Радость моя быстро развеялась. Эти книги не помогут мне выбраться отсюда. И уж тем более не помогут Дереку выбраться из пустыни живым. Поэтому окинув напоследок взглядом пыльные покосившиеся стеллажи полные знаний, я ушел. Предстояло идти дальше, чтобы найти проход вниз, или вверх к еще одной башне. Найти выход. Если он вообще есть.
Привал сделал после еще двух просторных комнат. Одна была совершенно пустой и только стены с остатками мозаик украшали ее, а вторая была читальней. Остановился я среди стеллажей, устроился на полу, сконденсировал немного воды, перевязал рану и сел читать писания пророка. «И не было ничего. Только великая необъятная пустота», — пробежались глаза по начальным словам книги. За чтением я провел все время, пока сон не одолел меня.
Разбудили меня завывания и шаги. Спросонья я не мог понять далеко эти звуки от меня или нет. «Я точно не в бреду», — сказал я себе. Звуки и правда были. Было ли существо, которое их издает, вот в чем вопрос? Я просидел, прислушиваясь к этим завываниям, некоторое время. И лишь когда они затихли, отправился дальше.
Нить коридоров, сменяющихся библиотечными залами, привела меня в обширную галерею. Целые и обвалившиеся колонны рядом тянулись вдоль стен. В потолке и в полу зияли дыры. Остатки мебели валялись по углам. Стены были украшены осыпавшимися и порядком потрескавшимися фресками, изображающими цветущую долину с рекой, по которой плыли ладьи, и обширным городом, с возвышающимся надо всем строением с четырьмя высокими башнями по периметру и обширным куполом. Не узнай я купол и форму башен, я бы подумал, что это хак’сил, но это было изображение библиотеки в ее золотые годы. Фрески тянулись по всему залу, однако в какой-то момент поверх них я стал замечать вырезанные в стене руны. Они изредка переливались зеленоватым светом. Дарсические руны. «Здесь?! В хардрассальской библиотеке?!» — недоумевал я.
— Как это возможно? — невольно произнес я вслух и меня поразил собственный голос после нескольких дней полной тишины. Мой выкрик эхом полетел по библиотеке.
Я попытался понять, что могло означать присутствие тут рун дарси. «Такие руны, — я рассмотрел их поближе, вгляделся в очертания, переводил их смысл, — вырезаются в местах, где собираются драсопоклонники. Но тут их, само собой, быть не может и не могло. Значит… сюда проникла одна из сильных тварей Дарса». После таких размышлений я связал завывания, которые мне слышались то и дело, с демоном, после которого остались такие следы. Однако что-то все равно не давало мне покоя. Мне показалось, что такие руны я уже видел. Совершенно недавно… «Ну конечно!» — ударило меня по голове. После молниеносно сразившей меня мысли, я хотел удалиться от стен, но руны поманили меня. Рука сама невольно отпустила факел и дотронулась до одной из них. Тьма застилала мой взор. Вокруг слышались сначала шорохи, потом тихие-тихие завывания, затем стали раздаваться шепотки. Они лепетали о чем-то, но разобрать или уловить смысл не представлялось возможным. Зрение стало проясняться. Из темноты пополз зеленый туман, он походил на щупальца, которые медленно приближались ко мне. Я же не мог пошевелить ни одним мускулом своего тела. Туманные щупальца приближались, шепот усиливался. Сквозь стену тьмы вышла фигура в изорванном балахоне и капюшоне. В третий раз я видел это существо, скрывающее свое лицо. И всякий раз один лишь его силуэт внушал страх. Шепот перерос в крики, которые буквально рвали на куски все нутро. Я изо всех сил пытался поднять руки и закрыть ими уши, но все было тщетно. Щупальца из зеленого тумана подползли к моим ногам и оплели их. «Мои! Навсегда!» — раздался грохочущий голос и щупальца утянули меня во тьму.
Видение оставило меня, и я отброшенный непонятной силой, повалился на пол. Удар о камень отдал в плечо, отчего оно снова заныло и стало кровить. Что это было за существо? Почему видения с ним преследуют меня? Именно эти вопросы сейчас витали в моих мыслях. Если бы я увидел такое видение здесь впервые, то решил бы, что сошел с ума. Но в третий раз… «Это то, что хотела показать мне скрижаль?» — я был разочарован. Тогда все погибло напрасно.
Немного отойдя от видения, я собрался с мыслями, отогнал прочь отчаяние. «Нужно найти выход!» — решительно сказал я сам себе. Подобрал брошенный возле стены факел, вновь зажег его и поскорее покинул галерею.
Не переставая думать о существе в балахоне и сказанных им словах, я прошел еще несколько коридоров и залов. После чего решил передохнуть. Перевязал рану. Она уже выглядела лучше, оставался ужасный шрам, но в целом все уже срослось, только из-за недавнего падения снова открылась рана. Я мог сжимать и разжимать пальцы, нормально двигать рукой вверх, вниз и с болью вращать плечом. «Еще немного», — сказал я себе. Была бы еще одна настойка альдозы, и о падении в башне можно было забыть в самые первые часы.
