Читать книгу «Летопись электричества» онлайн.

В связи с развертыванием строительства русского военного флота Попову удалось добиться разрешения сдать парижской фирме Дюкрете заказ на изготовление его приборов для беспроволочного телеграфирования. С этой целью он был командирован за границу. Тем временем Рыбкин по указанию Попова продолжал вести опыты по беспроволочному телеграфированию в морской обстановке и добился значительных успехов.

Рыбкин открыл возможность приема сигналов на телефонную трубку на расстоянии 45 километров.

Тогда Попов был вызван телеграммой из-за границы. Его встретили Рыбкин и еще один энтузиаст опытов беспроволочного телеграфирования Д. С. Троицкий.

— Друзья мои, я знал, что телеграмма Петра Николаевича скрывает нечто очень важное, и отменил поездку в Швейцарию. Электромагнитные волны, я верю, преодолеют не только сорок пять километров! Нужно продолжать наши работы не покладая рук. За границей я убедился в том, что мы не отстали от других, совсем не отстали.

— Мы идем впереди, Александр Степанович! Их главное преимущество — это деньги.

— Да… Денег они не жалеют, — с грустью сказал Попов. — Возможностей у них много. Вот хоть бы Маркони…

— Кстати, — перебил учителя Петр Николаевич, — может быть, вам удалось познакомиться с работами этого изобретателя или услышать о нем что-нибудь новое?

— О работах Маркони мне рассказывали в Германии профессора Слаби и Арко. Гульельмо Маркони еще совсем молодой человек: он родился в 1874 году. Жил все время в отцовском имении, около Болоньи.

Электричество он изучал в Болонском университете у профессора Августа Риги. Этот замечательный итальянский ученый занимался опытами Герца, и ему удалось сконструировать вибратор для излучения электромагнитных волн. В 1895 году Под влиянием лекций профессора Риги Маркони стал очень интересоваться опытами с электромагнитными волнами. Риги помог своему ученику многими ценными указаниями. Свои опыты Маркони вел в отцовском саду. И как только молодой изобретатель получил первые обнадеживающие результаты, он тут же начал действовать. По совету своей матери, англичанки, Маркони тщательно запаковал свои приборы в ящики и весной 1896 года с рекомендательными письмами отправился в Лондон…

— Что же привез Маркони в Лондон? — спросил Петр Николаевич.

— Маркони тщательно это скрывал от всякого постороннего глаза. Во всяком случае, в ящике были вибратор Риги и когерер Бранли, это несомненно. Благодаря знакомствам своей матери Маркони попал к главному инженеру Британского почтово-телеграфного союза сэру Вильяму Прису, который уже много лет безуспешно бился над задачей телеграфирования без проводов. 2 июня 1896 года, как сообщалось в английской печати, Маркони получил патент на свое изобретение…

— Какое изобретение?

— Об этом ничего толком не говорилось. Сказано было примерно так: «Способ передачи электрических импульсов и сигналов и аппарат для этого».

Когда спустя год, летом 1897 года, появились описания изобретения Маркони, все обратили внимание на два обстоятельства. Первое — это то, что схема Маркони удивительно напоминает мою схему грозоотметчика, напечатанную во многих наших русских журналах. И второе — то, что в Англии уже была создана специальная компания Маркони с огромным капиталом для продвижения его изобретения. Я сказал бы, что сходство моей схемы со схемой Маркони, по-видимому, объясняется тем, что тут нечего было особенно изобретать. Всякий, кто серьезно изучал опыты Герца, мог бы сделать то же…

— Вы ошибаетесь, Александр Степанович! — с необычайным гневом перебил учителя Рыбкин. — Ваши схемы были опубликованы значительно раньше, и о них, наверное, уже знали за границей. История изобретений не знает таких точных совпадений. Здесь что-то не так!

— Во всяком случае, друзья мои, Маркони нельзя отказать в огромной инициативе. В прошлом году он организовал интересный опыт передачи сведений с парохода на берег для газеты. В районе Дублина происходили ежегодные парусные гонки. Маркони использовал состязания и сильно поднял этим авторитет своего акционерного общества. Беспроволочный телеграф быстро снабдил газету сведениями о гонках, и газета, вышедшая в огромном числе экземпляров, была немедленно раскуплена. Общество Маркони благодаря этому удвоило свой капитал. В марте этого года Маркони, располагая огромными средствами и большим штатом инженеров, добился возможности беспроволочного телеграфирования между берегами Англии и Франции, на расстоянии сорока пяти километров. Теперь он готовится к новым, еще более важным опытам. Свои работы он ведет строго секретно, и о технической сущности их нигде ничего не рассказывается…

— Он действует, как ловкий купец, а не как ученый, — сказал Троицкий.

После некоторого молчания Попов оживился и, словно стряхнув с себя что-то неприятное, сказал:

— Теперь я хотел бы подробно узнать о результатах ваших последних опытов.

До глубокой ночи Рыбкин и Троицкий рассказывали о своих работах.

Через несколько дней Александр Степанович изготовил два новых чувствительных когерера, прием с которыми на телефон стал еще лучше, В этом Попов лично убедился, проводя опыты связи между аэродромом и поднятым в воздух аэростатом, а также между Кронштадтом и Ораниенбаумом, находящимися в 10 километрах друг от друга.

Никакие препятствия не могли сломить творческий дух изобретателя.

Попов смело шел сквозь преграды, расставленные на его пути тупыми и невежественными властителями России…

Глава 47.

ВОЗМУЩЕНИЕ ЭФИРА

ВСКОРЕ произошло событие, которое потрясло хозяев царского флота, в продолжение пяти лет не замечавших великого изобретения русского ученого.

Был конец 1899 года.

Однажды Попова и Рыбкина в неурочный час спешно вызвали на квартиру, начальника минного класса.

— Могу вас обрадовать, господа, — обратился он к явившимся преподавателям. — Вашими работами заинтересовались в министерстве. Вам предстоит последнее серьезное испытание…

Он ближе пододвинул к себе какую-то бумагу, уткнулся в нее и, не глядя на вызванных, продолжал: