Серебряные крылья: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Учения? И вы молчали? Я ведь отнимаю у вас время…

— Ничего, наши хлопцы, кажется, неплохо и без нас справляются, — сказал Бирюлин. — Только боюсь, как бы нам погодка не помешала…

Для людей неосведомленных слова полковника показались бы странными. Небо было высоким и безмятежным, только со стороны города над горизонтом протянулись волокнисто-белые, точно легкие перышки, совсем безобидные на вид облака. Но многолетняя летная работа научила Бирюлина почти безошибочно по малейшим признакам угадывать погоду.

Ночью занеистовствовал ветер. Он рвал палатки, гудел и завывал на разные лады, раскачивал самолеты, валил в тайге старые деревья. К утру ветер стих, но небо заволокли тяжелые низкие тучи. Они упрямо и медленно ползли над землей, цепляясь за вершины сопок. А следом, сопровождая первую волну облаков, на аэродром неотвратимо надвигалась серая стена дождя.

Техники, раньше всех прибывшие на стоянки, едва успели закрыть фонари кабин и наскоро зачехлить фюзеляжи машин, как на них обрушился проливной дождь. Они укрылись кто где успел, в наивной надежде полагая, что дождь, раз он проливной, скоро кончится, но он не утихал, а серая пелена наглухо закрыла небо, и сопки, и палатки и самолеты. Стало темно и сумрачно, как поздним вечером.

Летный домик, где коротают время пилоты, переполнен: всех загнала под крышу непогода. На синоптической карте, развешанной на стене, все в сплошной зелени — осадки, осадки. Фронтальная облачность. Запасные аэродромы и те закрыты. Июль, а холодно, как в промозглую осень.

— Пехота третьи сутки в окопах мокнет, наступления ждет.

— Без авиации ей делать нечего…

Десятки глаз следят за начальником штаба. Летчикам тактическая обстановка давно известна. Их задача — нанести внезапный штурмовой удар по позициям «противника». Вслед за этим в обработку переднего края подключится артиллерия, а уж затем танки, механизированные роты и батальоны пойдут в атаку.

Но погоды нет. Ливневые дожди удерживают авиацию на месте.

За окном видно, как у машин возятся техники в промокших куртках. Им нет дела до обстановки, главное, что от них требуется, — это готовность истребителей-бомбардировщиков по первому сигналу взлететь на задание. Этим и озабочен старший инженер полка. То здесь, то там мелькает фигура Грядунова.

Перед Зацепой лежала крупномасштабная карта. Надо знать конфигурацию реки, расположение деревень и поселков, наиболее характерных ориентиров. Действовать предстоит на предельно малых высотах, а в полете на карту некогда будет глядеть, все ориентиры придется держать в уме.

Зацепа, обычно неугомонный, веселый и жизнерадостный, смотрел на карту, а в мыслях был дома, у Любаши. Неделю назад к ним в гости приезжали родители жены. Как радовалась теща, что у ее дочери будет ребенок! А Зацепа краснел, не мог справиться со своим смущением. Он даже представить себя не мог в роли отца. Когда Любашины родители уехали, вечером на огонек зашел Роман Григорьевич Будко, посидел, поговорил о том о сем, а взявшись за фуражку, как бы мимоходом сказал:

— Я для вас новую комнату присмотрел. Не хоромы, правда, но зато соседи хорошие.

Валентин и Любаша переглянулись:

— Роман Григорьевич, никуда мы отсюда не поедем.

— А Раиса Митрофановна? — удивился замполит.

— Поладили, — сказал Зацепа. — Моя Любаша с кем угодно поладит.

— Тогда гора с плеч, — облегченно вздохнул Будко. — Признаться, все это время я чувствовал себя перед вами виноватым. А вы мне помогли разрешить еще одну задачу. К нам едут молодые летчики. Думал сделать небольшую перетасовку, а раз так — спасибо. — И, обрадованный, поспешно прикрыл за собой дверь, как бы опасаясь услышать, что это была лишь шутка с их стороны.

Напрасно Будко тревожился. Они и в самом деле сдружились с Квашниными. Раиса Митрофановна стала для них второй матерью. Кто бы мог подумать, что в этой грубой женщине вдруг пробудятся добрые, материнские чувства к молодым, малоопытным, только начинающим жизнь птенцам?

— Ты ее понять должен: детей у них нет, — говорила Валентину Любаша. — Вот и озлобилась на весь белый свет.

Сейчас Валентин вспомнил этот разговор и улыбнулся: Любаша не озлобится — у нее будет ребенок.

— Товарищи офицеры! — раздалась команда.

Летчики и техники вскочили. В дверях — командир полка. За ним вошли Будко и какой-то мужчина-инвалид на платформочке.

— Вольно, сидите, — сказал Бирюлин и пошутил: — Переводите время в дугу?

— А что делать, мы бы с удовольствием, но держат.

— Опять командно-штабные учения, а мы — отдувайся, — заволновались летчики.

— И правда, — поддержали техники, уже давно привыкшие ко всему.

— Товарищи, — выступил вперед Будко, — к нам на празднование юбилея части мы пригласили бывшего летчика-истребителя, участника войны капитана Смирных Михаила Александровича. Позвольте вам его представить…

Летчики все, как один, поднялись. Молча приветствовали они ветерана полка. А он стоял перед ними, широкоплечий, здоровый человек, на низкой платформочке и тоже молчал. Из-под ржаных бровей лишь твердый, волевой взгляд серых глаз. На груди боевые ордена и медали.