Перед тем как уснуть пролистал еще несколько строф из «Бытия аэриев и людей первых». Сон мой снова был беспокойным. Заживающее плечо болело, после видения мерещились призрачные сцены, где-то в глубинах библиотеки снова слышались шаги и завывания, даже позвякивания чего-то металлического. Поэтому совершенно уставший, одолеваемый легкой жаждой, голодом и миражами, я двинулся дальше. По моим расчетам я должен был уже обойти весь этаж, обогнуть просторный зал под куполом и оказаться в области еще одной башни. Но коридоры и залы со стеллажами не кончались.
Пробираясь между обломками стен и кучами книг свалившихся с разбитых полок в очередной читальне, я приметил в дали едва различимое зеленоватое мерцание. Осторожно приблизился к предполагаемому источнику этой аномалии. Однако ничего не обнаружил. Поводил факелом по сторонам, попробовал магически обнаружить источник. Ничего не получилось, либо мерцание исчезло, либо мне просто почудилось. «Хм…» — поразмыслив, я двинулся через то место, где мне померещилось мерцание. Пройдя немного вперед, я на миг ощутил легкую головную боль, и пламя факела заплясало, точно от порыва ветра. Но больше ничего не произошло. «Это не аномалия», — ответил я сам себе, когда осмотрелся. Списав головную боль и померещившееся мерцание на усталость, я стал продвигаться дальше вглубь читальни.
Я все шел и шел, читальня сменялась коридором, коридор — залом полным стеллажей с книгами, зал — коридором. Когда голова закружилась от всего этого, я остановился и присел. Примостил кое-как факел, чтобы тот освещал все вокруг. Попытался сконденсировать воду. Произнес нужные формулы, сделал пассы руками, но заклятие не сработало. Я повторил попытку, но все было тщетно. Попробовал сотворить простенькое заклятие, но и оно не получилось. «Нет, я слишком устал», — сказал я себе. Несколько бессонных ночей, еще это видение, рана. Все измотало меня настолько, что я даже не мог пользоваться магией.
Сделал попытку заснуть. Но даже это у меня не вышло. Точно в бреду передо мной всплывали силуэты, они то появлялись, то исчезали. В коротких снах происходили безразборочные действа, от которых я тут же пробуждался. Не знаю, сколько я прошел, все смешалось, дни перепутались. Мне казалось, что я уже несколько недель брожу по библиотеке. «Сколь она огромна?» — задавался я вопросом. Усталость и бессонные ночи делали свое дело, я заблудился и совершенно не понимал куда двигаюсь и двигаюсь ли вообще куда-то. «Может я просто кручусь по одним и тем же коридорам?» — вопрошал я.
Страницы писания пророка тоже не помогали. Мне приходилось возвращаться к уже прочитанным ранее строфам, чтобы вспомнить, что я читал, а что еще нет. Иногда ловил себя на мысли, что читаю одно и то же уже несколько привалов подряд. Определить мое положение в здании не помогали и стеллажи с книгами. Все залы казались одинаковыми. Странным было лишь то, что в отличие от самых первых залов и читален слой пыли на книгах был незначительным. Разделы и фонды тут стояли вперемешку. Попадались то харлийские рукописи и свитки, то фолианты на общем, то эльфийские писания и изречения, то тексты на дарсическом, то на аэрическом, а то и вовсе на незнакомых мне языках. Силы так и не вернулись ко мне. «Отчего бы они вернулись? Я так и не отдохнул», — размышлял я.
Через несколько недель… а недель ли?… может уже месяц? блужданий по бесконечным залам и коридорам, я окончательно потерял всякую надежду выйти из библиотеки. Я, кажется, сходил с ума. И для того, чтобы как-то поддержать здравомыслие, я погрузился в воспоминания. Как-то раз я примостился за один из столов в читальне, достал из поясной сумки писчие принадлежности, книжицу и маску. Вглядываясь в глазные прорези и резьбу, стал вспоминать все, что произошло в моей долгой жизни. Но особенно я зацепился за последние годы, возвращение драконов, встречу с Дереком, его воспитание, обучение и поход в неизвестность. Решил изложить все на бумаге. И начал с цитирования выборочных строф из писаний пророка. Когда же начал, слегка издалека, с истории, чтобы точно убедиться в том, что не забыл всех крупных событий, которые успел пережить, меня оборвали на словах о нынешнем. «Пишу я сою рукопись, не надеясь на то, что ее найдут здесь, в отдаленном месте» — вышло из-под пера, и я услышал шаги. Они не пытались скрыться. Кто-то шел целенаправленно, ничего не страшась. Спешно собрав писчие принадлежности, книжицу, маску и писание, я схватил факел и постарался уйти в противоположную сторону от приближающихся шагов.
Пройдя несколько коридоров, завернув за угол и обойдя еще три зала с книгами, я остановился и прислушался. Шагов не было. Стояла полная тишина, и только мое запыхавшееся дыхание слышалось вокруг. «Снова почудилось?» — задался я вопросом. Скорее всего. Рассудок уже долгие дни бдения вытворял со мной разные вещи. Сколько же я провел в этой библиотеке? Живот урчал с завидной периодичностью, но еды у меня не было, пить хотелось очень сильно, а сила так и не вернулась ко мне. По ощущениям я находился здесь уже с месяц, а то и больше, но все еще был жив. Не умирал от жажды и голода, но терпел мучения связанные с ними. Это еще больше сбивало всякие мои предположения о времени.
