– Очень мощный источник магической энергии и специалисты, которые направят её на мощные артефакты – активаторы ритуала.
Ну что ж, вот пазл получил еще несколько недостающих деталей.
– Магистр энергии у них есть. Но она смертельно ранена. Я даже не знаю, что сильнее движет нашим ящером: её особые способности или то, что она – очень близкая ему женщина. Думаю, он готов пойти на многое ради её спасения. На очень многое, ты понимаешь?
Хайда, сидя на корточках возле носилок, подняла голову и посмотрела на меня, потом на Вадима. Поняла намёк и снова обожгла меня взглядом.
– Ты ничего не понимаешь. Не знаешь, что у цептан по их природе не может быть социальных привязанностей, как у вас… Или у нас. Не знаешь, насколько цептане жестоки, как сильно они могут ненавидеть. Допустить возрождения этой расы нельзя, во имя других цивилизаций!
– А я заметил, что они способны на самые разные чувства. Например, умеют смеяться. Возможно, они умеют еще и любить? И еще, что с ними вполне можно договариваться. Они гордые, самоуверенные, наглые – но на то они и другая раса, чтобы быть непохожими.
Хайда фыркнула. Я осёкся.
– Ну да. Сейчас я вижу в вас зеркальные отражения, каждое из которых хочет убить другого просто из принципа.
– Ну и хорошо. Пусть попытается. – Кажется, хайда вообще не слышала меня, не воспринимала никаких аргументов. – Мы готовы к встрече. Я уже чувствую, что колдун перешел в этот мир, он активно ищет тебя. Пока я блокирую его попытки, но скоро он будет здесь.
– И что тогда?
– Тогда мы убьём его. Некому будет координировать, допрашивать, планировать. Чинить порталы. Отряд Эхора захватит башню и не допустит вторжения. Орда захлебнется. Постепенно вы сможете разрушить оставшиеся порталы и одолеть орков. Ваш мир будет спасен. А с этим – исчезнет и угроза нашим мирам.
– Орда захлебнётся? – я похолодел. – Как только начнется штурм башни, орки откроют в мой мир проходы с затопленных планет. Это не орда, это люди, все люди захлебнутся. А потом от возросшей тяжести Земля сойдёт с орбиты. Но прежде вода через порталы попадёт и сюда, и Колыбель тоже погибнет. Ты хоть понимаешь, что собираешься сделать?
– Ну что ж, это риск. Зная угрозу, можно найти и ршение. Но на другой чаше весов – все миры содружества, которые могут погибнуть, если мы не преуспеем. Нельзя дать оркам расселиться по новым мирам, и нельзя дать цептанам вернуть свою мощь.
– Ты готова рискнуть моим миром ради своего? Из-за призрачной угрозы, которая – возможно! – наступит через несколько поколений?
– Конечно. Я солдат, я мыслю рационально и в приоритете к своей стране. Я готова рискнуть чем угодно и, – она мельком взглянула на Вадима, – и кем угодно ради цивилизации ахеев!
Гору сотряс мощный удар, стены дрогнули, с потолка посыпалась пыль.
– Наконец-то! – Глаза Хайды полыхнули яростью. – Ящер прибыл. Он пока не может разыскать к нам дорогу под толщей земли, пусть немного потратит силы. Потом я открою твоё сознание, покажи ему дорогу к нам.
Она склонилась над Вадимом и положила руку ему на голову.
– Очнись! Сейчас нам потребуются все твои силы!
Между её пальцами на волосы человека стали стекать капельки света. Огонек за плечом Хайды почти погас, ей требовались силы на борьбу с разумом другого колдуна, куда более мощного, чем она сама.
Вот только… Зачем она заманивает цептана? На что рассчитывает? И для чего ей Вадим?
Я оглядел пещеру и заметил в углу рюкзак. Пустой.
– Вы что, заминировали пещеру?
Ответа не последовало. Зато Вадим приоткрыл глаза и достал из-под накинутой поверх носилок плащ-палатки руку. В ладони он сжимал кнопочный детонатор, нитка провода уходила во тьму.
– Может не сработать, – просипел он. – Чем больше магической энергии, тем меньше у нас шансов.
– Ничего, – отозвалась женщина. – Сейчас он устанет крошить камень. И тогда магии не будет. Мы попытаемся.
Я сжал кулаки.
– Знаешь что, чертова фанатичка? Я не считаю, что один человек, или сто, или тысяча – не достойны жизни ради спасения мира. По нашему соглашению ящер отпустил всех пленников. Они были отправлены в башню. Если там начнется штурм – они погибнут. А в казематах, погруженный в кокон, остался только один заложник. Женщина, ради которой я сам готов рискнуть всем миром.
– И что с того?
– Если ты убьёшь последнего цептанина, никто не сможет освободить её. Поэтому я остановлю тебя!