Зеленый прилив: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я нисколько не сомневался, что орки отрезали все переходы по приказу Касфара. И если наш отряд поблизости, если прямо сейчас выйдет к порталам (а по моим прикидкам, вот-вот истекут отведенные Хайдой восемь часов ожидания), то окажется в западне.

До этого я считал, что облажался только в одном: предоставил ящеру заложника, а сам не смог им обзавестись. Ящер категорически отказался выходить со мной из своих катакомб. Вообще-то я планировал добиваться этого как главной своей цели: заинтриговать, вызвать азарт и вытащить наружу. Мыслям об этом я не позволял оформляться в своей голове, гнал их, как мог, чтобы не уловил колдун. Возможно, я делал это недостаточно хорошо. На все уговоры он лишь посмеивался, а потом, озлясь, огрызнулся:

– Не держи меня за идиота. Как только я отзову охрану и выйду наружу, твои любимые эльфы проявят свою истинную природу. Немедленно нападут. Они не сравнятся со мной по силе разума, но вдвоём, да еще при вашей поддержке, вполне могут меня одолеть.

– Я не планирую ничего подобного.

– Заткнись. Я прямо чувствую, как ты ждёшь этого момента. По-твоему, в этом случае все решится просто? Не надейся. Если со мной что-то случится, если ты попытаешься обмануть меня или захватить в плен, если мне просто не понравится твоё поведение – Землю ждет кое-что похуже колонизации орками.

Я замер.

– По моему приказу в твоем городе установлено несколько крупных порталов. Они настроены, но не активированы – ждут своего часа. Если ты попытаешься провернуть какую-нибудь диверсию, будут открыты проходы.

– Куда?

– А это ты потом узнаешь, к чему сейчас портить сюрприз? Пофантазируй. Например, в мир хлорных океанов. Или в мир горячих болот, где живут такие страшные кровососущие насекомые, что не привидятся в самом страшном сне. Я – мастер исполнения наказаний, а наказания у ящеров практикуются занятные. Всё понял?

Да, я понял. Несмотря на то, что зеленокожий палач вынужденно пошел на уступки, играть по моим правилам он всё равно не собирался.

Птица заложила вираж, заходя на второй круг. Я оторвался от пейзажа и поплотнее стиснул ногами круп. Или как там у них это называется? Впрочем, какая разница, если биологически это вообще не птица? Только и сходства, что перья в перепонках…

Животина расценила моё судорожное подёргивание как приказ и начала резко снижаться. Я от неожиданности чуть не запаниковал, с трудом заставил успокоиться сначала себя, а потом и её. Через пару минут мы снова набрали высоту и продолжили облет Перекрёстка.

Да, с птицей – это цептанин хорошо придумал. Я переживал, как бы не пришлось топать до самой пещеры на своих двоих. Точнее, я надеялся, что парни сами выйдут к порталам и я смогу посвятить их в детали своего плана. Но ящеру сказал, конечно, что нужно будет идти, искать.

Он резонно заметил, что на поиски я могу потратить ближайшие лет десять. Потому что, когда он путем продолжительного болевого шока сломил сопротивление и порылся в моих мозгах, никаких ориентиров там не нашел. Где именно искать в окрестных горах людей – я не знал, по какой из множества дорог брёл в тумане – не имел понятия.

А ведь действительно. Когда я шёл сюда, старался примечать дорогу и нигде никуда не сворачивать. Возле портала планировал оставить себе какой-нибудь знак. И по нему сориентироваться, когда буду идти отсюда. В реальности мне пришлось, спасая шкуру, сделать столько кульбитов, кувырков и пробежек, что все ориентиры я напрочь растерял. От какого камня и по какой дороге направляться? Ну не спрашивать же дорогу у орков!

Колдун тут хмыкнул, уловив нить моих размышлений, и заявил, что помощь орков будет бесполезна. Уже давно, как только сумел добраться до моих воспоминаний, он отправил целый экспедиционный корпус на прочесывание окрестностей. Под страхом смерти орки должны были бросить всё и немедленно обшарить каждую пещеру, заглянуть под каждый камень.

Они так и сделали, нашли несколько пятен крови, непонятно чьей, а также пару трупов сородичей, упавших со скалы и изуродованных при этом до такой степени, что установить причину смерти не представлялось возможным. Впрочем, гоблины без присмотра – те еще патологоанатомы, они разодрали и съели оба трупа еще до того, как цептанин отдал приказ принести погибших к каземату. Если учесть к тому же, что нашли эти трупы на противоположных сторонах плато, можно резюмировать: указаний на след людей нет никаких, облава успеха не имела.