Перед тем как забыться сном решил еще немного написать. Сил хватило дописать до момента первой встречи с Дереком, еще маленьким трехлетним мальчишкой. Казалось, это было так давно. Я, наконец, смог поспать: ничто меня не тревожило и не преследовало. И следующим бодрствованием разум мой стал яснее, силы вернулись, хотя магия до сих пор отказывалась подчиняться. Не ушел и голод с жаждой, но избавление от усталости приободрило меня.
Коридоры и залы, сменяющие друг друга, не заканчивались. Казалось, это замкнутая петля. Я уже было решил вернуться назад, к тому месту, где отдыхал, чтобы идти в обратном направлении, вернуться хотя бы в ту башню, с которой все началось. Но обернувшись, опешил. Я был столь поражен увиденным, что чуть не выронил факел, свой единственный источник света.
Передо мной стояла фигура. Одета она была в длинный камзол, расшитый серебряной филигранью, поверх него роба в виде треугольного пончо с вставками из белого меха, простые штаны и сапоги не привлекли моего внимания. А вот лицо… Сначала я не поверил. Даже не предал значению то, что видел на фигуре свою же излюбленную одежду. Я, казалось, смотрелся в зеркало. Бледная кожа, рубиновая радужка глаз, острые черты лица, остроконечные длинные уши, бакены и бородка. За исключением того, что в волосах фигуры не было и намека на седину, я смотрел на самого себя. Фигура хитро ухмылялась, глаза ее блестели.
— Ну, привет, — произнесла фигура моим же голосом.
От этого стало не по себе. Но я пришел в себя, собрался с мыслями. Пусть у меня не было магии, но отличить морок от реальности я был в состоянии и без нее.
— Ты всего лишь видение, — произнес я и, обойдя своего двойника, двинулся в ранее выбранном направлении.
— Ты же знаешь, что это не так, — произнесла фигура у меня за спиной. — Я это ты, а ты — это я. Мы одно целое. Я — твое второе «Я». Этого ты не сможешь отрицать.
Я не отреагировал.
— Бродишь тут в потемках, ищешь незнамо что. А там, наверху, все уже погибли. Кто не погиб, порабощен драконами, — говорил голос, приближаясь. Я молчал. Иллюзия рассеется, если не обращать на нее внимание. — И ведь прекрасно это знаешь. Да-да. Не смеши меня. Ведь ты сам даже не пытался найти выход, не хотел этого. Поэтому и проторчал тут все эти месяцы. Трус!
Попытки иллюзии были тщетны. Я ушел от нее и та исчезла.
Сколько прошло с того момента периодов отдыха и бодрствования не могу назвать. Когда были силы, шел меж стеллажей с книгами в попытках найти разрушенную лестницу, или хотя бы какую-нибудь лестницу. Когда валился с ног, забывался сном. В пути по бесконечным залам меня еще раз или два настигала иллюзия, назвавшаяся моим вторым «Я». Однако все колкости, которые она говорила; все высказывания моих же мыслей о безнадежности поисков, так глубоко скрытых за моим стремлением найти выход, я оставлял без внимания. Я знал, что это лишь иллюзия, игра помутнившегося рассудка и ничего более.
Тщетные попытки иллюзии сбить меня с пути окончились и несколько дней (или недель?) подряд я был снова один среди бесконечных залов, полных книг. Среди фондов библиотеки мне посчастливилось обнаружить андрийские трактаты, а также довольно редкие экземпляры альдских рукописей, такие, наверняка имелись только в закромах Умбоджийского университета. Удивительно было видеть такие редкости здесь.
В этой забытой библиотеке, в полном одиночестве, меня радовало только одно — плечо полностью залечилось. Прочее положение дел было удручающим. Магия так и не вернулась. Голод и жажда мучили каждую минуту, но утолить их было нечем. «В конце концов, это убьет меня», — произнес я в мыслях и ухмыльнулся, — «Забавно… Великий магистр, умерший от голода…». Осточертелые залы и коридоры не заканчивались. Я возвращался назад, но нигде не видел и намека на знакомые или уже ранее увиденные залы. «Не зря харлы называют это место проклятым…», — в который раз напомнил я сам себе.
Третьей странностью (помимо иллюзий моего второго «Я» и не смертельного многомесячного голода с жаждой) был факел, который уже давным-давно должен был погаснуть. Но он освещал мне путь в этой тьме и не давал полностью сдаться и все бросить. Не знаю, что поддерживало его пламя, но мне было достаточно и того, что оно горело. Я старался медитировать на каждом привале, для того, чтобы вернуть силу, но похоже магию что-то блокировало: либо моя усталость, либо сама библиотека. Против второго говорило отсутствие постоянной головной боли. Поэтому я не сдавался и пытался концентрироваться.