– Где же ты? – пробормотала она, расхаживая взад-вперёд по тротуару.
– Привет, дорогая, – раздался позади неё вкрадчивый голос.
Марен вздрогнула и, подавив крик, обернулась.
Обскура выглядела так, словно перенеслась сюда прямо из 1930-х годов: в жемчужной юбке, таком же жакете и шляпке-таблетке с сетчатой вуалью, закрывавшей ей глаза. На вуали восседал чёрный мотылёк с белым контуром черепа на спине. Марен сунула кулаки в карманы и, проследовав за женщиной за угол, попыталась придать себе храбрый вид. Обскура хищно облизнула сливовые губы.
– Ты принесла мои сокровища?
Марен не могла разглядеть под вуалью её глаза, но в лице Обскуры было нечто кошачье. Она была как та кошка, что поймала мышь и теперь играла с ней, мучая, перед тем как убить. По крайней мере, так казалось самой Обскуре.
– Что с вами не так? – спросила Марен.
Улыбка на накрашенных губах Обскуры даже не дрогнула.
– Прошу прощения?
– Вы шантажировали мою сестру. Она попала в больницу из-за вас. Она едва не умерла.
– Я бы сказала, что она попала в эту больницу из-за неумелого вождения, – усмехнулась Обскура.
Марен бросилась на злодейку, но та ловко отступила в сторону и столкнула её на тротуар.
– Только попробуй ещё раз, – прошипела она, и от её голоса по спине Марен пробежали мурашки.
– Всё кончено, – сказала Марен, жадно хватая ртом воздух. – Я больше не буду приносить вам сны.
Обскура наклонилась ближе. От приторного цветочного запаха её духов Марен едва не расчихалась.
– Ещё ничего не кончено. Я только начала.
– Значит, вам придётся придумать другой способ. – Марен не обращала внимания на свои дрожащие ноги, которые так и просились убежать.
– Ты забыла о нашей сделке? – Обскура подняла свой телефон. – Я поставила электронные письма в очередь, и они готовы к отправке. Видео загружены, и мне достаточно нажать кнопку.
– Давайте, отправляйте, – сказала Марен. – Меня это больше не волнует.
Никакое наказание со стороны Лишты, врачей и даже всего их городка не шло ни в какое сравнение с участием в этих отвратительных махинациях, разрушивших жизнь Хэлли. То, что нечто подобное произойдёт с новой жертвой, – лишь вопрос времени.
Обскура налетела на неё в мгновение ока. Острые ногти впились Марен в руку. Жаркий, сердитый рот оказался в нескольких дюймах от её уха.
– Наивная дурочка. Ты действительно думаешь, что можешь так просто взять и уйти?
Марен втянула воздух, не зная, кричать ей или дать Обскуре отпор. Или то и другое.
– Эй! – послышался с другой стороны стоянки голос Амоса. – Что вы делаете?
Когти Обскуры отпустили Марен, и та вскочила.
– Бежим отсюда! – крикнула она на бегу.
Не колеблясь ни секунды, Амос бросился за ней следом. Марен даже не оглянулась, она не слышала за их спинами цоканья каблуков Обскуры, но это вовсе не значило, что они в безопасности. Схватив Амоса за рукав, она указала на одинокое такси, скучавшее без пассажиров у автобусной остановки.
– У тебя есть деньги? – задыхаясь, спросила она, пока они прыгали через лужи и уворачивались от едва плетущихся посетителей больницы с букетами и воздушными шарами в руках.
– Есть.
– Хорошо, потому что у меня только четвертаки.