Эта информация меня, с одной стороны, возмутила. Понятно, что противостоять атакам колдуна никто на моём месте не смог бы, но слишком уж быстро он добрался до всех тайн! Получается, я своей самоволкой едва не подставил всю группу. С другой стороны, можно было порадоваться, что ребята – молодцы, вовремя заметили опасность и смогли спрятаться.

Ящер быстро вернул меня с небес на землю резонным замечанием, что я вряд ли имею больше шансов в поисках, чем четыре тысячи зеленокожих с волками в придачу. Если уж не могу даже сторону указать, с которой пришел. Поразмыслив, колдун велел мне (как обычно, он ничего не просил, только приказывал) взять в дорогу эту чёртову птицу.

– Волка ты не осилишь, – решил он. – Волк удобнее и быстрее на скалах, к тому же видит во мгле и в темноте, и у него хороший нюх. Но волком управлять – нужен талант и железная рука. Иначе он тебя в первом же прыжке сбросит и сожрёт, это даже не сомневайся. С птицей будет потруднее, ночью птицы непослушны, а управлять ими и днём сущее наказание. Но ничего, ты толковый, разберёшься. Жить захочешь – справишься.

Так я стал пилотом-наездником. Обучение мне устроили «по бразильской системе», поэтому заняло оно не более пятнадцати минут. Сначала устный рассказ, куда следует давить пальцами изо всех сил, чтобы животное слушалось, а чего не делать ни в коем случае, чтобы не улететь в бездну и не пойти птенцам на корм.

Сразу после этого состоялось практическое занятие. Оно заключалось в том, что два рогатых орка, подхватив меня за шкирку, закинули птице на спину и звучно пнули под зад.

Птицу, я имею ввиду.

Тварь от неожиданности клацнула клыками в своем крокодильем рыле, с возмущенным клекотом подпрыгнула раз, другой. Как обещал ящер, её разум был на некоторое время магически подавлен, чтобы сбавить агрессию и принудить к послушанию. Я чуть не слетел вниз и вцепился руками в заплечные выступы. Птица, почуяв это, взмахнула крыльями и рывком поднялась в воздух, оставив внизу небольшой пыльный вихрь.

С точки зрения физики, такой полёт был невозможен. Ну представьте себе хлебный фургон с крыльями – долго он сможет продержаться в воздухе на мускульной тяге? Однако ж вот, птица летела, хоть и возмущалась необходимостью покинуть гнездо среди ночи. Уже сделала полный круг над центром Перекрёстка и, расширяя постепенно радиус облёта, завершала второй.

Я глянул вниз. Орков нигде не было видно. Вероятно, убрались через портал назад в казематы. Я остался один на один с летучей тварью и должен ей управлять, если хочу найти кого-нибудь, а не улететь на дальнюю вершину.

Ни второй, ни третий круг результата не дали. Сквозь сеть колонн и ажурных ферм над Перекрестком я видел поверхность каменного плато. Там не было ни души, абсолютная пустота. Ни одного зеленокожего, эта часть уговора соблюдена – и слава богу. Но и ни одного человечка, а это плохо.

Дальше, за краем плато, я видел горы. Но и они мне ничего не говорили интересного. Горы и горы, все одинаковые. К тому же, подойдя к Перекрестку, я разглядывал небольшую их часть их снизу, а теперь видел весь кряж сверху. Разница существенная.

Когда птица начала четвертый круг, уже пронося меня довольно близко к горам, я попытался рассуждать логически. Мы вышли сюда почти строго на угол. Перекресток, как я помнил, имеет почти правильную прямоугольную форму. Значит, поиски в глубине горного массива, слишком далеко от края плато, смысла не имеют. Стало быть, искать нашу потайную пещеру нужно, по большому счету, только на углах.

Я подправил курс своего живого транспорта, заставив птицу лететь к ближайшему углу каменной площади. И почти сразу же в голову пришла еще одна мысль. Отряд выбирался из гор по узкой тропинке, вилявшей вдоль самой пропасти. А потому, меня не должны интересовать те два угла плато, что стиснуты горами с обеих сторон. «Наш» угол должен быть с одного края чист, должен отвесно обрываться вниз, к полю пирамид.