Профессор запер входную дверь, чтобы кто-нибудь не вошел во время опытов, и осмотрелся кругом. На скамейке около круксовой трубки, закрытой ящиком, лежал фосфоресцирующий экран. Рядом на столике находились пластинки из различных металлов и кассеты, заряженные фотографическими пластинками.
«Кажется, все на месте и можно начинать!» решил ученый и потушил последнюю лампу.
Затем он привычной рукой нащупал ключ, замыкавший первичную цепь румкорфовой катушки. Когда щелкнул механизм выключателя и загудела индукционная катушка, Рентген взял со скамейки экран.
Первый опыт должен был подтвердить, что фосфоресцирующий экран, помещенный на расстоянии нескольких сантиметров от закрытой ящиком трубки, вспыхивает зеленым светом.
Но неожиданно экран начал светиться на более значительном расстоянии, и притом — что особенно поразило Рентгена — экран светился даже и тогда, когда был обращен к трубке своей обратной стороной. Подобного свойства лучей Ленарда еще никто не наблюдал и не описывал.
Но в следующий момент чувство удивления перешло в изумление.
Рентген поставил на пути невидимых лучей ладонь своей руки. И вот на экране появилась темная тень ее костей па фоне более слабой тени всей кисти руки…
На тени костей Рентген заметил черную полоску.
«Возможно ли это? Лучи проникли сквозь мою руку… На безымянном пальце черная полоска… Да ведь это мое золотое кольцо!»
Рентген в волнении шевелил пальцами, и на экране было ясно видно движение костей его руки.
Чтобы создать себе большую свободу действий, Рентген повернул экран эмульсией к трубке и укрепил его невдалеке на деревянной стойке. Экран по-прежнему светился холодным светом под действием загадочных лучей. Привыкшие к темноте глаза ученого заметили толстую книгу — переплетенный годовой комплект какого-то журнала. Рентген взял этот фолиант и поместил его в пространстве между экраном и круксовой трубкой. Зеленое свечение экрана не исчезло, на нем лишь появилась легкая тень книги.
«Лучи пронизали эту толщу бумаги!»
Рентген ставил на пути лучей деревянные доски, две колоды карт, станиолевые листки, тонкие металлические и эбонитовые пластинки: лучи по-прежнему легко проходили через все эти предметы.
Но когда он поставил на пути лучей толстую (около 2 сантиметров) свинцовую пластинку, экран оказался затемненным так же, как он был затемнен раньше против золотого кольца.
Уран, платина, серебро, ртуть тоже оказались непрозрачными для новых лучей.
Рентген снял с круксовой трубки закрывавший ее картонный ящик и стал в нее всматриваться. Он хотел найти то место трубки, откуда выходили вновь открытые лучи.
Постепенно прикрывая толстой свинцовой пластинкой одну часть трубки за другой, он нашел ответ на этот вопрос.
«Лучи испускаются тем местом стекла, на которое падают катодные лучи!»
Рентген понимал, что он наблюдает нечто совершенно новое. Лучи, пробивавшие толщу многих предметов, не считая воздуха, совсем не походили на лучи Ленарда, за которые принял их ученый в первый момент.
Рентген решил выяснить действие магнита на новые лучи. Когда он поднес магнит к предполагаемой линии распространения лучей, ничто не изменилось. Лучи не обнаруживали ни отталкивающего, ни притягательного действия.
Затем он ставил на пути лучей различные призмы, но не мог заметить преломления этих лучей, так же как и их способности отражаться. Тогда Рентген решил испытать действие лучей на фотографические пластинки. С этой целью он при красном свете вынул фотопластинку из пакета и завернул ее в несколько слоев черной бумаги. Потом он поместил ее на пути лучей, положив свою руку и рядом с ней железный дверной ключ.
Проявив пластинку, Рентген был чрезвычайно обрадован результатами. Получился довольно ясный негатив с изображением тени костей руки и ключа.[40]
В продолжение почти полутора месяцев Рентген продолжал различные опыты с новыми лучами, которые он назвал «Х-лучи» (икс-лучи), то есть «неизвестные лучи». Свои работы он держал в большом секрете, и о них известно было лишь нескольким профессорам Вюрцбургского университета. Рентген хотел не только тщательно описать свои наблюдения, но и выяснить сущность новых явлений.
Однако сообщение о работах Рентгена «строго по секрету» облетело почти весь Вюрцбург. Пресса и различные научные общества не давали покоя Рентгену.
28 декабря 1895 года в научных журналах появилось первое сообщение профессора Рентгена «О новом роде лучей».[41]
23 января 1896 года члены Физико-медицинского общества города Вюрцбурга слушали доклад самого автора нового замечательного открытия.
Зиму 1896 года Александр Степанович Попов упорно занимался исследованием лучей Рентгена.
Дело не обошлось без затруднений. В физическом кабинете минной школы не оказалось самого необходимого аппарата для производства опытов — простой круксовой трубки. Ее нельзя было достать и ни в одном из петербургских магазинов. Тогда Александр Степанович, как и всегда в подобных случаях, надел фартук и отправился в мастерскую. Вскоре боннский стеклодув Гейсслер[42] мог бы позавидовать, поглядев на трубку, вышедшую из рук Попова.
Особая тщательность, проявленная Поповым в изготовлении этого прибора, объяснялась еще одним обстоятельством. Верный друг Александра Степановича, его жена Раиса Алексеевна была врачом. Она очень заинтересовалась возможностью применения лучей Рентгена в медицине. Александр Степанович хотел подарить рентгеновский аппарат своей жене для ее практической врачебной работы в Кронштадтской больнице. Первый подобный кабинет был оборудован А. С. Поповым в Кронштадте.
[40] На первом рентгеновском снимке, сделанном 22 декабря 1895 года — кисть руки жены Рентгена — Анны Берты Людвиг, помогавшей мужу при экспериментах. Из металлических предметов на нем — только обручальное кольцо. — прим. Гриня
[41] Первое сообщение «О новом виде лучей» было сделано Рентгеном 28 декабря 1895 г. на заседании Физико-медицинского общества. Второе сообщение представлено 16 марта 1896 г., а третье — в мае 1897 г. О какой секретности идёт речь, если первые наблюдения нового явления Рентгеном датируются 8 ноября 1895 года, непонятно. Разве что в целях увлекательности описания для молодёжи… — прим. Гриня
[42] Генрих Иоганн Вильгельм Гейслер (1814–1879) — немецкий стеклодув, механик, физик и изобретатель. В 1852 году основал при Боннском университете свою собственную мастерскую по производству физических и химических инструментов. В 1855 году был награждён золотой медалью на Всемирной выставке в Париже за отличную работу по стеклу. По поводу дефицита «простых» круксовых трубок в петербургских магазинах — оценим чувство юмора автора. — прим. Гриня