сделать вид, что работаешь. Можно покориться, а можно принять сторону победителя… – Мужчина выдержал небольшую паузу. – Согласен, отличия незначительные, и неподготовленному человеку заметить их проблематично, ведь в конечном счёте глобальный результат будет один, однако некоторые нюансы всё же имеют место быть. И я уверен, ты сумеешь их разглядеть.
Не сказав ни одного конкретного слова, император вполне прозрачно описал моё будущее. Словно художник, он двумя штрихами наметил целую картину. Нарисовал остов, скелет, позволив мне самой нарастить на него мясо… И я не стала отказываться от своего права.
Решение было принято. Хоть и не мной.
– Какие же у меня будут возможности?
– Ты имеешь в виду, какую дополнительную выгоду сможешь извлечь, помимо наслаждения от работы?
Я молча кивнула.
– Свободу.
В ответ к небу потянулись робкие ростки надежды.
– В пределах планеты, разумеется, – беспощадно обрубил их Диктатор.
И перед глазами тотчас встал образ типичной патриорки… с моим лицом.
Сглотнув, я гордо вздёрнула подбородок:
– В вашем толковании она меня не интересует.
Было очень рискованно так наглеть. Но за напускной смелостью всегда легче спрятать парализующий тело ужас, мешающий храбро бороться за своё будущее.
Император понимающе ухмыльнулся:
– Иного и не предполагал. Однако это уже неважно. Я знаю, что тебя точно заинтересует. Точнее, кто.
Сердце пропустило удар…
– Мой сын.
…и забилось в бешеном темпе.
– Он жив?! – даже не пытаясь скрыть переполняющую меня радость, воскликнула я.